Сталкеры поневоле. Вопреки судьбе - Виктор Глумов

Что бы такого ему написать?

«Хантер при вербовке назвался Ивановым Иван Иванычем».

«Это кто угодно у тебя узнать мог. Например, беглый зэк, отобравший ПДА».

Вот приплыли так приплыли!

– Он не верит, что я – это я, – сообщил Арамис, присаживаясь на расстеленный туристический коврик. Думает, меня схватили, ПДА отобрали, и теперь с него сообщения строчат. А меня пытают, чтобы на каверзные вопросы отвечал.

– Дай-ка я ему напишу, – сказала Кузя. – Может, вместе убедим.

Она сняла с запястья свой ПДА и принялась строчить сообщения. Что именно Марьяна писала, Арамис не знал, но через некоторое время она улыбнулась:

– Готово, убедила. Слила информацию, которую даже под пытками бы не выдала.

– Поверил?

– Поверить-то поверил, но спрашивает, за каким хреном ему сюда тащиться.

– Скажи, что мы в беде.

– Написала. Говорит, они неподалеку, возле Гнилого болота, и скоро придут. Как раз к обеду успеют, каше еще полчаса вариться.

Полчаса прошли в нервном ожидании.

Сняли котелок с огня, Марьяна принялась раскладывать обед, но в Арамиса еда не лезла – он сидел, как на иголках, и постоянно представлял, что Сокола вот за эти тридцать минут превращают в мутанта. Видимо, Дым думал то же про сестру, бездумно уставившись в одну точку. Внезапно он встрепенулся:

– Нико говорит, ваши товарищи идут. И предлагает спрятаться, чтобы сразу их не пугать.

– Прячься, – согласилась Марьяна. – Мы с ними сначала поговорим, подготовим.

Нико нырнул в заросли.

– А вы сидите и жуйте, будто ничего не случилось, – скомандовала девушка. – Думаете, они сразу на поляну выйдут? Они сначала разведают. А о приближении мы вроде как знать не должны.

Пришлось жевать. Арамис лопатками чувствовал изучающие взгляды сталкеров. Наконец, они выбрались на поляну.

Моджахед, Боров и Чукча были хмурыми и грязными. Боров хромал и опирался на палку. Моджахед целился в сидящих у костра из автомата.

– Привет! – Арамис поднялся навстречу. – Спасибо, что пришли! Ребят, тут такое дело, вы не поверите!

– Поверим, – пообещал хмурый Боров, прохромал к костру и плюхнулся на коврик. – Кузя, у тебя что-нибудь заживляющее есть? Ногу растянул. Лодыжку.

– А худеть надо, Боров, – ласково мурлыкнула девушка. – С таким весом еще бы ты суставы не травмировал. Задирай штанину, лечить будем. И заодно все вам расскажем.

Пока она занималась травмированной конечностью, подыскивала подходящий артефакт, Дым с Арамисом наперебой излагали свою версию событий. Сталкеры слушали, не перебивая. Оказалось, что Моджахед слышал про разумных кукловодов, поэтому появление Нико произвело эффект меньший, чем ожидал Арамис.

– Ну, хорошо, – наконец, произнес рассудительный Боров. – У нас вылазка пустая, без хабара идем. В какой стороне База?

– За Гнилым болотом и дальше, – сказал Дым, видимо, повторив за Нико.

– Нет там ничего! – отрезал Моджахед. – Сплошные аномалии, ковром, и нет никакой базы.

– Нико говорит, что так думают именно из-за аномалий – они воздействуют на психику и идут почти сплошняком. Но он проведет.

– А что дальше? – нахмурился Моджахед и шевельнул бородой. – Мы всемером возьмем бывшую воинскую часть, охраняемую вооруженными головорезами? Я предлагаю звать военных.

– Согласна! – поддержала Кузя.

– Мужики, – Дым поднялся и качнулся с пятки на носок. – У нас нет времени. Ни ждать подмогу, ни ориентировать их, ни убеждать насчет Нико – это вы поверили, а человек при исполнении ни хрена нам не поверит. У меня там сестра, Анька. У Арамиса – друг. И наверняка еще куча невиновных людей. И они могут погибнуть. Есть, как бы это сказать, общечеловеческий долг. Вот представьте, что там – фашисты. А ведь ставящие над людьми эксперименты ничуть не лучше фашистов! Так давайте покажем им кузькину… прости, Кузя, мать. У меня опыта – вагон, на всех хватит. Нико может контролировать людей – сбивать прицелы. Мы же – готовая диверсионная группа. Ну? Наведем порядок в Зоне сами или будем старших братиков звать?

– Я пойду, – улыбнулся вдруг Моджахед. – У меня, Дым, перед тобой должок – я тебя ловить собирался.

– Ну и мы пойдем, – отозвался Боров. – Посмотрим. Станет жарко – извини, вернемся и позовем профессионалов.

А ловко Дым их замотивировал! Прям на «слабо» взял. Арамис даже засомневался, не помогал ли ему Нико, не толкал ли мысли сталкеров в нужную сторону. Но решил сомнения не озвучивать, махнуть на них рукой. В конце концов, главное, что мужики решились.

Сверились с картой. В сторону от Лесопилки раскинулись Гнилые болота – места не столько богатые аномалиями, сколько опасные из-за топей. Обойти болота можно было, забрав к северо-востоку, и вот за ними, в районе деревни Маковка, начинался сущий трындец: сплошной ковер аномалий. И, судя по карте, никаких сооружений.

– Тогда выдвигаемся, – Боров крякнул и поднялся. – Кто командиром?

– Я бы поставил Дыма, – ответил Моджахед, – но он ничего не знает о Зоне. Все о Зоне знает Нико, но он не разговаривает. Арамис молод еще. Поэтому командиром пойду я. Возражения?

Возражений не было.

– А вот заместителем по военной части будет Дым. Ну что, сталкеры, вперед? Комары с Гнилых болот нас заждались. И, боюсь, даже талант кукловода тут не поможет.

Они собрались и выдвинулись цепочкой: Моджахед, Дым, Нико, Кузя, Арамис, Чукча и Боров с неопознаваемой, но очень симпатичной пушкой – замыкающим. Солнце пригревало, и обещанных комаров было немного. Нико с помощью Дыма предупреждал об аномалиях и, видимо, отгонял мутантов. «Всегда бы так по Зоне ходить! – размечтался Арамис. – Как бы Моджахед или Боров Нико не сманили».

К полудню добрались до границы болот и принялись их обходить.

Звенели комары, вдалеке подвывали собаки. Было, в общем, мирно, и Арамис совершенно расслабился, когда девичий вопль разорвал тишину:

– Помогите! На помощь, люди! Тону!