Следы на облаках. Том 2 - Эленора Валкур

Нина

Вдали маячили огни Идыма. Павел молчал, задумавшись о чём-то важном. В любом случае делиться своими мыслями со мной он явно не был настроен. Тогда я сама начала разговор:

– То зеркало, если это оно… С чего ты решил, что это оно, кстати? Так вот, для этого обряда что-то требуется особенное? И это придётся ранним утром искать по всему городу?

– Нет, ничего особенного, – уставшим голосом отозвался Павел. – Алтарь из чёрного мрамора, серебряные цепи, чтобы приковать жертву, свечи из жира некрещёных младенцев и совершеннолетняя девственница с огромными буферами… Да, и чёрные плащи с капюшонами, конечно, – как же без них.

– Ты, надеюсь, шутишь? – не очень уверенно спросила я. – Где, по-твоему, в этом городе я найду тебе совершеннолетнюю девственницу? Свечи из жира младенцев – и то проще.

Павел улыбнулся. Наконец-то. А то видеть его задумчиво-отрешённую физиономию так непривычно, что даже тревожно.

– Кто тут говорил о буферах? – проснулся Тим.

– Доброе утро, – усмехнулась я. – Кто о чём, а Крылов о бабах… На этом перекрестке направо.

– Вы первые начали, – зевнул Тимка.

– Так вот, к твоему вопросу, – продолжил Павел. – Я не уверен. Я только знаю, что у одной из кровных линий Стражей в вашей области было такое зеркало. Кровных линий не так уж и много. Здесь их только четыре. У остальных в родословной максимум три-четыре поколения.

– Почему? – вяло поинтересовался Тим. – Опять вуланцы хулиганили?

– Нет, на этот раз Гитлер постарался, – Павел снова улыбнулся. – Кстати, не факт, что он тоже не с Вулана. Так вот. Во время Отечественной огромное количество Знаков сменили хозяев по причине массовой гибели Стражей. Их родственники были далеко или тоже погибли, так что Знак принимал тот, кто был рядом, – друг, однополчанин, случайный прохожий. Но у Анастасии Тураевой линия кровная и довольно протяжённая. Я прикинул. Энергетический след теряется около 1625 года во Франции.

– А зеркало?

– Изначально это зеркало – моночастотный портал в Крастолл. Его сконструировали для облегчения выхода. Как я уже говорил, на самом деле их как бы два. Одно здесь, в Серой Мерности, а вибрационный двойник был в Крастолле. И зеркала между собой крепко связаны, так как на тонком плане это единый предмет. Вуланцы скопировали структуру портала… Здесь куда?

– Прямо до светофора.

– …скопировали структуру, и портал стал бичастотным. Через него один из Высших риодинов создал сеть зеркальных тоннелей. Теперь они шляются туда-сюда через любые зеркала на расстоянии примерно ста километров от основного портала. В эту зону, соответственно, попадает весь Идым и половина Новобержска. Вуланцы используют зеркала для влияния на неустойчивую психику людей своими вибрациями. Обычно неподготовленные люди от этого становятся необоснованно агрессивными или впадают в глубокую депрессию.

– Хотят, так сказать, обратить всех в свою веру? – хмыкнул Тим.

– Не совсем. Представляешь, сколько людей живёт во всей Новобержской области вместе с такими городками, как Идым, деревнями и посёлками? А теперь представь, какое количество негативной энергии эти люди могут создать, если попадут под влияние вуланцев? Это прорва, чёрная дыра! Думаю, они готовят какой-то серьёзный обряд, для которого необходимо такое количество энергии. И Холмогоров так считает, кстати. Поэтому нужно срочно перекрыть этот канал, пока город не сошёл с ума окончательно.

– Алексей? Он так сказал? – стараясь не выдать волнения голосом, спросила я. – Дистар готовит обряд? А какой?

– Если б я знал.

– А что ещё сказал Алексей? – набралась я наглости. Раз мы работаем теперь вместе, то мог бы и поделиться информацией, в конце концов.

– Много будешь знать, рано состаришься, – хмыкнул Павел. – Вы бы лучше молились, чтобы это оказалось именно ТВОЁ зеркало.

– То есть у нас один шанс из четырёх? Ведь кровных линий четыре? А почему, собственно, ты так уверен, что это зеркало у меня?

– На тебе отпечаток энергии портала. Значит, ты находилась с ним рядом довольно продолжительное время. Вот я и сделал вывод. Хотя вполне может оказаться, что это банальное совпадение. Ты могла работать или учиться рядом с зеркалом и не знать об этом. Есть ещё вариант, что твоя собственная энергия схожа по характеристикам с энергией зеркала. Так тоже бывает. Иногда. Крайне редко, но…

– Направо во двор. Вон тот кирпичный дом, первый подъезд.

Павел заглушил мотор, и мы буквально вывалились из машины. Я сразу наступила во что-то склизкое и противное.

– Что это?

Павел включил фонарик на мобильном, ярким белым пятном выхватывая из темноты жуткие, даже апокалипсические, сюжеты.

– Думаю, если бы на улицах было не так темно, мы бы там увидели то же самое, – обходя разбитый телевизор, лужу крови и раскиданное по двору бельё, прокомментировал Павел. – Здесь эманации Вулана максимальны, а значит, мы на верном пути.

– Хорошо, хоть трупов нет, – выдохнула я, в свете подъездного фонаря оглядывая хаос, царивший в нашем обычно чистеньком дворе.

– Мне родителей нужно проверить, – совсем сник Тимка.

– Нет смысла, – безжалостно отрезал Павел, – сначала заблокируем портал. Иначе ты рискуешь сам с минуты на минуту слететь с катушек и тогда точно никому не поможешь, а я от помощи бы не отказался.

Тим нехотя подчинился. Мы прошли в подъезд: перила первого этажа выломаны, наверх тянется цепочка кровавых капель. Моя дверь была облита какой-то дрянью, судя по запаху – прокисшим супом. Кто-то из соседей жестоко отомстил, видимо, вспомнив, на какой громкости я обычно слушаю рок-музыку, особенно если мне ну очень нравится данный трек.

Я отомкнула замок, Павел бесцеремонно отодвинул меня в сторону и первым вошёл в квартиру.