Арканмирр - Петр Верещагин

Врата Вальхаллы отворив, с дружиною своей

На битву Один вышел. Все — герои прежних дней,

И каждый стоил в битве ста иль тысячи бойцов,

Теперь их долгий путь к концу заветному пришел.

На правом фланге свой штандарт поднял могучий Тор,

И Мьолльнир молнии бросал во вражеский шатер.

С отцом шел рядом стройный Улль, который мог стрелой

За сотню миль отрезать часть крыла пчелы лесной…

Был левый фланг у Асов мал, но только лишь числом,

На вид там был всего один валькирий эскадрон

Под флагом Фрейи; служит ей Любовь, а не Война —

Но в Рагнароке силам всем одна судьба дана…

Ломая панцирь льдов, идет корабль Скидбландир,

И вымпел Фрейра на ветру полощется. За ним

Плывут драккары, чтоб на бой ко времени поспеть

И с моря высадиться в тыл к гигантам. «Но, отец, —

Фрейр Ньорду тихо говорит, — как мы сквозь шторм пройдем?

Его исток — сам ад…» Но Ньорд взмахнул своим мечом —

И ветер проложил тропу сквозь стену из воды…

Флот в Мусспельхейм пришел. Костры сложились в знак беды.

Владыка Сурт воздел клинок, пылающий в ночи,

И вызов Фрейру прокричал. Скрестились их мечи…

На Асов воинство взирал Волк Фенрис. В этот миг

Он знал, что — хоть он и силен — ему всех не убить,

Да только главный враг — он здесь, накрыть одним прыжком

Его мог Фенрис. Только путь закроет легион.

Вальхаллы славные сыны… Когда-то их поход

Мог в прах повергнуть города, сместить края миров —

Однако многие года в пирах проведены,

И сила их теперь не та. Герои — не важны

Для битвы. Только Гунгнир! Без копья и Один слаб,

Подобно смертному… И смерть его сведет во мрак!

Волк прыгнул. Будучи пронзен десятками клинков,

Он дотянулся и — сомкнул ряды своих клыков

На шее старого врага… Мучителя копье

Сломалось, вбив в его живот златое острие…

Обрушился на левый фланг Гарм с воинством своим,

Тесня валькирий, чтоб открыть Бифрост — и путь из Тьмы:

Тогда помогут те, кого в аду укрыла Хель,

Те, кто хотят остановить святую карусель.

Однако был отброшен Пес — со множеством потерь,

И закричал надсадно он, как разъяренный зверь.

Пожрав останки павших, Гарм свой нрав восстановил,

Но не решался нападать. Вот тут-то бог войны,

Тир-Однорукий, углядел возможность нанести

Удар по построеньям Хель и в прах ее смести.

Узрев опасность, Гарм презрел первоначальный план

И мать спасать помчался. Тир, однако, не зевал

И половину войска Хель успел разбить, пока

Не ощутила боль его отнятая рука.

Он обернулся. Это Гарм, роняя сгустки мглы,

К нему летел. Секиры свист — и оба смерть нашли…

Под рев сраженья вышел Тор на битву со Змеей,

Швыряя молнии и гром в глубокий зев ее.

Сплелись металл и чешуя, кольчуга и клыки,

Но смертоносный яд решил исход немой борьбы.

И молот огорченно пал на землю. Умер Тор,

Змея, торжественно шипя, свой ядовитый взор

К отцу перевела. Салют ей Локи подарил —

Не всякий властен изменить вердиктам Высших Сил…

Старуха Хель свою орду восставших мертвецов

Приберегала, коль еще неясен битвы ход.

Да, Асов вожаки мертвы; и Фенрис пал, и Гарм,

Но где же Сурт? Или ему и Фрейр не по зубам?..

Собрав остатки армий, Улль пробился на восток,

И Хеймдаллю там одолеть гигантов он помог,

Затем к Бифросту повели они свои войска

Вдвоем. Там Фрейя подняла валькирий в небеса

И обеспечила отход. Но не Асгард их ждал,

Ведь Рагнарок не завершен, а Иггдрасиль не пал…

Я не успел еще сообразить, что значит вся эта поэтическая галиматья, как перед моим внутренним взором предстала новая картина — и тут уже открылись не только непосредственные действия, но и все мысли участников вселенской пьесы, которых я мгновенно узнал, хотя воочию впервые видел многих из них…

— Мы проиграли, — хмуро сказал Фрейр. — Мы сделали все возможное — и потерпели поражение. Я видел, как Хель поразила Видара, а Змея расправилась с сыновьями Тора.

— А я видел, как Локи убил Фригг, как пали Скади и Идун, — добавил Хеймдалль. — Даже если нам удастся выжить…

— Я не желаю жизни такой ценой! — взорвался Улль. — Они нарушили слово Норн,[20]разве не так? Если и это сойдет им с рук…

Невысказанное окончание фразы повисло в воздухе.

— Асгард пал, — наконец произнесла Фрейя, — и остались лишь мы. Мы и наши отряды. Остальные либо погибли, либо перешли на ту сторону. Все — Асы, Ваны[21], смертные, цверги, альвы[22]… Мы не смогли спасти мир и должны дать ему хотя бы надежду на выживание.

— Объясни. — В желтых глазах Хеймдалля вспыхнули искорки интереса. — Что ты имеешь в виду?

— Наши отряды — единственное, что осталось от тех, кто населял Девять Миров. Мы не в счет. — (Улль явно хотел что-то сказать, но Фрейр положил ему руку на плечо, сдерживая вспыльчивого Аса.) — Единственное, что мы пока можем (и должны!) осуществить — спасти их, уведя в иной мир. А сами останемся. Покончив с нами, враги не будут преследовать остатки побежденных армий.

Улль покачал головой:

— Великое самопожертвование, но стоит ли это того? Не лучше ли поставить на кон все и пойти в последнюю атаку?

— Тогда нам конец. И конец всем надеждам.

Пасынок Тора не хотел признавать правоту Фрейи, но что еще ему оставалось? Фрейр был на стороне сестры, да и Хеймдалль, похоже, согласился с представленными доводами.

— Сдаваться я не намерен!

— Это и не входит в основной план, — согласился Фрейр. — Мы остаемся у самого края Бифроста[23]с небольшой дружиной и сражаемся до конца. Надеюсь, мне удастся послать Хель в ее собственное царство мертвых перед тем, как отправиться туда самому.