Контакт третьей степени - Сергей Москвин

– Что вы делаете?

– Связываюсь с командованием.

– Из-под земли?

– Да. Мне удалось поймать сигнал. Не мешайте… Готово.

Ольга быстро перечитала составленное сообщение, закодировала его и тут же ткнула стилусом в символ отправления.

– Разрешите взглянуть? – Дмитрий требовательно протянул руку.

Ольга немного помедлила, но затем протянула ему коммуникатор.

«Первому. Состояние: красный. Обвал тоннеля первого уровня. Отрезаны от выхода. Самостоятельно выбраться не можем. Просим помощи. Заря».

Прочитал он с экрана.

– Что значит «состояние: красный»?

– Требуется немедленная эвакуация. Каждому сообщению присваивается определенное состояние. Всего таких состояний четыре: зеленый – все спокойно, желтый – опасность, оранжевый – угроза жизни и красный… – начала объяснять Ольга.

Но Дмитрий перебил ее:

– Кажется, пришел ответ.

– Так быстро?! – Ольга не смогла скрыть своей радости. – Дайте сюда!

Но Дмитрий уже разобрался в незамысловатом меню коммуникатора и сам развернул на экране полученное сообщение.

– «Вас понял. Продолжайте работу». Что это значит?

Что за чушь? Ольга выхватила у Дмитрия коммуникатор, но текст на экране оказался именно таким.

«Вас понял. Продолжайте работу».

– Ты просто вытащил предыдущее сообщение, – догадалась Ольга, но уже через несколько секунд осознала свою ошибку.

Дмитрий все сделал правильно. В памяти коммуникатора хранилось два сообщения: то, предыдущее, и новое, только что полученное. Два ОДИНАКОВЫХ сообщения! Ольга тупо уставилась на экран, потом стерла из памяти полученные сообщения и снова отправила свое с просьбой о помощи. Не прошло и минуты, как пришел ответ. И этот ответ оказался таким же.

«Вас понял. Продолжайте работу».

– Кто это прислал? – спросил Дмитрий, взглянув на экран.

– Панов, – механически ответила Ольга и тут же поняла абсурдность своего утверждения.

В полученном сообщении отсутствовал не только смысл, но и структура. Где адресат «Заре»? Где подпись «Первый»? Панов не мог о них забыть, ни при каких обстоятельствах не мог. Да он никогда и не написал бы подобную чушь! Значит, и то предыдущее сообщение…

Ольга подняла на Дмитрия испуганные глаза.

– Это не он.

– Тогда кто?

– Я не знаю. Такой коммуникатор есть только у Панова. Может быть, это радиоэхо?

Дмитрий только усмехнулся в ответ. Действительно, чтобы радиопомехи были приняты за полезный сигнал, который после обработки и перекодировки еще и сложился в слова! Большей нелепицы даже невозможно представить. Но ведь откуда-то в коммуникаторе появляются приходящие сообщения!

Ольга растерянно посмотрела на Дмитрия, но не успела ничего сказать, как к ним подскочил Жилин.

– Нас эвакуируют?! Прилетит вертолет, да?! Когда нас отсюда вытащат?! – сбиваясь, затараторил он.

От волнения Жилин совершенно забыл про субординацию, бесцеремонно вмешавшись в разговор офицеров. Хотя, может быть, они все оказались в таком положении, когда воинские звания, субординация и прочие уставные отношения утратили всякий смысл.

Но Дмитрий так не считал.

– Вернитесь на место, сержант, – строго сказал он, но когда Жилин отступил назад, добавил: – Эвакуации не будет. Ольге Максимовне не удалось связаться с базой. Из-под земли это сделать невозможно.

Последние слова прозвучали как приговор.

* * *

На несколько секунд повисла напряженная пауза. А потом вдруг Фагот сорвался с места и с криком бросился к завалу. Не желая признавать очевидное, он принялся остервенело разгребать обломки и землю руками. Ему удалось отбросить несколько мелких камней, но крупные глыбы оказались непосильны даже такому великану.

– Побереги руки, – следя за интонацией, чтобы голос звучал спокойно и уверенно, сказал Дмитрий. – Здесь не пройти. Придется искать другой путь.

– Другой? – переспросил Кожевников. – Отсюда есть другой выход? – Он с надеждой посмотрел на Дмитрия, потом повернулся к Ольге: – Это правда, товарищ майор?

Дмитрий выразительно взглянул на женщину, и она не подвела его, подтвердив крайне необходимую сейчас ложь.

– Есть, но не здесь, а… на четвертом уровне.

Дополнительные подробности, как известно, являются лучшим подтверждением сказанного, хотя в данных обстоятельствах Ольге не стоило упоминать про четвертый уровень, где хранилось тело пришельца.

Разведчики надолго задумались, но, как оказалось, все думали о разном.

– Скажи, Фагот, а ты в кого стрелял? – неожиданно спросил Злой.

– Да не стрелял я! – воскликнул Кожевников. – Только прицелился. А он, – Фагот снова покосился на висящий у него под мышкой гранатомет, – как начнет палить.

– Значит, только прицелился? А в кого? – не унимался Злобин.

Кожевников потупился.

– Сам не знаю. Промелькнуло что-то: тень или силуэт… Да какая теперь, к черту, разница? Если б я знал, что граната может обрушить бетонный свод!

– Усиленная, как видишь, может, – заметил Дмитрий. – Не так ли, Ольга Максимовна? Ведь это были те гранаты, которые подверглись воздействию пришельца?

Ольга не стала отпираться.

– Да. Как и все ваше оружие. – Она помедлила. – И мое.

Дмитрию вдруг стало не по себе. Незаметно от всех он передвинул на плече автоматный ремень, чтобы ствол оружия смотрел строго в пол. Надежнее было бы отсоединить магазин и потребовать это же от остальных, но тогда они фактически окажутся безоружными перед лицом возможной опасности. Правда, в нынешнем положении самой реальной угрозой была смерть от голода и жажды, если только они не найдут способ выбраться из бункера, минуя обвалившийся тоннель. «Альтернативными путями проникновения (а значит, и выхода!) на укрепленные, тщательно охраняемые объекты противника могут стать вентиляционные ходы, каналы коммуникаций и различные технические колодцы», – вспомнил Дмитрий наставления из курса оперативной тактики. Пожалуй, это единственная возможность спастись, причем довольно призрачная. Он снова достал полученный от Ольги пакет с планом бункера и, присев на корточки, начал раскладывать перед собой на полулисты схем.

Рядом сейчас же оказалась Ольга.

– Что вы ищете?

Дмитрий поморщился: неужели не ясно?

– Как можно выбраться отсюда, минуя четвертый уровень.

– Никак, – отрезала Ольга. – Бункер строился с расчетом на радиоактивное и химическое заражение окружающей местности. Он полностью автономен, как космическая станция или подводная лодка. Помимо входного шлюза, коллектор четвертого уровня – единственный путь наружу.