Пан. Книга 1. Указанная пророчеством - Сандра Ренье

Я опять кивнула.

— Он покупал белье для сестры. Ему оно было бы мало. У него слишком широкая грудная клетка и плечищи вот такие!

Невольно я взглянула на плечи Ли и его торс, прикрытый майкой. У него тоже и то и другое было довольно объемно. И, наверное, тщательно выбрито. Я тут же устыдилась своих мыслей и покраснела. А он поглядел на меня весело, подмигнул, как будто прочитал мои мысли. И я покраснела еще больше.

— О чем думаешь, Фей? — В голосе его дрожал смех.

— Сам скажи, если угадал, — ответила я.

Он нагнулся ко мне и посмотрел прямо в глаза. Я должна была о чем-нибудь подумать, но мне ничего не приходило в голову. О чем я думала только что? Ах да, о его торсе. Я тут же снова смутилась и запела про себя песенку «Маленький паучок».

Ли удивился и рассмеялся.

— Ну? — спросила я.

— Извини, ты, кажется, напеваешь какую-то ерунду, чтобы сбить меня с толку.

Ах ты! Ладно, это еще ничего не доказывает. Люди часто напевают, когда смущены. Вероятно, он просто надо мной смеется.

Ли поднялся с дивана и потянулся.

— Хочешь чаю? Я быстро в душ, и пойдем чаи гонять. — И он стянул с себя майку.

Вот черт! Торс у него был исключительно накачан и совершенно гладок.

— Э… э… — я глотнула, — я лучше пойду. Мне надо еще… это… что-то снять с себя… Тьфу! Имею в виду, переодеться к свиданию с Ричардом. И мне нужен телефон Флоренс…

Он стоял прямо передо мной, не двигаясь с места. Мне пришлось дотянуться до визитки на софе так близко от него. Как он пах!

— Ты нарочно? — спросила я, поднимая на него взгляд.

Он стоял так близко. От него веяло теплом. Я чувствовала его дыхание на своем лице.

— Что? — переспросил он.

— Меня смущаешь. У меня мысли путаются, когда ты так близко подходишь.

Я заметила, как у него напряглись мускулы на груди и руках, как он сжал ладони в кулаки, как будто ему пришлось делать над собой усилие, чтобы меня не обнять.

— Я кое-чего не понял. Ты долго думала, идти ли со мной на бал, но, ни минуты не сомневаясь, приняла приглашение на свидание какого-то незнакомца?

Я сглотнула. Конечно, я сомневалась. И на свидание пошла бы не одна, а с моими друзьями. Ли прищурился. Я нащупала визитку и резко отступила на шаг назад. При этом я заметила на софе нож. Или скорее кинжал.

— Так ты все-таки был вооружен! — выдохнула я, забыв о всяком смущении.

Лицо хозяина мгновенно из просветленного превратилось в пресно-трезвое, а кинжал бесследно исчез.

На меня тут же нахлынули прежние сомнения. Я оказалась в обществе молодого богоподобного человека, который, как игрушками, жонглировал кинжалами. И сейчас он наполовину голый. Все, я пошла!

— Мне пора. — Я бросилась на лестницу. Позади прозвучало тихое проклятие.

— Фей, подожди!

Он догнал меня на лестнице и поймал за руку. Меня тряхнуло, и Ли меня тут же отпустил. Я посмотрела ему в лицо.

— Я не хотел тебя пугать, — вздохнул он, — извини. Я никогда не причиню тебе вреда, поверь мне.

Разве нормальный человек станет отпирать дверь своего дома, вооружившись кинжалом?

— Это привычка, когда я дома один. Глупо, понимаю, но мне так спокойнее, — ответил Ли.

Я остолбенела от изумления.

До него дошло, что он только что отмочил, и он тихо выругался.

Я не на шутку испугалась.

— Фей, пожалуйста, не бойся меня! Не уходи, я тебе все объясню!

Я замотала головой и попятилась. Оступилась на ступеньке и уже летела вниз, но Ли подхватил меня и прижал к себе. Опять мне в нос ударил этот его удивительный запах, но страх накатил с новой силой.

— Не бойся меня, Фей, — зашептал он мне на ухо, — я тебе никогда ничего дурного не сделаю. Я всегда буду тебя защитить. Пожалуйста, не уходи!

— Пусти! — выдохнула я в ответ.

— Пожалуйста! — настаивал он.

— Я не могу, мне надо идти, — сопротивлялась я, — мне надо позвонить Флоренс, чтобы она проконсультировала меня с прической.

— Давай пригласим ее сюда. Она же все равно хотела меня видеть, — предложил Ли, слегка отстраняясь и заглядывая мне в глаза. И мне совсем не понравилось то, что он в них прочитал. — Я позвоню Фло. Пожалуйста, иди наверх.

В старинном доме наверняка имеется темный подвал, он же темница.

— Фей, это безумие. Пожалуйста! Я тебе клянусь, я тебя не трону. Давай я тебе все объясню, хорошо?

Если бы он захотел что-нибудь со мной сделать, давно бы сделал, у него на это было две недели. Я горько вздохнула и осталась. Он благодарно улыбнулся и за руку повел меня в свои покои.

— Мне просто любопытно: если я сейчас задумаю удрать, ты успеешь прочитать мои мысли и меня остановишь?

Он, закусив губу, усадил меня на диван и вымученно улыбнулся.

— Я могу читать мысли, только когда смотрю человеку прямо в глаза.

— Значит, правда можешь?

Он кивнул.

— Значит, ты правда слышал, как я пою?

— Да.

— И вся эта комедия с майкой? — Я зажмурилась от стыда. Господи, как стыдно! Рядом со мной скрипнула софа, Ли обнял меня за плечи.

— Извини меня, Фей. — Он наклонился ко мне совсем близко. — Я просто хотел произвести впечатление.

— Я тебе никогда больше в глаза взглянуть не смогу, — всхлипнула я, закрывая лицо руками.

— Да что ты, не надо. Я тебе обещаю, я это выключу, насколько смогу. Посмотри на меня, пожалуйста.

Я медленно открыла лицо и совсем рядом увидела его глаза. Он казался по-настоящему расстроенным.

— И давно ты умеешь читать мысли?

— Всегда умел, — он пожал плечами, — только не у всех.

— Значит, ты знаешь, как я о тебе думала поначалу?

Он глубоко вздохнул и кивнул:

— И это было совсем не то, к чему я привык.

— Могу себе представить, — пробормотала я. — Объясни мне фокус с кинжалом.

— Откуда ты знаешь, что это был кинжал, а не обыкновенный кухонный нож? — сощурился Фитцмор.

— Покажи-ка мне этот кухонный нож! — потребовала я.

Он изобразил на лице страдание.

— О нет, Фей!

Но потом вздохнул и протянул руку к стопке газет у себя за спиной на письменном столе.

Это было оружие филигранной работы с лезвием длиной приблизительно сантиметров двадцать из очень темного металла. Но не из нержавейки. Рукоятка состояла из металлических сплетений, как будто несколько тонких витых шнуров взяли и заплели в косички. У родителей Руби такими жгутами стянуты тяжелые бархатные гардины. Только этот кинжал был гораздо тоньше, изящней, легче, как будто специально для тонких пальцев Ли. Гравировка на клинке и драгоценный камень на конце рукоятки. Синий, как глаза его обладателя. Настоящее произведение искусства, такую вещь должен был выковать кузнец-ювелир. Идеальное оружие для Ли. Но страх мой от этого не уменьшился.