Невеста Повелителя ирлингов. Дневник моего сна - Франциска Вудворт

– Расскажите, что происходит дома? – с тоской попросила я.

Не ожидала узнать, что мое исчезновение удалось сохранить в тайне и всем заявили о покушении на моего брата. Объявление меня Кьяри вызвало поддержку Совета, который уже подсчитывает преимущества от этого факта. Данная информация держится в секрете до официального мероприятия.

В свою очередь, я рассказала, что Крон умеет отключать мои чувства, затормаживая меня, и именно этим воспользовался при похищении, что в себя пришла лишь здесь. Пришлось признать, что я действительно его Кьяри и даже продемонстрировать крылья, которые вызвали восхищение девушек и несколько завистливых взглядов.

Обрисовала ситуацию, в которой Крон собирается меня соблазнять в течение этого месяца, а мне надо всеми силами этого избежать. Видя замешательство в их глазах, пояснила, что по нашему соглашению я у него гощу месяц, а потом он обещал меня отпустить и отойти в сторону, дожидаясь своего часа. Верльвицы не удержались от фырканья, с чем я согласилась и призналась, что и самой верится с трудом. В общем, ближайшие наши планы – это не даться в руки Крона и уносить отсюда ноги по истечении месяца или раньше, если станет слишком жарко. Тут я впервые задумалась о том, что Марияна в таком случае может стать заложницей, но успокоило то, что если переносить будет Веста, то ей не важно, сколько человек.

Мы проговорили с девушками допоздна, и в конце вечера они признались, что, отправляясь на задание охранять богатую фифу, пусть и жену Повелителя, они не ожидали, что я буду такой… – неопределенно махнув рукой, они выразили глубину своих чувств. Эх, подозреваю, вино, что притащил нам Крон, оказалось коварное, как и он сам.

В свою очередь, я признала, что с тем, как серьезно у них обстоят дела с честью, я понимаю их желание не спускать с меня глаз, и извинилась, что злилась на них за это. Довольные друг другом, мы расстались. Девушки на чуть нетвердых ногах пошли на выход, а я добралась до кровати и рухнула спать.

* * *

Я провалилась во тьму, и несколько событий случилось одновременно: моего лица коснулось чье-то дыхание, и губы тут же оказались в плену. Как вихрь, который подхватывает осенний лист и несет в неизвестном направлении, так и меня уносило неизвестно куда под напором обжигающей страсти. Я была дезориентирована. Вокруг стояла непроглядная тьма, и все чувства оказались сосредоточены на тактильных ощущениях.

Поцелуй был стремительный, обжигающий, затягивающий, как самый глубокий из омутов. Мне живо вспомнились наши самые жаркие ночи с Шерриданом, и я подалась навстречу, раскрываясь и отдаваясь во власть таких опытных губ и сильных рук, что жадно изучали мое тело.

Наше прерывистое дыхание было неразделимо. Горячая ладонь легла на мой затылок, фиксируя мою голову, чтобы я и не думала отстраниться. Как будто я хотела этого!

Пусть не надеется! Понятия не имела, каким образом ему удалось ворваться в мой сон, лишь его близость имела значение. Тоска по мужу, по его ласкам заставила меня отбросить все вопросы и просто отдаваться его рукам и губам, безмолвно показывая, как сильно я скучала. А мне его безумно не хватало! Я привыкла засыпать и просыпаться в его объятиях. Мое тело, как скрипка, было настроено на него, и ему лишь стоило посмотреть на меня с желанием, как все внутри тянулось к нему. Я точно не относилась к числу тех жен, у которых, чуть дело доходит до постели, начинает болеть голова.

Не прерывая поцелуя, он уложил меня на постель, а я обвила ногами его талию, желая прижаться как можно теснее. От его близости тело вспыхнуло мгновенно, и я сходила с ума от неутоленного желания. Внизу живота все сжималось, и я безумно хотела ощутить себя наполненной им.

Я чувствовала желание и нетерпение прижимающего меня к постели мужского тела. Оно как яд просачивалось сквозь мою кожу, туманя разум.

Хотела зарыться в густые волосы мужа, притягивая его ближе, но мои руки перехватили, не дав дотронуться и заводя их за голову. У меня из груди вырвался разочарованный стон. Неужели он не понимает, как мучительно хочется прикоснуться к нему? Непрерывный поцелуй сменился сотней быстрых поцелуев, а потом глубоким, всепоглощающим и сводящим с ума.

Я дрожала от желания и горела от жара, исходящего от его тела. Его губы сместились на шею, чуть прикусывая ее, и я запрокинула голову, открывая ему полный доступ. Дорожка из поцелуев спустилась по ключицам к груди, и он втянул в рот сосок, что заставило меня выгнуться ему навстречу. Тело как будто молнией пронзило. Он сосал мою грудь, и движения языка вызывали тянущую боль внизу живота.

Шерридан медленно-медленно затягивал мою грудь в рот, вбирая в себя все больше и больше плоти. Его рот был теплым, а твердый нажим зубов заставил меня ахнуть. Пульс стучал в ушах, и я потерлась о его член, зажатый между нашими телами, намекая о своем нетерпении. Мне не нужны были долгие прелюдии. Я безумно желала его.

– Ше-е-е-р! – застонала я, так как больше всего на свете хотела именно в этот момент ощущать его в себе, и…

И я резко вскочила на постели, дрожащая от желания и с бешено бьющимся сердцем. В первые мгновения я не понимала, где я, но свет от камина освещал спальню моих покоев. Внутри все дрожало от разбуженного желания, и кажется, губы еще пульсировали от страстных поцелуев и ныла грудь. Испугавшись, я проверила, на месте ли одежда, но рубашка была цела, и в комнате никого не было.

Соскочив с кровати, я подбежала к зеркалу, чтобы посмотреть на себя. Глаза лихорадочно блестели, но на коже не оказалось следов чужих прикосновений. Что это было? А вернее, кто? Шерридан ли? Сон под влиянием вина? Но хмель уже прошел, и я была растеряна. Желая полностью прояснить голову, пошла в ванную и умылась холодной водой, а потом, подумав, решила принять холодный душ, который прогнал из тела остатки сна.

Завернувшись в халат, я долго смотрела на тлеющие угли в камине, пытаясь понять, был ли это просто сон или… Вот об «или» мне даже думать было страшно. Неохотно вернувшись в постель, я долгое время не могла уснуть, вертясь с боку на бок. Когда же наконец заснула, то оказалась на вершине горы, где меня дожидался Крон.

– Принцесса, долго же тебя ждать пришлось! – с укором заметил ирлинг. Как бы я ни всматривалась в его лицо, но никакого подтекста или намека не заметила.

– С девочками засиделись, – ответила я.

Кивнув, он предложил:

– Полетаем? – И мы взмыли в небо.

* * *

«Утро добрым не бывает!» – это был девиз моего сегодняшнего дня. Проснулась я разбитая, как будто вагоны разгружала. Вызверилась на служанку, которая пыталась засунуть меня в корсет, и, наоборот, выбрала платье зеленого цвета с воротником стоечкой, застегивающееся маленькими пуговками до самой талии, А-образного силуэта. Спереди разрез, открывающий нижнюю юбку цвета слоновой кости. Рукава тоже расширялись книзу и спускались до самого пола. Подкладка у них была в цвет нижней юбки. От локтя с внутренней стороны шел разрез, позволяющий рукам быть свободными. Ко всему этому я добавила строгую высокую прическу, завершив свой туалет. Все лаконично и максимально закрыто.