Всадник для дракона - Александра Лисина

— Не лезь не в свое дело, Кай! — злобно рявкнул дракон. — Со своим Пламенем я как-нибудь сам разберусь!

— Мне кажется, присваивать его себе несколько преждевременно.

— Я же сказал — не лезь! Мы заключили договор!

— Я не нарушал условий — Хейли сделала это добровольно.

— Ты ее обманул! — зло рыкнул Рэн, угрожающе нависнув над инкубом. — Она бы никогда не рискнула! Ты для нее — враг!

— Как и ты, — тихо ответил лорд Эреной. — Мы с тобой Одно целое.

Я почувствовала, что еще немного, и я не выдержу — закричу, ударю кого-нибудь или же просто осяду не ступеньки безвольной куклой, из которой вырвали стержень. Было больно слышать такое от них обоих. Но если о лорде-директоре я и так многое знала и уже успела смириться с его недостатками, то Рэн, мой прекрасный призрачный дракон, оказался совсем не таким, каким я его рисовала.

Матрица, говорите? Искусственная личность, созданная исключительно ради меня? Получается, все, что мне так нравилось в Рэне… не настоящее?!

Как-то легко припомнились отдельные детали, которые я долгое время не хотела замечать. Ненормальная скрытность, многочисленные отговорки, необъяснимое желание использовать в общении исключительно мысленную речь… Я помню, что при соприкосновении разумов солгать невозможно. Прямое общение не оставляет простора для маневра. Особенно если ты — не мудрый, долго живущий, прекрасно владеющий навыками мысленной защиты дракон. Я не могла его прочитать. Никогда. И чувствовала его совсем не так хорошо, как хотела бы. Однажды спросила об этом, но Рэн лишь посмеялся и ловко увел разговор в сторону.

Были и другие признаки — слабые, едва заметные. Я каждый раз недоумевала, но послушно отступала, удовлетворяясь скомканными объяснениями. Я верила ему безгранично. А теперь выходит, верила напрасно.

— Было легко ввести ее в заблуждение, — словно услышав мои мысли, сказал лорд Эреной. — За столько лет ожидания можно было хорошо подготовиться. И придумать, как с минимальными потерями завоевать расположение нужного тебе человека. Достаточно понять, чего он ждет и в чем больше всего нуждается. А затем подобрать подходящую маску и носить ее достаточно долго, чтобы ложь выглядела достоверной. Кто не захочет поверить, что рядом есть хороший и добрый друг? Кому не понравится, что все его мысли находят отражение в твоих рассуждениях? Читай их, преображай, выдавай за свои собственные, хотя бы изредка показывай, что жертва тебе небезразлична, и все — ее расположение у тебя в кармане! А там и до симпатии недалеко… Ты годами изучал Хейли. Искал способ привлечь ее на свою сторону, день за днем ковал свою лучшую маску, сумев сделать ее почти достоверной. Да только вот беда: ты, как и я, не умеешь сочувствовать. И не знаешь сострадания. Творец оставил вашей расе великий дар — и такое же великое проклятие. Но ты схватил его, не раздумывая. Не потому, что по-настоящему этого хотел, а лишь затем, чтобы хоть в чем-то превзойти меня и доказать, что у тебя больше прав на то, что необходимо нам обоим. Ты о многом умолчал в тот день, когда впервые появился в Веере. Скрыл от меня истинное значение Пламени. Ввел в заблуждение относительно своих и моих возможностей. Хотя в чем-то, безусловно, ты был прав — сформировать искусственную личность с заранее известными параметрами оказалось отличной идеей. Идеальная маскировка, мысль о которой я тебе невольно подсказал. Благодаря моим знаниям ты смог сделать то, на что у меня просто не хватило фантазии. И сумел провернуть это так, что я до последнего не понимал, зачем это нужно. Отличная работа, Рэн. Поздравляю. Интересно только, как долго ты сможешь поддерживать игру? И насколько хватит твоей выдержки?

Дракон глухо рыкнул и резким движением вскинул голову:

— Люди слабы. У них нет должного самоконтроля, почти нет дисциплины, они непоследовательны и мягкотелы. И это отвратительно. Но мое Пламя оказалось упрямым. Мне пришлось долго себя ломать, чтобы стать ему ровней. Хотя ты вряд ли оценишь эту жертву.

У меня вырвался тяжелый вздох. А ведь Рэн говорил об этом буквально вчера… Расслабился, не иначе. Жаль, я поняла его слова неправильно. Сейчас он совсем другой — чужой, непонятный. Словно и правда скинул надоевшую маску, выставляя напоказ то, что до сегодняшнего дня столь тщательно и умело скрывал.

Лорд Эреной покачал головой.

— Хейли не потерпит обмана. И ей будет тяжело узнать, что все это время она общалась не с тобой, а с маской.

— Это не было ложью! — раздраженно рыкнул дракон. — Она все поймет потом!

— Только вряд ли сумеет простить… Отпусти ее, пока не поздно, — неожиданно попросил инкуб. — Не рви душу. Не ломай под себя.

— Чтобы она досталась тебе? — зашипел дракон, отчего у меня на душе стало горько. — Этого никогда не будет. Хейли — моя! Запомни это!

— Нет, — твердо ответил лорд Эреной, посмотрев на взмывший вверх призрак. А я внутренне сжалась, сразу вспомнился Сай и его отношение к Лане. Теперь и обо мне заговорили как о вещи. Полезной, чтоб ее, собственности, которой я так не хотела становиться. Неужели это сказал мой Рэн? Впрочем, а был ли он когда-нибудь моим? — Она с тобой… пока что. Но даже она заслуживает право выбирать.

У Рэна из пасти вырвался целый веер снежинок, закружившихся в стремительном вихре.

— А ты дал ей выбор? Когда предлагал стать донором? Когда пил ее душу? И когда чуть не убил тогда на крыше?

Лорд Эреной угрюмо молчал, а у меня на душе стало совсем мерзко. Кажется, не только Рэну есть о чем мне рассказать. И не только он скрывал от меня какую-то неприятную тайну.

— Ты свое время упустил, — уверенно заявил дракон, не услышав ответа. — Хейли все равно моя. Тебе нечего ей предложить.

Было видно, как у инкуба напряглись плечи.

— Ты прав, Пламя не для меня. Хотя если бы я понял его суть немного раньше…

Рэн неожиданно запрокинул голову и зло расхохотался.

— Что такое, Кай? Неужто я слышу в твоем голосе горечь? Неужели это сказал ты, бесчувственный сухарь, который мыслит лишь цифрами и математическими величинами? До меня ты был пустым сосудом, которому никогда не суждено было наполниться. Что ты знал? Что умел кроме того, что научился расщеплять не только сознание, но и саму личность? Кому ты помог, когда нуждались в твоей помощи? Кого поддержал? На кого мог положиться сам? Одиночка, никому не нужная пустышка, за душу которой даже мне оказалось непросто зацепиться!

У лорда Эреноя окаменело лицо.

— Раз ты откликнулся, значит, что-то в ней все-таки было.

— Хороший простор для полета мысли! — издевательски прошипел дракон, снова опускаясь на припорошенную инеем землю. — Кем бы ты был, если бы не я? Чем бы занимался, если бы Рокса не подсказала идею насчет объединения потоков? Такие, как мы, ищут цельность не только в себе, но и в носителе, инкуб! И тот, кто расщепил свою личность, став душевно больным, нас не интересует.

Я прикусила губу, заметив, что, помимо плечей, у лорда Эреноя напряглась и спина, а сам он горько усмехнулся.