Опальная принцесса - Мария Ирисова

— Куда же подевалась все жеманство? — хотелось спросить у них вдогонку, ведь это забавы простонародья, но вместо этого я просто сделала еще глоток из кружки.

До чего же хорошо, все тревожные мысли испарились. Даже волнения о том, как меня примут во дворце невесть-куда запропастились, а на душе легко и тепленько, хочется руки расставить и всех обнять.

Разглядываю силуэты пар, что скачут в отблесках костра. Из общей картины выбиваются наш граф со своей дамой сердца. Пытаясь сохранить видимость приличий, они не подпрыгивают, а просто кружатся на месте. А как он в нее вцепился, будто изнывающий от жажды путник к холодному роднику.

А чуть дальше ее одна забавная пара — Рустам и Филиппа. Они прямо выделяются на фоне остальных. В танце женщины было что-то галисийское, то ли шаг, то ли размах юбкой, когда она кружится. Да сеньорита воительница тоже сняла доспехи и для приличия облачилась в платье, а талию подвязала широким поясом. Ее фигура мигом преобразилась, обретая женские формы и очаровывая мужчин. Вон капитан Гравис весь вечер с иноземки глаз не сводит.

Рустам же вел себя сдержанно, без огонька, но настрой кавалера нисколько не мешал Филиппе веселиться. Она крепко держала свой улов за руку и не думала ни с кем делиться.

— Ручки, ножки стали зябнуть — не пора ли нам дерябнуть?!

Народ поддержал сие неблагородное начинание, зазвенели кружки! Даже те, кто плясал — вернулись ненадолго к столу. Певец промочил горло и снова взялся за струны. Наши ребята, приняв на грудь для храбрости, смело ринулись навстречу любовным приключениям. Вытаскивая из-за стола то одну очаровательную селянку, то другую. А как девушки радовались мужскому вниманию, я столько улыбок ни на одной ярмарке не видела.

— Чин-чин! — кто-то стукнул кружкой об мою посудину.

Поворачиваюсь рядом Лаура сидит и улыбается. Кстати, она тоже не стала принаряжаться, только волосы распустила, лишь пару прядей подхватила золотистой лентой. Локоны игриво распались по плечам.

— А ты разве не…

Девушка сделала глоток из кружки и помотала головой.

— Нет, не танцую, а если честно — на таких застольях я чувствую себя не в своей тарелке.

— Наверное, ты чаще бываешь на балах и на приемах.

— Не без этого, — кивнула Лаура, — но там я хотя бы знаю, как себя вести.

Я улыбнулась ей и посоветовала:

— Просто расслабься, — кивком указываю на ее телохранительницу, — вот с кого нужно брать пример.

— Не понимаю, что на нее нашло?

— Выпивка и круг незнакомых людей.

— Говоришь так, будто сама бывала на ее месте! — фыркнула Лаура.

— Бывала… Каждый раз, когда мы ездили на ярмарку в Прелес. Там всегда гуляния устраивают после торгов. Благо наставница об этом не знала… Вот там я плясала до упаду. Я бы и сейчас к народу присоединилась, но что-то настроение не то.

Музыка умолкла, а певец отправился промочить горло, тут же к столу вернулся Рустам и Филиппа, а за нею шла притихшая Мелисса и довольный Джереми.

Сеньорита воительница схватила кружку и махом выпила содержимое. Потянулась за кувшином и на галисийском поинтересовалась:

— Кому налить?

И вот чудо, ее поняли, начали подсовывать кружки.

— Медовуха здесь, аж сладкая какая-то, хорошо идет!

— Рустам, а что же вы? — Мелисса глядела на купца с укором. — Подставляйте кружку!

— Нет, мне хватит!

— Такой слабак что ли? — ехидно полюбопытствовал Джереми. — Даже пить не умеешь?

Рустам резко повернулся к графу.

— А ты хочешь проверить? Не боишься проиграть?

— Я не знаю слова «страх»! — заверил Джереми, а затем громко воскликнул: — Дуэль!

Честное слово, я чуть сидром не подавилась.

— Какая дуэль, вы что свихнулись!

Глава 20. Монах расшалился

— Пивная дуэль, — успокоил меня Рустам.

Староста, который слышал весь диалог, махнул рукой и перед мужчинами выставили по десять стопок и тут же наполнили под завязку.

— Моя дорогая, вы ведь будете болеть за меня? — целуя руку Мелиссе спросил граф, а затем ловко утащил ее шелковый платок и обмотал вокруг запястья. — На удачу!

Леди воительница растерялась, в кармане у нее не нашлось ни единого лоскутка или ленты. Зато Рустам быстро нашел выход, наклонился к Лауре и снял ленту с ее волос.

— Позвольте позаимствую.

— А я возьму на себя роль судьи! — предложил староста и никто не стал возражать. Мужчины разошлись в разные стороны.

— Приготовились! И! Вперед!

Джереми схватил стопку и проглотил содержимое одним махом, на миг зажмурил глаза и медленно выдохнул. Его соперник в это время спокойно, словно воду, пил уже вторую стопку. Барлоу схватил сразу две стопки и по очереди влил в себя, а Рустам же, не меняя темпа, пил уже пятую стопку и даже не кривился.

— Пей до дна! Пей до дна! — кричали люди и хлопали в ладоши.

Граф отставал уже на две рюмки.

— Джереми, я в вас верю! — выкрикнула, чтобы поддержать Барлоу, но вышло только хуже бедняга чуть не подавился!

— Пей! Пей! Пей!

— Восемь!

— Девять! — отсчитывал народ.

— Десять! — крикнул староста. — Победил монах Рус. Так давайте же выпьем за смелость! Ура!

Народ заулюлюкал, а Джереми скривился, махом влил в себя последнюю рюмку.

Снова звучит гитарная трель и народ бежит к костру едва успев закусить.

— Могу я пригласить хозяйку моего талисмана?

Лаура оглянулась на свою телохранительницу.

— Простите я не танцую!

— Зато я с удовольствием! — заверила сеньорита воительница, закрывая Лауру от взгляда Рустама. — Идем! Она ухватила его за руку и утащила ближе к костру.

Время потихоньку близилось к ночи. Мои плечи начали мерзнуть, а голова шла кругом от выпитого. Я отставила кружку и решила, что посижу еще пару минут и отправлюсь спать.

— Смотри, — Лаура указала в сторону костра, — что это там за маленькие человечки?

Гляжу в указанном направлении, но голова так кружиться, что я не сразу различаю их. Маленькие карлики, ростом чуть выше колена взрослому человеку. Они мелькали среди людей и тянули руки к Рустаму. Длинные такие руки.

— Погодите-ка? — я тряхнула головой.

Маленький рост, крохотные ножки, кругленькое брюшко, облако пуха на голове непотребного розового цвета. Да это же амуры! Да, на гравюрах их рисуют миленькими, пухлощекими младенцами, а на деле эти фейри выглядят немного иначе. А еще влекут за собой всякие непристойности, много непристойностей. Мне кажется или их тут три? Нет, четыре! Пять! Да, откуда столько-то? Пара амуров на гулянке — не беда, но если их больше трех, то всякие заигрывания с девушками очень быстро перерастают либо в непотребство, либо в