Северное герцогство - Вера Чиркова

Последними в комнату вошли колдуны.

– Ты звал нас, повелитель? – вежливо осведомился Сигмут, упорно не желавший подчиняться этикету.

Впрочем, Дарвел этого и не требовал.

– Звал, – просто ответил герцог, – хотел еще раз поблагодарить за всех людей, которые остались в живых, благодаря твоей помощи. А еще с тобой хочет поговорить светлый магистр, лэрд Сабенс.

– И чего ему не живется спокойно? – Сам у себя обреченно поинтересовался колдун.

– Ты знаешь, – невозмутимо ответил магистр, – не в правилах белых магов спокойно смотреть на друзей, которые и сами делают большие глупости и детей с внуками за собой тянут. Ты ведь им наверняка не рассказывал, что когда-то белый маг звал тебя в ученики? Но тебе казалась скучной и пресной честная жизнь, ты мечтал о приключениях, сказочных замках и несметных сокровищах. Прости за откровенность, но никаких сокровищ и замков я у тебя почему-то не увидел. А твои внуки и вовсе несколько лет задаром прислуживали законченному мерзавцу.

– Тебе хотелось меня задеть? – вздернув подбородок, старый колдун медленно поднялся с кресла, но воздушная плеть насильно вернула его на место.

Разумеется, без боя он не сдался. Минуты три рвал и жег плотно пеленавшие его плети, но они наматывались на него снова и снова, виток за витком. Прикрытые куполом советники молча наблюдали за этой битвой двух сильных магов, пока лэрд Грозби с усмешкой не произнес:

– Они очень напоминают мне купцов. Пока не попадут на склад и не увидят сепараторы – взрослые, рассудительные мужи. А как покрутят немного разные ручки, понажимают педали и рычажки – превращаются в ватагу любознательных мальчишек.

– А при чем тут сепаратор? – Сердито оглянулся начинающий выдыхаться Сигмут.

– Драки и споры, кто выше или сильнее, тоже сразу пробуждают в зрелых людях прежних сорванцов, – любезно улыбнулся ему советник.

– Я не стал бы с ним воевать, – пояснил Сабенс, успевший намотать на соперника несколько лишних слоев, – но он ведь просто удерет и не станет разговаривать!

– А зачем вы его злили? – Осведомилась Вильдиния, удобно сидевшая в крепких генеральских объятьях.

– Нет, не злил. Хотел вытащить из скорлупы, заставить осознать, насколько больно упрямство деда аукается его любимым внукам. Сигмуту пора уже признаться в ошибке и начинать ее исправлять. Я теперь знаю Сигмут, как и где ты живешь. Мы с Ринком сегодня ночью туда слетали. Твоя затея построить деревню для своих детей и внуков и сделать из одаренных магов крестьян и ремесленников ошибочна в корне. И все они это понимают. Да ты и сам не можешь целыми днями пасти скот, маги по натуре созидатели, испытатели и немного авантюристы. Ты ведь отказался серьезно учиться магии, выбрав свободу и дикие тропы. А позже, когда, поверив не тем, попал в западню и едва не погиб, не гримасничай, Сигмут, мне известна та история, с чего-то решил насильно спрятать своих внуков от всех опасностей жизни, а заодно и от магии.

– Ты меня судить не можешь! – ощетинившись, как одичавший кот, непримиримо смотрел колдун, – у тебя нет детей и внуков.

– Зато почти три десятка выведенных в магистры учеников, – гордо парировал Сабенс, – и попробуй сказать, что они для меня значат меньше, чем дети. Но не уводи меня от сути разговора, я намерен сделать твоим внукам предложение.

– А мне оно понравится? – сердито насупился колдун.

– Да, – сурово подтвердил верховный магистр, – Если ты их действительно любишь.

Вильдиния язвительно фыркнула, и, не обращая внимания на недовольно поджавшего губы колдуна, с горечью пояснила:

– Девяносто отцов и дедов из ста твердо убеждены, будто действуют исключительно ради счастливого и обеспеченного будущего детей, когда единолично решают их судьбу. Отдают юных девочек старым лысым толстякам, а романтичных и благородных сыновей женят на богатых и сильно подержанных, властных вдовах.

– Но ты же уже придумала, – уставился на нее герцог, – как это прекратить? Принеси утром свои записи, мы с Ильдой обсудим.

– У нас, между прочим, медовый месяц, – тихо возмутился Таубен и тут же смолк, остановленный укоризненным взором жены, – я просто напомнил.

– Так вот, – продолжил Сабенс, глядя на Анчара, – я открываю в долине школу белых магов. Герцог отдал под нее имение Бобры, расположенное неподалеку от Топри. И приглашаю вас погостить с женами и детьми, там места предостаточно, а ученик пока всего один. Но если кому-то надоела сельская жизнь, можете занимать мои дома в Топри, я отдал приказ секретарю купить несколько небольших особняков. В этом городке люди не избалованы вниманием магов и знахарей, и каждый из вас, если пожелает, найдет дело по вкусу. Но для начала советую просто отдохнуть, осмотреться… Анвиез рассказал мне, как трудно жилось вам в последние годы.

– Спасибо, – серьезно поблагодарил ашет, – я принимаю ваше приглашение. И братьям передам… и остальным родичам. А деда… вы не зовете?

– Ваш дед знает наши законы наизусть. – горьковато усмехнулся магистр, – Однажды ему уже сделали предложение и оно будет в силе до тех пор, пока маг не отменит его вслух, причем неважно, сколько лет прошло.

– Поздно мне учиться, – буркнул Сигмут, и нехотя признался, – тем более, нужно отыскать… того, кто хотел меня убить.

– Так в чём же дело? – вмешался Анвиез, – Мы тоже ищем своих недругов и тоже наказываем, вы вчера видели. Ну не сжигаем прямо на месте… сначала доказываем суду их вину. Зато и не прощаем.

– А я не такой… – огрызнулся старик, вставая и направляясь к выходу.

Однако всем было ясно – спорит он из упрямства, возведенного за прожитые годы в ранг защитного панциря от различных бед и неудач.