Черная Дама, Белый Валет - Герта Крис

– Тоже артефакт?

– Нет. Но ценнейшая семейная реликвия. – Герцог снова вздохнул и продолжил: – Канделябры золотые, количеством пятнадцать единиц, ручной работы, сплющены до полной неузнаваемости, эксплуатации и восстановлению не подлежат. Также…

– Артефакты?

– Нет. Но канделябры были безмерно любимы прапрадедом лорда Кайтэла. Семейная реликвия. Также ковёр персидский…

– Простите, чей?

– Необразованность, милейший, сгубила далеко не одного хорошего мага. Персидский, значит… Э-э-э… Так-с, длина ворса, густота, качество… ну это ладно… Бесценен в силу древности и своей красоты, отказной артефакт, который…

– Простите, какой-какой?

– Отказной. Летать отказался лет триста назад. Из уважения к его возрасту настаивать и применять иные формы убеждения не найдено нужным. Также торшер розового стекла, четыре штуки… Хм-м… Странно! Я точно помню, что было пять! А-а, один уцелел… Просто чудом каким-то, право, здесь вам, Аргариут, повезло. Работа мастера из пять тысяч двести…

На именовании Листа, откуда были родом торшеры, молодой маг всё же уснул и очнулся от тычка в бок и злобного шипения:

– Талус, тьма тебе!..

Он едва не подскочил на месте и уставился на Тёмного лорда, который сидел уже на краешке трона, уперев ладони в коленки, и – о хвала свету! – обращался к своему советнику.

– …и чашечку кофе! Побольше.

– Желание моего лорда – закон! – поклонился герцог Шэрр, и перед его темнейшеством возник круглый подносик с исходящей паром огромной кружкой.

По залу поплыл аромат кофе, корицы и кардамона, и Талус не удержался, с наслаждением втянул носом воздух и подавил тяжёлый вздох.

– Итак, господа белые, список имущества, пострадавшего и утраченного в результате бесстыдного ограбления Чёрного замка…

– Я попросил бы… – попытался вмешаться Аргариут.

– Просьбы изменить формулировку здесь неуместны! Так… Список я дочитаю вам позже и передам копию. Сейчас же, волей его темнейшества, предлагаю обсудить основную проблему инцидента.

– Какая ещё основная!..

– Поясняю. Как вам, вне сомнений, известно, минувшей ночью отсюда с бепрецедентной наглостью и далеко идущими последствиями была похищена принцесса Меллани, гостившая у лорда Кайтэла. Таким образом, ущерб нанесён не только его темнейшеству, но и его величеству Эберону, который, как вам опять же известно, является не только Королём эльфов, но и преданным вассалом милорда. И вот что с этим делать, господа?!

– Насколько мне известно, герцог, – примирительно подняв ладонь, сказал глава Совета, – её высочество покинула замок добровольно.

Кормчий ласково ему улыбнулся, и белые маги напряглись и инстинктивно содрогнулись.

– Вот знаете, Аргариут, ее добрая воля в данном случае не имеет ни малейшего значения.

– Даже такие исчадия глубокой Тьмы, как некоторые из присутствующих, должны понимать, что сила истинной любви… – пафосно начал бородатый маг.

– Ох, Листан, я вас умоляю! – отмахнулся герцог. – Что такое эта ваша любовь в сравнении с оскорблением, нанесённым его темнейшеству? А скорбь отца, лишившегося дочери, – это вы не считаете?

– Ваше темнейшество! – решительно обратился к лорду глава Совета. – Я прошу посмотреть на инцидент с другой точки зрения и войти в наше положение! Мы готовы возместить понесённый вами ущерб согласно списку… В разумных то есть пределах… И я уже принёс вам глубочайшие и искренние извинения по этому поводу! Но, лорд Кайтэл! Я не могу заставить эльфийскую принцессу вернуться к вам или отцу! И я взываю к вашему разуму! А Светлый рыцарь… Ну вы же должны понимать!..

– Слушайте, Аргариут! – Тёмный лорд почесал нос и остро прищурился. – А давайте попробуем договориться?

– Конечно, ваше темнейшество! – с облегчением вздохнул глава Совета. – Я об этом только и мечтаю! Нехорошо вышло, но давайте сделаем скидку на юность рыцаря! И на неопытность его оруженосца, который, конечно же, должен был понимать… Но он совершенно не искушён… Ну, словом, во всём этом!

– Значит, так, – с мерзкой ухмылкой произнёс мальчишка. – Я выставляю условия – вы соглашаетесь. И тогда яркий свет с ней, с принцессой. Мне-то она не особо и нужна.

– Мы слушаем, милорд, – дипломатично согласился Аргариут и со значением, предупреждающе покосился на своих спутников.

Лорд залпом допил кофе, вытер рукавом сюртука рот и спрыгнул с кресла. Приблизился к сидящим на скамье магам. Бородатого Листана взглядом не удостоил, а вот второго члена Совета окинул долгим взглядом – с головы до ног, потом обратно.

– Талус-с…

Молодой маг вздрогнул. Трудно сказать – от выражения лица лорда или от дублирующего шипения фамилиара, внезапно свесившегося с его плеча:

– Та-алус-с-с…

Вспомнив о вежливости, предмет интереса лорда поднялся, отвесил короткий поклон и с опаской спросил:

– Ваше темнейшество?..

Но лорд почти неуловимым движением уже скользнул в сторону и, остановившись перед Аргариутом, осведомился:

– Как насчет честного обмена, милейший?

– В каком смысле, милорд? – растерялся глава Совета.

– Да просто. Как говорится, махнёмся не глядя! Принцесса – девочка хорошая, воспитанная! Красавица, спортсменка, эта… Как её?.. – Он пощёлкал пальцами, вспоминая слово, и махнул рукой. – В общем, эльфийка! Забирайте, свет с ней! А взамен вы мне – вот того симпатичного мужчинку. – Лорд медленно облизнул верхнюю губу. – По рукам?

Змей, неотрывно следовавший за своим хозяином, метнулся обратно к Талусу, принюхался и одобрительно сообщил:

– Ш-ширненький…

– А-а… Я… – Аргариут раскрыл рот и выпучил глаза. – Э-э…

– Милорд… Это послы… – подал голос герцог.

Развратный юнец раздражённо передёрнул плечами и игриво подмигнул застывшей статуе главы Белого Совета.

– Ну ладно вам! Пошутил я!

Но в шутливость Тёмного лорда не поверил как минимум один из присутствующих.

Мальчишка хохотнул и плюхнулся в услужливо подставленные кольца своего фамилиара. Змей с коротким шипением извернулся, тело его пошло волной, и хозяин оказался на своём троне.

– Итак! С шутками покончено. Мои условия. Первое. Бой со Светлым рыцарем откладывается ещё на месяц от обозначенного срока.

– Уверен, что он согласится, – отмер Аргариут.

– Второе. Светлый рыцарь явится на мой весенний бал.

Листан придушенно крякнул, а глава Совета развёл руками.

– Ваше темнейшество…

– Как вы с ним договоритесь по этому поводу – мне плевать. Ну пусть оруженосца прихватит, вдвоём не так страшно будет. И принцессу тоже. На балу с ней папа сам и разберётся.