Город Змей. Книга 3 - Даррен Шен

— Ты все еще любишь его? — Я стараюсь, чтобы мой голос звучал безучастно.

— Я не могу его не любить. Я понимаю, что это за любовь — искусственная, воображаемая, — но не могу от нее отказаться.

— Знаешь, где он находится?

— Во Дворце, я полагаю. Но, — добавляет она тихо, — я вижу повторяющийся сон о том, что мы встречается в холодном, пустынном месте и я веду его вниз по ступенькам в темноту.

— В Холодильнике? — Она смотрит на меня пустым взглядом, и я задаю ей следующий вопрос: — Расскажи мне о своем возвращении к жизни. Знаешь, как они это делают?

— Нет. Когда я вернулась в первый раз, я была в ужасе. Я помнила свою прошлую жизнь и что я умерла, но совсем забыла, что происходило между этими событиями. С тех пор ничего не изменилось. Смерть — ничто, пустота, не оставляющая чувства времени и пространства.

— Где ты воскресаешь?

— В маленькой комнате, темной и с красными стенами. Там много женщин, одна, например… — Ее лицо морщится, она изо всех сил пытается вспомнить еще что-нибудь. — Извини, это все, что я помню. Я всегда как в тумане, когда возвращаюсь оттуда. Кто-то ведет меня в мою комнату — она рядом с пещерой Инти ватана, — и я там отдыхаю.

Темная комната и женщины вызывают мой интерес. Все виллаки, которых я встречал, мужчины. Но они должны иметь партнерш для производства потомства. Я никогда не думал об этом раньше. Похоже, что они спариваются с инкскими женщинами. Им, вероятно, не хочется смешивать свою аристократическую кровь с кровью простолюдинок.

— В пещере Инти ватана бывают женщины? — спрашиваю я.

— Я никогда их там не видела.

Наступило время рассказать про ее пропавшего возлюбленного. Я говорю тихо, в деталях описывая его исчезновение и мои поиски. Она огорчена новостями, но не подавлена.

— Он у виллаков, — заканчиваю я. — Если бы мне удалось похитить нескольких их женщин, я смог бы заставить священников освободить его.

— Зачем ввязываться в такие проблемы? — говорит она. — Ведь он бессмертен. Они не могут его убить.

— Но они могут держать его в плену до скончания века.

Она хмурится:

— Он сам в состоянии убить себя. Перерезать вены или разбить голову о стену.

— Только если не будет связан и напичкан наркотиками.

Ама издает шипящий звук:

— Ублюдки! Наверняка они использовали меня как приманку, чтобы заманить его под землю. Я часто думала, зачем им понадобилось оживлять меня? Теперь знаю — чтобы добраться до Капака.

— Если бы они собирались использовать тебя только в этом единственном случае, то не стали бы удерживать после того, как завладели им.

— Если не планируют использовать меня против кого-нибудь еще, — бормочет она, и наши глаза встречаются.

Я улыбаюсь:

— Не огорчайся, я не собираюсь терять из-за тебя голову.

— Очень мило. — Она допивает молоко и смотрит на меня поверх чашки. — Ты все еще не рассказал, каким образом сам вляпался в это дело. Зачем тебе Капак?

— Мне нужны связи. Если я освобожу Кардинала, у меня будет друг в самых высоких сферах.

Она усмехается:

— Ты врешь. Но это не важно. У нас у всех есть секреты.

Она сообразительна. Надо держать ухо востро.

— Что будем делать? — спрашивает она. — Похоже, твои поиски зашли в тупик. Тебе известно, что Капак находится под землей, но я не думаю, что кто-нибудь, кроме виллаков, может точно указать его местонахождение.

Я киваю:

— Я мог бы схватить одну из их женщин или взять в плен священника, который говорит по-английски, и подвергнуть его пыткам. Но виллаки — хозяева туннелей. Сомневаюсь, что смогу одержать победу на их территории.

Я замолкаю, задумавшись, но в голову не приходит ничего путного.

— Полагаю, что можно сделать только одно — я иду к Форду Тассо, рассказываю ему, что знаю, и пусть он сам вытаскивает Кардинала.

— Считаешь, что он станет это делать? — скептически спрашивает Ама.

— Нет, — говорю я, — это было бы слишком большим везением.

* * *

Мы с Амой добираемся до Дворца — она остается около наших байков в переулке позади здания. Я вхожу внутрь в обличье Эла Джири и поднимаюсь на пятнадцатый этаж. Коридоры кишат гвардейцами и озабоченными агентами. Я незаметно проскальзываю мимо них. Перед дверью в кабинет Тассо приходится поработать локтями — так густо там намешано людей, настойчиво добивающихся аудиенции у временного Кардинала.

— Привет, Мэгс, — здороваюсь я с усталой секретаршей. — Есть у меня шанс попасть к Тассо?

— Смеетесь? — резко отвечает она. — Я вчера потратила целый день, стараясь с вами связаться. Вы единственный, кого Форд реально хочет видеть. — Она нажимает кнопку двусторонней связи: — Эл здесь.

— Ну, наконец-то, твою мать! Немедленно ко мне!

По дороге я отступаю в сторону, чтобы не столкнуться с тремя испуганными мужчинами — они стремительно выбегают из кабинета Тассо, как будто за ними гонится сам дьявол, — затем закрываю дверь, отсекая себя от хаоса в приемной. Тассо сидит за столом и пристально смотрит на меня здоровым глазом. Ладонью левой руки он массирует правую.

— Рассказывай, что ты разнюхал об этих гребаных Змеях, — рычит он вместо приветствия.

— Когда вы узнали про них? — спрашиваю я, пододвигая стул.

— Позавчера вечером. Какая-то шайка уничтожила отряд гвардейцев, патрулировавших город на востоке, и оставила на одном из тел записку с предупреждением: «Держитесь подальше от восточной части. Змеи». Через несколько часов улицы были переполнены слухами, что сотни бойцов, обученных как настоящие роботы-убийцы, под руководством этого гребаного Паукара Вами, захватили город. Кто они такие, Алжир? И какого хрена ты вдруг возглавил эту чертову армию?

— Если бы вы действительно поверили, что я стал их вождем, мы бы здесь не разговаривали — вы смывали бы с рук мою кровь.

— Это верно, — хмыкает он, и на лице его появляется гримаса. — Что происходит и где ты был?

Я даю ему краткий отчет о своих приключениях в обществе реального Паукара Вами, виллаков и Змей. Я ничего не рассказываю ни о том, что Вами способен умирать и снова возвращаться к жизни, ни о сходных возможностях Амы. Он может поднапрячь воображение и сам сделать эти выводы. Он подробно расспрашивает меня про Змей. Какова их численность? Как они вооружены? Каковы их цели? Я отвечаю подробно, выкладываю все, что знаю, и под конец высказываю предположение, что они могут принести много вреда.

— Да что ты говоришь? — рычит он. — Я только что размышлял о том, что мне делать с Даверном, а теперь еще и это дерьмо. Откуда они взялись, мать их? Невозможно собрать такое войско, не привлекая внимания.