Восхождение Плотника. Том 3 - Антон Панарин

Спустя минуту вожак повернулся, мотнув тяжёлой головой в сторону ельника, и неторопливо двинулся прочь. Остальные потянулись следом, бесшумно ступая по промёрзшему мху и исчезая между стволами, как растворяются утренние тени при восходе солнца. Последней ушла крупная волчица с рыжеватым подпалом на боках.

— Это ты кого пеньком назвал? — голос Древомира прозвучал за моей спиной хрипловато и настороженно. — Лешего, что ли?

— Ага. — Кивнул я не оборачиваюсь.

— Ты совсем сбрендил что ли? К нему только со всем уважением можно! А ты его пеньком⁈ Ну я тебя щас палкой! — Вспылил Древомир и стал искать свою палку, которую оставил дома, так как чувствовал себя замечательно.

— Ха-ха! Да ладно вам. Леший если бы хотел нас убить, уже бы сделал. А так, только предупредил, что в рощу нам соваться не стоит и всё. Мы друг друга поняли, на том и делу конец. — Я отворил дверь в мастерскую и полез внутрь.

— Предупредил он, — фыркнул Древомир. — Мы как будто присматривались к его роще паршивой. У нас и свой дубок есть так то.

— Зато теперь мы точно знаем что нужно поставить забор. Мало ли что щёлкнет в голове у трухлявого. А забор какая никакая, но защита.

— Забор? — Древомир поднял бровь и обвёл взглядом поляну.

— Ярый дело говорит. Забор точно не повредит. — Пробасил Петруха.

— Смысл есть. — Кивнул Древомир. — Вот ты оглобля забором и займёшься. А мы пошли мебель делать. — Бросил он Петрухе и полез следом за мной в мастерскую.

— А чё я то? Тут холодина собачья! — Возмутился Петька.

— Ни чё, ни чё! Ты парень здоровый, горячий, чай не околеешь. — Отмахнулся мастер и захлопнул за собой дверь.

Очутившись в мастерской Древомир первым делом осмотрел вчерашнюю заливку. Столешница застыла окончательно, превратившись в монолит изумрудного цвета с золотыми прожилками, да и сидушка для стула тоже затвердела. Мастер одобрительно хмыкнул и принялся подгонять сидушку к каркасу, ворча, что ножки кривее чем ему бы хотелось.

— Пойду Петрухе помогу. — Сказал я подкинув дров в печку.

— Ага. Топай. — Отмахнулся мастер.

Петрухи на улице уже не было. То ли волки сожрали, то ли ушел за сухостоем. Второе вероятнее всего. А пока его не было я обошёл поляну по периметру, втыкая в землю заострённые колышки через каждые десять шагов, обозначая контур будущего ограждения.

Разметка вышла просторной, ибо огораживать впритык означало лишить себя возможности расширяться в будущем, а планы на расширение у меня были вполне конкретные. По сути я отступил жалкие два метра от подлеска и захватил по кругу всю поляну! Отныне я известен как великий завоеватель Ярый!

Внутрь размеченного периметра вместились сама землянка, площадка перед входом, хозяйственный двор с местом для костра и навесом для досок, участок для будущего склада готовой продукции и даже ровный пятачок у южного склона, на котором при желании можно было поставить жилой домик.

Общая площадь получилась в полгектара, может, чуть больше. По меркам деревенского подворья это было хозяйство солидное.

Из чащи леса послышались гулкие удары топора, а через минуту и грохот упавшего дерева. Лесной стук спугнул стайку синиц, которые недовольно затрещали и перелетели подальше.

Минут через десять рыжий амбал притащил трёхметровое бревно, которое нужно было вкопать в землю. Да-а-а. Сухостоя нам нужно немеренно. Так мы на неделю с этим забором застрянем.

— Петруха! Рубить или таскать? — Спросил я.

Петька посмотрел на свои красные ладони и пробасил:

— Таскать пожалуй попроще будет.

— Ну тогда и таскай. А я рубкой займусь. — сказал я и пошел в чащу леса доставая из-за пояса трофейный топор.

Я работал с северной стороны поляны, подрубая мелкий сухостой для горизонтальных перекладин, а так же валил большие деревья для забора. Топор входил в мёрзлую древесину без усилий, раскалывая волокна с лёгкостью, от которой Петруха приходящий за брёвнами то и дело присвистывал.

К полудню я срубил столько стволов и жердей, что хватило бы на… Да ни на что бы не хватило! от силы четвёртую часть забора сделать. Чёртова жадность. Ну а что поделаешь? Если делать мастерскую то основательную, а не тяп ляп. По этому лучше помучаться и огородить площадь побольше. Стоп… Может это я ерундой маюсь? Я посмотрел на топор, а после запихнул его за пояс направившись к новому сухостою.

Приблизившись я положил ладонь на дерево и прислушался к ощущениям. Жива в мёртвой древесине по прежнему присутствовала, но очень в малых количествах. Она распределялась равномерно на всём протяжении ствола дерева, а наименьшая её концентрация была у основания.

— А что если…? — Прошептал я и закрыл глаза.

В сознании тут же отрисовался энергетический силуэт сосны. Все её дефекты в виде плесени, тоннелей прогрызенных паразитами и прочие изъяны. Но интереснее всего было то, что в основании ствола имелся энергетический перекос. Жива скопилась в середине дерева на уровне корней, а ближе к коре, живы фактически не было.

— Если это не точка критического напряжения, то я не архитектор. — Улыбнулся я и открыл узлы на ладонях направив поток живы в эту точку.

Эффект превзошел все ожидания, а ещё едва не изувечил меня. Возможно я переборщил с живой, а может ещё что. Но на энергетической схеме дерева я увидел как сгусток энергии увеличивается в размерах, а кора начинает набухать, словно это воздушный шарик наполняемый водой. Я порадовался, но когда услышал треск больше похожий на взрыв, мне стало не смешно.

Открыв глаза я увидел что у основания дерево буквально взорвалось и ствол падает прямо на меня. Вздрогнув я резко отпрыгнул в сторону и ощутил что что-то мешается. Посмотрев вниз, заметил что огромная щепа пробила сапог, едва не вонзившись в мою голень.

— Ого. А если бы точка напряжения была повыше, мне бы и промежность щепками изувечило? — Удивился я и услышал громогласный грохот от которого дерево переломилось в метре от верхушки.

Я посмотрел в правый верхний угол и увидел что на подрыв сухостоя ушло всего то двадцать единиц живы. Сущие пустяки, с учётом того что я получаю от священной рощи столько же в минуту, да ещё и лес меня питает на двадцать единиц сверху. Одним словом если я буду взрывать по два дерева в минуту, то