Братство Света - Рональд Колд

«Великолепно!» — подумал Вагр, отшатываясь от тяжелого тесака, который едва не полоснул его прямо по горлу. С бешеным криком чернобородый метнул багор вперед, и двое лемутов упали на дымящуюся палубу, выронив оружие. Вагр бросился на Людей-Крыс, только что взобравшихся на палубу.

Те несколько опешили от стремительного нападения, и Вагр, слегка изменив направление бега, бросился в воду, едва не раскроив себе голову о сваю, к которой был привязан баркас. Вынырнув, Вагр увидел последнего лемута, оставшегося в пироге. Человек поднырнул под днищем лодки и рванулся к поверхности, выставив вперед руки. В мутной воде Крыс не успел разглядеть атакующего из-под воды врага. Он лишь испуганно пискнул, когда руки Вагра, схватив его за ошейник, увлекли лемута в воду. Обхватив брыкающегося мутанта одной рукой за шею, Вагр нашарил у себя в сапоге нож и дважды вонзил его в бок твари Нечистого.

Оставив конвульсивно дергающегося врага, Вагр мощным гребком вернулся к покинутому судну и руками оттолкнул пирогу от баркаса.

Судно, на борту которого экипаж пироги оказался, словно в плавучей мышеловке, вспыхнуло погребальным факелом. Раздался крысиный писк, и в воду стали падать лемуты, на которых горела шерсть. Крысы, пережившие Смерть и прибавив в весе и интеллекте, потеряли в другом — в воде они больше не были столь же подвижны, как их мелкие предки. Вагр ножом перерезал глотку визжащей твари, которая пыталась остудить в воде дымящуюся морду, и поплыл к берегу.

Через некоторое время за спиной он почувствовал чье-то присутствие. Вагр начал разворачиваться, но лемут уже схватил его когтями за ворот рубахи и замахнулся.

Прямо перед глазами Вагр успел увидеть лезвие грубого каменного топора, когда обрушившееся сверху весло отвело удар и разом утопило Человека-Крысу.

— Ну что, побратим, решил поплавать, а? — Аграв, свесившийся с причала, бесцеремонно подтянул Вагра за шиворот, а второй рукой взъерошил мокрые волосы.

— Вытаскивай Рыжий, собака Нечистого схватила меня за ногу! — истошно прокричал захлебывающийся Вагр. Встревоженный Аграв рванул его вверх, подхватил под мышки и, словно куль, выволок на мокрые доски. Несколько мгновений Вагр отплевывался, и лежал неподвижно, словно отдыхающий тюлень. Аграв настороженно вглядывался в мутную речную воду.

— А где же тот, что держал тебя за ногу?

— Да это я пошутил, — Вагр поднялся и засунул нож в сапог. С него ручьями стекала вода.

— Болван, однажды я пристукну тебя за эти шуточки! — Аграв повернулся и счастливо прищурился на жаркое пламя. Лодки и более крупные суденышки пылали, перегородив всю гавань. Удушливые клубы дыма поднимались вверх. Их гнало ветром в ту сторону, где беспомощно замерла оставшаяся часть флота Нечистого. Вагр хохотнул и погрозил врагам кулаком сквозь стену огня.

— Ну что, побратим, мы с тобой оказались кое на что пригодны, не так ли? Теперь, пока не прогорит, в крепость даже стрела не долетит.

— Точно. Но с шести лодок-то высадились. Как там наши?

Гудящее пламя мешало расслышать подробности боя, происходящего по ту сторону вала из мертвых тел. Вагр огляделся и указал руками на последнюю лодку, на которой в крепость приплыли Люди-Крысы. Побратимы толкнули ее от берега в сторону стены огня, и вскоре она также вспыхнула факелом.

— А теперь — к нашим! — Аграв воинственно выставил перед собой весло и кинулся вверх по склону. Вагр помедлил, пинком выбил дубину у раненого стрелой в шею Волосатого ревуна, осмотрел ее и, удовлетворенно хмыкнув, бросился вслед за приятелем.

На гребне вала они столкнулись с беспорядочно отступающими лемутами. Волосатых Ревунов оставалось в живых мало, в основном сдерживали наступательный порыв ополченцев десять Людей-Крыс, прибывших последними. На них-то и кинулись со спины побратимы.

Аграв могучим ударом переломил спины двоим лемутам, но и его весло треснуло пополам. Тогда он поднырнул под взметнувшуюся крысиную руку с саблей, схватил врага в охапку и покатился с ним по истерзанным трупоедами телам. Чернобородый также успел убить двоих, прежде чем мутанты сообразили, что сзади у них тоже есть враги. Тут Вагр получил удар лезвием сабли плашмя по лицу, пошатнулся и упал. Бросившийся на него Волосатый Ревун рухнул сверху, придавив коленом грудь, и поднял дубину. Вагр уже простился с жизнью, когда лемут вдруг дернулся и стал падать. В спине его торчала оперенная стрела. Дубина все еще раскачивалась в воздухе, когда Вагру удалось высвободить руку и ударить кулаком в оскаленную морду. Ощущение было такое, словно он решил стукнуть камень. Раненая во время побоища в темнице рука онемела до локтя, но тяжелая туша все же свалилась, и человек поднялся, тяжело дыша и растирая ушибленную грудь.

Схватка закончилась. В зеленой воде, в которую поминутно падали дымящиеся головешки, виднелись пять или шесть голов уплывающих лемутов. Вскоре они исчезли в лабиринте из пылающих кораблей. Может быть, их поглотил огонь или им все же удалось достичь своей поредевшей флотилии.

Сзади к Вагру подошел Глисс. Его мертвенно-бледное лицо осеняла мстительная улыбка, левая рука болталась плетью. Удар дубины переломил ключицу и нанес страшную рану каменными шипами. Но староста все еще держался на ногах, восхищенно оглядывая усеянный мертвыми и умирающими лемутами причал. На белых от боли щеках плясали отсветы пожарища.

— И все же мы можем бить Нечистого, Борода!

— Конечно, кто же сомневался, — Вагр устало покачнулся и вынужден был встать на одно колено. По лицу его бежала струйка крови, а скула быстро наливалась синевой.

— Ты молод, и не понимаешь моей радости. Сегодня величайший день в истории Флориды. Люди вновь вспомнили, что они люди!