Рука Оберона - Роджер Желязны

Пока я рассказывал Рэндому о случившемся с момента егоотъезда, я все время думал о Мартине. Пока что юноша был для меня полнойзагадкой. Его история весьма походила на правду, да я и сам, пожалуй,чувствовал, что это чистая правда. С другой стороны, мне казалось, что это невся правда, что он намеренно утаивает что-то — возможно, что-нибудь совершенноневинное. А если нет? У него ведь нет никаких особых причин любить нас. Как разнаоборот. И Рэндом, вполне возможно, привез домой троянского коня. Но, можетбыть, заблуждаюсь как раз я — только потому, что никогда никому не доверяю,если возможны альтернативные варианты.

И все же ничто из того, что я сейчас говорил Рэндому, немогло быть использовано против нас, и вряд ли Мартин способен был нанести намтакой уж вред, если даже это и входило в его намерения. Нет, скорее он простостоль же уклончив в ответах, как и все мы; и в основном по тем же причинам:страх и стремление к самосохранению.

Повинуясь внезапному порыву, я спросил его:

— А после этого ты когда-нибудь еще встречался с Дарой?

Мартин покраснел.

— Нет, — ответил он как-то слишком быстро. — Толькоодин раз, тогда.

— Понятно, — промолвил я, и Рэндом, отличный игрок впокер, не мог не заметить моей реакции. Таким образом я просто на всякий случайпозаботился о нашей безопасности и весьма недорогой, надо сказать, ценой: всеголишь заставив отца остерегаться своего утраченного было и только что вновьобретенного сына.

Я быстро перевел разговор на Бранда. И в тот момент, когдамы сопоставляли свои знания в области психопатологии, я почувствовал легкоепокалывание во всем теле и ощущение чьего-то присутствия: кто-то выходил сомной на связь с помощью фамильных карт. Я поднял руку и отвернулся.

Через несколько секунд связь была установлена, и мы сГанелоном посмотрели друг другу в глаза.

— Корвин! — обрадовался он. — Мне захотелось проверить,что мы имеем на сегодня: у кого из вас Камень, у тебя или у Бранда, или вы обавсе еще его ищете? Ну так как?

— Камень у Бранда, — ответил я.

— Жаль, — посетовал он. — Что ж, расскажи, как этослучилось.

Что я и сделал.

— Значит, Джерард сказал мне правду, — заявил Ганелон.

— Так ты уже слышал об этом?

— Не так подробно, — не смущаясь, ответил он. — А мнехотелось быть уверенным в мельчайших деталях. Между прочим, с Джерардом япоговорил только что. — Он посмотрел куда-то вверх. — Пожалуй, тебе порауходить отсюда, если я кое-что еще помню о восходящей луне.

Я кивнул:

— Да, я скоро пойду прямо к Лестнице. Это ведь совсемнедалеко.

— Хорошо. А теперь вот что ты должен сделать...

— Я сам знаю, что я должен сделать, — отрезал я. — Ядолжен подняться в Тир-на Ног-т до того, как туда доберется Бранд, изаблокировать для него выход на Путь. Если мне это не удастся, то я будувынужден снова охотиться на моего милого брата в извилинах Образа.

— Та еще затея, — пробормотал Ганелон.

— Можешь предложить что-нибудь лучше?

— Да, кое-что. У тебя Козыри с собой?

— Конечно.

— Хорошо. Во-первых, ты все равно не успеешь попастьтуда вовремя, чтобы перекрыть ему проход к Образу...

— Почему же нет?

— Тебе нужно будет совершить восхождение, потом пройтичерез весь дворец и спуститься вниз, к началу Пути. На это требуется немаловремени даже в Тир-на Ног-те — особенно в Тир-на Ног-те, где время вечновыкидывает всякие фокусы. Ты же сам знаешь, там тебя может поджидать, например,чье-то тайное пожелание твоей смерти, и это, безусловно, замедлит продвижение кцели... Ну, я не знаю, что бы там ни было, Бранд непременно доберется до началаОбраза раньше тебя. И даже, возможно, на этот раз успеет уйти так далеко, чтотебе будет его не догнать.

— Надеюсь, что он достаточно утомлен, и это несколькозамедлит его продвижение.

— Вот уж не думаю. Поставь на его место себя: ведь такпросто отправиться в Тень, где время течет иначе, и вместо нескольких часов сутра до полудня получить несколько дней, чтобы как следует отдохнуть перед темтяжким испытанием. Надежнее было бы предположить, что Бранд все-таки будет вхорошей форме.

— Ты прав, — кивнул я. — На его усталость рассчитыватьне стоит. Ну ладно. Есть у меня и еще один вариант, но я, пожалуй, не стал быего использовать, если бы этого можно было избежать; дело в том, что Брандаможно убить и на расстоянии. Взять с собой арбалет или одну из наших винтовок ипросто-напросто застрелить его на середине Образа. Но в этом варианте меняочень беспокоит воздействие нашей крови на Образ. Может быть, она опасна лишьдля Про-Образа, но точно не знаю.

— Верно, точно ты не знаешь, — сказал Ганелон. — Да ина обычное оружие там полагаться не стоит. Это ведь очень странное место. Тысам говорил, что больше всего оно похоже на Тень в небесах. Даже если ты изаставил ружья стрелять в Амбере, там, возможно, это не сработает.

— Есть такой риск, — признал я.

— Что же касаетсяарбалета, то каждый раз можетнеожиданно возникать сильный порыв ветра и относить стрелу в сторону...

— Боюсь, я не совсем тебя понимаю.

— Камень. Бранд прошел с ним значительную частьПро-Образа, и у него было время на несколько опытов. Как ты думаешь, возможноли, что Бранд уже отчасти настроен на него?

— Не знаю. Я не так уж хорошо разбираюсь в этомпроцессе.

— Я всего лишь хотел подчеркнуть возможность того, чтоБранд в таком случае сумеет как-то воспользоваться им для самозащиты. У Камня,наверно, есть и еще какие-то свойства, о которых ты понятия не имеешь. Это явсе к тому, что вряд ли можно рассчитывать убить Бранда на расстоянии. И натвоем месте я бы даже не стал пытаться вновь проделать тот же трюк с Камнем,как в первый раз — во всяком случае, если Бранд уже приобрел некоторую степеньконтроля над ним.

— Ты действительно представляешь себе все куда болеемрачно, чем я.

— Зато более реалистично, — возразил Ганелон.

— Допустим. Продолжай. Ты говорил, у тебя и план естькакой-то?

— Верно, есть и план. По-моему, Бранду вообще нельзяпозволить добраться до начала Образа, ибо, если он только ступит на него,возможность катастрофы увеличится невероятно.

— И ты считаешь, что я могу не успеть туда вовремя,чтобы помешать ему?