Над Синим Небом - Лана Лэй

Я смотрел на её светлые волосы, ощущая, как мой взгляд заполняется сладкой тяжестью обладания, вытесняя лёгкое желание просто созерцать. Пусть Альтарея заполнит дыру, когда-то созданную руками её отца, но вот Союз, породивший подобных монстров, больше не вправе иметь шанс на существование. Я откинулся на старом кресле, наблюдая, как в моей душе рождается успокоение, я был прав во всем, ашер как прав.

***

За те две недели, что Фил находился с нами, моя душа оттаяла, а мир стал казаться идеальным и безоблачным. Мы много гуляли и беседовали обо всем на свете, хотелось лишь одного — чтобы это время длилось вечно и никогда не кончалось. Но, увы, дни неумолимо бежали, наконец, расставив все по своим местам. Фил улетел, с запозданием намереваясь присоединиться к учебному потоку.

На прощанье я крепко обняла его, прижимая острые плечи подростка к себе и, по обыкновению, зарываясь лицом в жесткие, растрепанные, пропахшие травой, волосы. Стоило кораблю скрыться с глаз, как вместо светлых ожиданий, заполнявших меня рядом с Филом, сердце утонуло в тягучей горечи и я не смогла сдержать слез. Тоска нахлынула так резко, что казалось, будто и не было всех этих дней безмятежности и счастья. Почти простого семейного времени, когда нам удавалось собраться всем вместе с Зэлдаром. Большего мне и не нужно. Незримые детали пазла слагались и я чувствовала, что нахожусь ровно там, где и должна быть. Дома.

Мне хотелось и не хотелось одновременно, чтобы мои слезы увидел Зэлдар. Я желала разделить свою грусть с ним, в то же время понимая, что это глупая затея. Черный дальтериец предложит рациональное объяснение и будет прав. Влезть в мою шкуру, ощутить бессмысленную печаль он не сможет никогда.

Вздохнув и успокаиваясь, я пошла по направлению к дому. В конце концов, все в порядке, а Эндо, наверняка, сможет отвлечь меня забавными рассуждениями.

— Грустишь?.. — без предисловий приблизился блестящий шар, застав меня врасплох.

— Иногда люди чувствуют одиночество, — виновато улыбнулась я.

— Одиночество? — непонимающе переспросил он. — Разве такое может быть, когда ты есть сам у себя?!

— Ты прав, Эндо, — вздохнула я. — Нужно быть самодостаточным. Но люди — слабые существа. И всегда ждут напоминания о том, что они дороги кому-то. Кому-то нужны. Я не исключение…

— Достаточно воображения или памяти, чтобы восполнить это, — предположил Эндо. — Наверняка есть люди, для которых Альтарея небезразлична. Нужно это представить. Ты важна. Ты знаешь это. Разве этого мало?

— Увы, да… — покачала я головой. — Иногда воображения мало. Я хочу чувствовать этих людей рядом. Говорить с ними. Ощущать самую реальную жизнь… Прикасаться. Обнимать. Смеяться и плакать вместе. Даже молчать…

Некоторое время мы разглядывали красные пушистые облака над верхушками деревьев. Солнце садилось.

— Альтарее мало компании Эндо, — спокойно резюмировал робот.

— Ну что ты! — я быстро повернулась к переливающемуся шару. — Я обожаю… я люблю тебя, Эндо! Я не знаю, можешь ли ты чувствовать что-то, но я верю. Определенно верю в это! Ты — особенный. Просто… Людям важно знать, что с близкими все в порядке. Что они рядом. Ну, или хотя бы можно общаться с ними.

— Ты общаешься, — возразил робот.

— Да, но… не со всеми. И это мешает завершить мой пазл счастья, как ты сказал. — Я закусила нижнюю губу, размышляя. Эндо покачивался рядом. Казалось, он тоже всматривается в красоты природы, думая о чем-то своем. — А ты? Ты счастлив, Эндо? Ты спрашивал меня о счастье, но что насчет тебя?

Я резко повернулась в его сторону, стараясь разглядеть, как меняется выражение глаз друга. Но он продолжал смотреть на закат.

— Нет. — Наконец, раздался тихий ответ. — Мой пазл тоже не завершен, Альтарея.

— Да ну? — от удивления я подалась вперед. — И что же? Что же тебе не хватает?

— Это сложно… перевести. Сложно объяснить словами, — Эндо чуть слышно зажужжал от происходящих в его теле процессов. — Я могу не совсем верно понимать значение слов, означающих эмоции. Но это похоже на то… что моему счастью нужно очень большое счастье. Людей. Многих людей.

— Хммм… — я задумалась, не зная, что ответить. Мы помолчали.

— Пора ужинать! — вдруг резко сменил тему Эндо. — Зэлдар тебя ждет.

— Пошли, — кивнула я, поднимаясь. — Поговорим позже.

После этого разговора внутри меня воцарилось странное спокойствие. Затишье, которое обычно случается перед бурей. Возможно, ненастье разразилось по причине моей развивающейся беременности и меняющих тело гормонов. Но я уверена, дело было в чувствах, упрямо рвущихся из груди. Я не могла остановить этот поток. Рано или поздно он все равно бы прорвался.

Меня хватило на несколько дней. Зэлдар продолжал усиленно работать, в дневное время скрываясь от меня. Стоило бы подобрать удобный момент для общения, но я не сдержалась и решительно направилась к небольшому, хорошо освещенному залу, который Зэлдар превратил в подобие рабочего кабинета. Он стоял лицом к окну, сложив руки за спиной. Сбоку, прямо в старинной нише раскинулась карта визуализации космического пространства, а под аркой светились цифры, отражающие данные по системам вооружения. Сам предводитель, казалось, находился в глубокой задумчивости. При моем появлении он резко обернулся, глядя в мою сторону отсутствующим взглядом, его мысли оставались не в нашей реальности. На фоне искаженного рта это смотрелось пугающе.

— Альтарея?..

Я молча приблизилась.

— Что случилось? — его голос оставался ровным.

— Случилось? — повторила я. — Случилось только то, что я не могу жить так. Я устала, Зэлдар. Мне нужно поговорить с родными. Немедленно.

— Ты соскучилась по Филу?

— По Филу?.. Нет… Я имею в виду моих родителей. Мое окружение. Они до сих пор ничего не знают о моей жизни. — Мой настрой был решительным. Я могла сдерживаться, но лишь до определенного момента. Этот нарыв мог выстрелить и в куда более неподходящий момент.

— Мы, кажется, уже обсудили это. Альтарея, — его голос все еще оставался беспристрастным. Зэлдар никогда не сдавал своих позиций. Тем более, так легко. — Что тебе не хватает в нашей жизни? Тебе не нравится планета? Дом? Или тебя не устраиваю я?

— Быть может… — я запнулась, немного сбитая с толку. — В нашей жизни мне всего достаточно, Зэлдар. В нашей. Общей. Но… помимо нашей есть и моя жизнь. Только моя. Та, которая была до встречи с тобой. И… она мне тоже дорога.

— Тебе дорог Союз, Альтарея? — он сделал шаг ко мне, а в желтых глазах на мгновение сверкнули молнии. — Разве я не говорил, что никаких контактов с ним быть не может? Ты вынуждаешь меня повторять.

— Союз? Союз — это моя родина, Зэлдар. Какие бы противоречия не разделяли Галактический Союз и Дальтерию, Союз навсегда останется моим первым домом. Эти связи не разорвать.

— Да? — мощная фигура угрожающе зависла надо мной. Я замерла, практически не дыша. Опять угрозы. Угрозы способны разрушить даже самые сильные чувства.