Забвение - Бекка Фицпатрик

И Джев пошел в одну сторону, а я, с бешено колотящимся сердцем, в другую. Я проталкивалась сквозь толпу, от жара, который исходил от разгоряченных тел танцующих, от зашкаливающего адреналина я вся покрылась потом. Я свернула в коридор, который вел к туалетам, – судя по мерзкому запаху и рою мух антисанитария тут была ужасная. К дверям туалета змеилась длинная очередь, и мне пришлось боком протискиваться между ожидающими, бормоча на ходу «извините, простите».

Как и говорил Джев, в конце коридора была дверь. Я выскользнула через нее и, оказавшись снаружи, побежала вперед: вряд ли было разумно стоять вот так, у всех на виду, поэтому я решила спрятаться за мусорными баками и там ждать Джева.

На полпути я услышала, как распахнулась сзади дверь.

– Быстрее! Сюда! – крикнул чей-то голос. – Она уходит!

Я оглянулась, увидела, что это нефилимы, и помчалась изо всех сил. Я точно знала, что здесь мне оставаться нельзя, так что придется Джеву искать меня в другом месте. Я неслась туда, где мы оставили машину: не найдя меня в условленном месте, Джев, надеюсь, сообразит поискать меня рядом с машиной.

Нефилимы были слишком быстрыми. Я слышала, как они неуклонно приближаются, хотя бежала на максимальной скорости. Меня охватила паника – я поняла, что им ничего не стоит догнать меня.

Когда они были уже на расстоянии вытянутой руки и могли схватить меня – я резко развернулась.

Их было двое. И они сразу остановились, не понимая моего маневра. Я переводила взгляд с одного на другого, с трудом успокаивая дыхание. Можно было бежать дальше и таким образом пытаться отсрочить неизбежную развязку. Можно было попытаться вступить с ними в драку. Можно было звать на помощь и надеяться, что Джев услышит. Но любой из этих вариантов был похож на соломинку, за которую хватается утопающий.

– Это она? – спросил тот, что пониже ростом, с акцентом, похожим на британский. Он не сводил с меня изучающего взгляда.

– Она, – кивнул более высокий, американец. – Они использовали внушение. Вспомни, как учил Черная Рука – сосредоточься на чем-нибудь одном, на какой-нибудь детали. Например, на волосах.

Первый нефилим посмотрел на меня так пристально, как будто хотел рассмотреть через меня кирпичное здание у меня за спиной.

– Ну-ну, – произнес он через секунду. – Рыжая, значит? А мне больше нравилась блондинкой…

Они метнулись ко мне с нечеловеческой скоростью, схватили меня за локти с такой силой, что я вздрогнула.

– Что ты делала на складе? – спросил тот, что повыше. – Как ты нашла его?

– Я… – начала я.

Но я была слишком напугана, чтобы придумать правдоподобную ложь. А если скажу, что заблудилась и забрела в их окно посреди ночи совершенно случайно, они вряд ли поверят.

– Язычок проглотила? – съязвил первый, хватая меня за подбородок.

Я дернула головой.

– Нужно отвести ее на склад, – сказал длинный. – Черная Рука или Блейкли захотят ее допросить.

– Их не будет до завтрашнего дня. Можно и самим получить пару ответов прямо сейчас.

– А если она не будет говорить?

Нефилим-британец облизнул губы, в его глазах мелькнуло что-то нехорошее.

– А мы заставим ее говорить.

Второй нахмурился:

– Она им все расскажет.

– А мы сотрем ей память, когда закончим. Она ничего не заметит.

– Но мы еще недостаточно сильны. Даже если сотрем ей половину, этого будет недостаточно.

– Можно попробовать дьявольскую силу, – предложил первый с возбужденным блеском в глазах.

– Дьявольская сила – это миф. Черная Рука же объяснял.

– Вот как? Но ведь если у ангелов на небесах есть сила, логично предположить, что и демоны в аду должны обладать некоей силой. Ты говоришь – миф, а я говорю – потенциальная золотая жила. Представь, на что мы были бы способны, если бы могли ее применить.

– Даже если дьявольская сила существует, мы не знаем, с чего начинать.

Нефилим-британец раздраженно затряс головой:

– Ты всегда такой зануда! Ладно. Надо, чтобы наши истории звучали одинаково. Чтобы наше слово было против ее. – И он начал загибать пальцы на руке, создавая свою версию событий этой ночи: – Итак, мы преследовали ее от самого склада, нашли ее, прячущуюся в клубе, а пока тащили обратно, она испугалась и все выложила. Не важно, что она будет говорить потом. Она же полезла на склад. Если уж на то пошло, Черная Рука скорее будет ожидать вранья от нее, а не от нас.

Тот, что повыше, явно не был в этом убежден, но и спорить не стал.

– Ты пойдешь со мной, – буркнул первый, грубо толкая меня в узкую щель между зданиями позади. Он прервался буквально на секунду, чтобы сказать своему напарнику: – Стой здесь и смотри, чтобы нам никто не помешал. Если нам удастся вытянуть из нее информацию, мы можем заработать дополнительные бонусы. Может быть, нам даже повысят ранг!

Я оцепенела при мысли о том, что этот нефилим собирается меня допрашивать. Но в то же время я быстро поняла, что против них двоих у меня шансов не было точно, а вот с одним… возможно, я могла бы попробовать. Моей единственной надеждой, хотя и весьма призрачной, уравнять наши шансы было остаться с ним один на один. Поэтому я не сопротивлялась этому британцу, когда он тащил меня все глубже в узкую подворотню, – я надеялась, что это сыграет мне на руку.

– Ты совершаешь большую ошибку, – сказала я ему, вложив в свои слова всю злость и ярость, которые во мне кипели.

Он закатал рукава, демонстрируя при этом разнообразные перстни на пальцах, и решимости у меня вдруг поубавилось.

– Я живу в Америке полгода, встаю на рассвете, весь день тренируюсь под руководством тирана и сижу в бараке под замком по ночам. После шести месяцев такого тюремного заключения так кайфно, я тебе скажу, кого-нибудь поиметь, – он облизнул губы. – Я собираюсь кайфануть, дорогуша.

– Это моя реплика, – произнесла я и вдарила ему коленом между ног.

Я видела много раз, как парни вот так лупят друг друга во время спортивных соревнований или на физкультуре, и понимала, что, скорей всего, этот удар не лишит его возможности двигаться. Но я совсем не ожидала, что он только вскрикнет от боли и сразу же будет готов напасть на меня.

Он стал наступать на меня. Я нащупала на земле какую-то доску, из которой торчали ржавые гвозди – они превращали ее в довольно грозное оружие, и выставила ее перед собой. Но нефилим только пожал плечами, бросив взгляд на доску:

– Ну давай. Давай ударь меня. Мне это не повредит никак.

Я перехватила доску как биту:

– Возможно, надолго вывести тебя из строя и не получится, но, поверь мне, это будет очень больно!

Он сделал ложный выпад вправо, но я была готова к этому. А когда он метнулся влево, я со всей силы ударила его доской. Послышался жуткий звук рвущейся плоти и вопль нефилима.