Кукловод - Виталий Вольный

– Пора кончать этот бардак. Меня уже воротит от здешнего гадюшника.

Угрюмый, наконец-то сообразив, что от его верных боевиков помощи ждать нечего, перестал вопить. Несмотря на свое беспомощное положение, он сохранил выдержку и надменно спросил:

– Ну а дальше что? Через полчаса самое большее здесь будут мои люди. Даже если вы меня порешите, вам в моем городе ничего не светит, кто бы вас ни послал. А…

– А нам ничего в вашем городишке и не надо. – Дриф насмешливо посмотрел на нелепо распластанного на потолке полуголого мужика.

Угрюмый оскалился:

– Что вам тогда нужно?

– Навести здесь порядок. – Лестер звучным тумаком привел в чувство Витька, который, осознав, что происходит, вжался в пол от страха. Кто бы мог подумать еще несколько часов назад, что всемогущего Угрюмого какие-то ряженые смогут взять тепленьким в его собственной спальне?

– Когда бандиты насилуют девочек, а молодые волчата бьют тех, кто им не понравился, – это полный беспорядок, – добавил жрец.

– Народные мстители, значит? – Угрюмый хищно осклабился. – Защитники униженных и оскорбленных?

– Можно сказать и так. – Лестер кивнул. – Главное, впрочем, не это. Всего зла не истребишь, но вот ты у нас в руках и ответишь за все и сразу.

– Белая стрела? – Угрюмый продолжал ухмыляться. – В Робин Гудов переоделись? Луков всяких понабрали? Думаете, меня кокнете и вам это с рук сойдет? Да вас найдут в момент! Вас и братва будет искать, и милиция, бэтманы недоделанные! Могу вам популярно объяснить, что с вами и вашими женами с детьми сделают мои люди, даже если меня в живых уже и не будет!

– Могу тебя расстроить, – Фабул перехватил инициативу в свои руки, – твой план нас запугать не сработает. Ты так ничего не понял? Тогда спроси себя сам – каким образом ты сейчас висишь на потолке? Что тебя там держит?

Эта мысль до этого как-то не посещала Угрюмого, и он на минуту замолчал. Хриплый голос продолжал надрываться о каких-то урках и лагерях. Наконец Угрюмый произнес:

– Понятия не имею, только роли это не играет. Подумаешь, одурманили меня какой-то дурью, я под кислотой и не такое видел!

Голос хозяина особняка перестал звучать нагло и Уверенно, все-таки какая-то мыслишка начала глодать его изнутри: действительно, как он очутился на потолке? Жрец тем временем строго посмотрел на Витька:

– Ну а ты, как думаешь, каким образом мы его там держим?

– Н-н-н-е знаю! – Витек дрожал от страха, стараясь не смотреть в глаза своему мучителю. От ужаса он обмочил штаны, но даже не заметил этого. В его глазах опять стоял чудовищный огонь, полившийся на брата с неба в ответ на призыв этого невысокого человека.

– Правильно, не знаешь. Впрочем, это не важно. Мы здесь не для того, чтобы развлекать вас рассказами о себе, а для того, чтобы свершить правосудие и отправиться по своим делам.

– Вы так просто не отделаетесь! – Угрюмый попытался дергаться, но маг прочно держал главаря в силовых оковах.

– Спусти его ко мне, – сказал Лестер, – пусть Фабул присмотрит за ним.

Олдер кивнул, и Угрюмый медленно опустился к ногам генерала. Фабул тут же заломил руки бандита за спину, отчего тот взвыл. Несмотря на исчезнувшие невидимые путы, стальная хватка бывалого воина не оставляла свободы движения.

– Ты заслуживаешь самой суровой кары. – Лестер перевел взгляд с Угрюмого на Олдера. – Можешь привести наказание в исполнение, так чтобы не оставлять следов?

– Есть одно заклятие. Не думал, что оно мне здесь пригодится… да, видимо, был не прав! Можешь не сомневаться, никто не отыщет и следов его тела. Умикус арамо зеус!

Маг слегка коснулся руки бандита, но Угрюмый даже не шелохнулся – какая угроза может исходить от этого щуплого невооруженного человека? Бандит так и не сумел понять, что ему уготовано. Если бы Олдер соизволил покопаться в его бритой голове, то был бы весьма удивлен. Там не было ни страха, ни обреченной решимости, которые обычно присутствуют у людей, приговоренных к смерти. Все мысли Угрюмого сейчас были посвящены предстоящей мести, причем весьма изощренной. За всю свою без малого тридцатипятилетнюю бандитскую карьеру Петру Черепанову частенько приходилось попадать в смертельно опасные ситуации. На его теле можно было насчитать без малого дюжину ножевых и пулевых ранений, однако ему ни разу не пришлось сталкиваться ни с чем, что бы не укладывалось в привычный ход вещей. Всегда, даже в самых критических обстоятельствах, находилось рациональное решение возникавшей проблемы, поэтому, когда его тело начало проваливаться сквозь пол. Угрюмый так и не смог до конца поверить, что все происходящее не является игрой помутившегося сознания, находящегося под воздействием какой-нибудь «дури».

Лестер тяжко вздохнул и повернулся к дрожащему Витьку. Щенок не только потерял былую спесь, но и человеческое достоинство. Одно дело быть вожаком стаи таких же, как и он, волчат, находясь под защитой своего брата, и совсем другое дело корчиться у ног поистине сверхъестественных врагов, чьи возможности выходили за рамки всего мыслимого.

– Что же с тобой делать? – Лестер обвел взглядом друзей, но никто не ответил. Витек только смог из себя выдавить что-то сходное со звуком ы-ы-ы, но тут же поперхнулся, когда жрец вновь внимательно на него посмотрел.

– По большому счету, из тебя ничего дельного уже не получится. – Лестер присел на корточки около пленника. – К честной работе ты не привык законов для тебя не существует… Я, пожалуй, знаю что с тобой сделать.

Витек заскулил и попытался ухватиться за полу плаща жреца, но тот лишь брезгливо отодвинулся.

– Я сохраню тебе жизнь и рассудок, но с этого момента я накладываю на тебя проклятие: никто не будет верить ни одному твоему слову, как бы правдиво оно ни было, никто не захочет иметь с тобой дела! Ты унижал и запугивал руками своих подпевал? Теперь у тебя никого не будет. Именем Медноликого!

Лестер коснулся лба парня, отчего тот вздрогнул всем телом, ко ничего ужасного с ним не произошло, лишь слегка вспыхнула лиловым пламенем рука жреца. Лестер, поднявшись, спросил Фабула:

– Что дальше?

– Забрать девчонку и высадить ее где-нибудь на окраине города, прибрать свои следы и убираться восвояси.

– А что с этим? – Дриф презрительно покосился на скулящего Витька.

– Ничего. Оставим его здесь. Или, ты думаешь, проклятие Медноликого, наложенное его верховным инквизитором, можно проигнорировать?

– Не сомневаюсь, что оно сработает, но все же…

– Это решение Лестера. – Фабул пожал плечами. – Ладно, за работу, соберите все стрелы и следы нашего пребывания. Кстати, где мелкий? Шарит по углам в поиске ценностей?

– Почему шарит? – Бинго встал из-за кровати. – Уже все. Тут сейф есть. Я им немного занялся, пока вы беседовали. Пришлось попотеть, да и ловушка одна была… Короче, наше путешествие сюда было не без прибыли.