Демоны ее прошлого - Ирина Шевченко

— Все равно уеду. Твое — это только твое, Сью. Я ничего не смогу у тебя отобрать, даже если бы хотела.

Тэйт ждал у общежития, чтобы напомнить, что вечером они договорились пойти в клуб, но Нелл отказалась, подсунув вместо себя Дарлу, а сама читала до позднего вечера, смотрела на потеки на стекле и перебирала паутинку плетения-ключа на запястье, размышляя, не нагрянуть ли ей без приглашения в гости к милорду ректору. В доме у него тепло, а в буфете отыщется джин или бренди.

Но она обещала приходить, только если ее позовут. Он не позвал, и она уснула с мыслью, что нужно пополнить собственные запасы алкоголем, а не надеяться, что в следующий раз ее желание выпить совпадет с желанием Оливера увидеться.

Увиделись они на лекциях.

Милорд Райхон выглядел уставшим и не совсем оправившимся от болезни, но, когда он отпустил остальных студентов и, будто вспомнив о каком-то деле, попросил мисс Мэйнард задержаться, она не стала интересоваться его самочувствием. Взрослый мужчина, сам о себе позаботится. Не хватало еще за него что-то решать, в чем-то подавлять и чего-то не позволять…

— Сможешь сказать соседке, что отправляешься к подруге уже сегодня?

— Опера? — уточнила Нелл.

— Опера завтра. Сегодня хотел пригласить тебя в другое место.

— Куда?

Он загадочно улыбнулся:

— Ты не поверишь, но… в студенческий клуб.

Назвать это иначе, чем мальчишеским бахвальством, было сложно, и Оливер не искал себе оправданий, хотя имелись у него причины наведаться вечером в «Огненный Череп» и помимо желания произвести впечатление на Нелл.

С утра он нашел время и побывал в лечебнице. Переговорил с Грином.

— Да, меня заинтересовал тот случай, — не лукавя признался целитель, когда Оливер объяснил суть вопроса. — И да, я решил изучить его по мере возможности. Что, если бы необычная внешность вашей ученицы оказалась следствием тяжелого заболевания, которое я не сумел распознать сразу? Но вы знаете мои принципы: что бы я ни выявил, обсуждал бы это в первую очередь с мисс Мэйнард.

— И вы… обсуждали?

— Нет. Я выяснил только, что дефицит пигмента вызван, скорее всего, какими-то чарами, но какими именно — неизвестно.

— Собираетесь продолжить исследования?

— А что?

Эдвард Грин — не тот человек, которому хотелось бы лгать, поэтому Оливер был предельно честен:

— Мне не хотелось бы, чтобы вы этим занимались. Достаточно будет, если я скажу вам, что знаю, что случилось с мисс Мэйнард, знаю, что это не представляет опасности ни для нее, ни для окружающих, и пообещаю, что в будущем, если она сама не станет возражать, объясню вам все в подробностях?

Во взгляде доктора читалось столько вопросов, что на них пришлось бы отвечать до следующего утра, но вслух ни одного из них не прозвучало, и даже те, что во взгляде, спрятались до поры под знакомой усмешкой: умел Эдвард напускать на себя вид, будто ему и так все и обо всех известно.

— Я оставлю это дело, раз вы просите, — пообещал он. — Ну а подробности… Если получится, буду не прочь их узнать. Но если нет, я пойму.

«Я пойму» в его исполнении звучало как «все равно узнаю», но Оливер списал этот эффект на свою усилившуюся подозрительность.

От мистера Грина он направился к миссис Грин.

Нашел ту в подвале. Не в морге, но рядом, в маленькой комнатушке, служившей ей подобием личного кабинета. Увидев гостя, она набросила салфетку на эмалированный лоток, содержимое которого до того с интересом изучала, и прикрутила горелку под пузатой колбой с мутной желтой жидкостью.

— Я на минуту, — успокоил Оливер, заметив упрятанное под радушную улыбку недовольство целительницы. — Вот уже несколько дней не могу встретиться с леди Каролайн, она отчего-то никого не принимает, и я подумал…

Эльфы и люди редко бывают близки: разные интересы, разные цели, разный образ мышления. По порой между ними завязывается подобие приятельских отношений, как вот между дочерью лорда Эрентвилля и миссис Грин. И если кто-то знал, отчего леди Каролайн отказывает посетителям в радости ее лицезреть, то это Элизабет.

— Да, слышала что-то, поморщилась она, не отводя взгляда от колбы. — Кажется, Кара поссорилась с отцом и теперь официально в печали.

— Полагаете, это надолго?

Женщина неопределенно пожала плечами, и в этом жесте угадывалось раздражение: леди Каролайн, пусть и не чистокровная эльфийка, может позволить себе затяжные капризы, ей ведь не нужно торопиться жить, как той же Элизабет, спешившей за отведенный ей недолгий людской век успеть как можно больше. А тут ходят всякие и отвлекают расспросами, когда в лотке еще ковыряться и ковыряться, а жидкость в колбе, невзирая на притушенную горелку, начинает закипать.

— Был рад повидаться. — Оливер отступил к двери и взялся за ручку.

— Подождите. — Целительница решительно погасила огонек под булькающей колбой и поднялась из-за стола. — Простите, я… — Махнула рукой. — Все равно ничего не получается. А Каролайн… Забавное совпадение. Мы говорили вчера по телефону, и она сказала, что собирается сегодня в клуб. Предлагала пойти вместе. Я отказалась, но теперь передумала. Стоит сходить развеяться… Что скажете?

Он сказал, что стоит. А во время занятий со спецкурсом пришла в голову идея, по безрассудству превосходившая и недавнюю вылазку на острова, и предстоящий поход в оперу.

Нелл с самого начала не сомневалась, что это какая-то шутка, а когда, в условленный час перенесшись в резиденцию милорда ректора, увидела этого самого милорда, полностью уверилась в своих выводах: костюм Оливера для клуба никак не подходил. Свободные черные штаны и черная же безрукавка с капюшоном, подвязанная широким поясом, годились лишь для дома, и то если не планируешь принимать гостей.

— Планы изменились? — спросила Нелл, притворяясь, будто верила в его приглашение.

— Ничуть. Сейчас вот только… — Он огляделся и взял что-то с кресла. — Перчатки. Без перчаток никак.

Перчатки были странные, с обрезанными наполовину пальцами и плотными нашивками на костяшках.

— Над твоим нарядом тоже придется поработать, — сказал Оливер. — Времени было немного, поэтому позаимствовал кое-что в костюмерной студенческого театра.

— Ты серьезно? — Темно-красный плащ с глубоким капюшоном и черная с красным маска из папье-маше, оставлявшая открытыми лишь рот и подбородок, подтверждали догадку о розыгрыше. — Мы идем на маскарад?

— Можно и так сказать.

— Можно сказать как есть, — хмуро вымолвила Нелл.

— Ты мне доверяешь?

Взгляд, мгновение назад смеявшийся над ее удивлением, стал серьезным. Захотелось спрятаться от него, и Нелл вместо ответа натянула плащ и закрыла лицо маской.

— Ты такая загадочная, — улыбнулся Оливер. — Не дуйся. Там, куда мы направляемся, так принято.