Помолодевший мастер войны - 2 - Никита Киров

– Вам нужно ехать в центр города, – наконец ответил Глеб. – Клуб-кабаре Парадиз. Рябоконь постоянно находится там. Он владелец! Это на углу Думской и Ломоносова, там увидите вывеску!

Я наслышан об этом месте. Думаю, девушкам там делать нечего. Тем более, что уже стремительно начинало темнеть.

– Думаю, я наведаюсь туда с визитом, – сказал я. – Лиза, наше сегодняшнее занятия закончено.

– Ты собрался идти туда в одиночку? – удивилась она. – Это же опасно.

– Тогда я тем более не смогу тебя взять. Я обещал твоему отцу, что ты будешь дома до темноты. Так что увезу тебя домой.

– А я? – вставила Анна Гагарина к явному неудовольствию Лизы.

– А вам я не указчик, сударыня. Но настоятельно рекомендую вернуться к себе и сказать отцу о том, что сегодня увидели. Думаю, ему не понравится, что по его фабрике разгуливают вооружённые люди. И не забудьте позаботиться о том человеке в подвале.

– Но я хочу отправиться туда и…

– Никаких споров, – я поднял руку. – Это дело уже не шутки.

– А я? – возмутился Глеб.

Я подошёл к столбу, рядом с которым находился чёрный петух и взял его на руки. В темноте курицы плохо видят, так что опасности он больше не представлял. Глеб при виде птицы замер.

– А ты жди, когда князь Гагарин решит твою судьбу. Я с тобой закончил.

Я вернул петуха в курятник к его курочкам и отряхнул руки.

– Я отвезу Лизу домой, а потом займусь делом. Княжна, у вас же есть свой водитель, который вас отвезет?

– А вы хотели отвести меня домой? Как любезно. Я даже соглашусь.

Губы Лиза сжались, но она ничего не сказала.

* * *

– Ваш Благородие, – водитель Рома повернулся ко мне. – Туда на машине не проехать, всё заставлено.

Он остановился возле Гостиного Двора и показал мне рукой нужное направление.

– А вам не пригодится охрана? – спросил он. – У меня есть монтировка на такой случай. На Думской в такое время опасно.

– Думаю, справлюсь сам, – сказал я. – Но спасибо за беспокойство. На сегодня ты свободен, я вернусь домой на рикше… на такси.

Я вышел из машины и захлопнул дверь. Уже сильно похолодало, но ночная жизнь на Невском проспекте и примыкающих к нему улицам только начиналась. Поток людей был почти таким же, как днём – по улице мчались машины или даже лошади. Вывески магазинов и клубов ярко сверкали.

Я шёл на Думскую, кутаясь в пальто от холода.

Возле первого же заведения кипела драка. Дралась группа молодых людей явно не дворянского происхождения. С другой стороны толпа повалила парня в чёрном костюме.

– Петруха, помоги! – заорал он во всё горло. – Наших бьют!

Из ближайшего клуба выскочил вышибала, толстый мужик с битой. Это помогло погасить конфликт в зародыше, а парню спасти свои зубы, кошелёк и кости.

– Не желаете продажной любви? – спросила меня девушка в очень короткой для такой погоды юбке.

– Не желаю.

Разбилось окно, и со второго этажа вместе с осколками выпал на асфальт рыжий бородатый парень. Но он сразу вскочил и с яростным криком бросился внутрь.

Несколько пьяных спорили и постоянно ударялись лбами. Возле другого здания стояла машина, где явно продавали что-то запретное. Возле третьего стоял невысокий мужичонка с растрёпанными волосами и зазывал внутрь людей:

– У нас есть бабы на любой вкус! Лучший выбор! Распродажа! Есть белые, есть чёрные, есть рыжие! Скидки! На любой вкус! Девушки! Бабы! Старушки!... Если у нас этого нет, значит вам это и не надо!

И только следующее заведение было тем, что я искал. Кабаре Парадиз, как говорило название. Возле входа всё было заставлено дорогими машинами, возле которых дежурили водители и крепкие охранники. Едва я подошёл ко входу, как оттуда вышли весело смеющиеся директор академии Мутырский и преподаватель Герберт Вольфганович. Увидев меня, они сделали вид, что меня не знают, и начали отворачиваться.