Сварог. Пленник Короны - Александр Бушков

Гран-Тай протянул ему руку, рывком помог подняться намостик. Спросил почти утвердительно, понимающе:

– Доводилось плавать?

– Да так как-то… – скромно сказал Сварог и глянулвниз.

Рошаль смотрел на них в высшей степени неодобрительно и сместа не двигался.

– Давайте, барон, не задерживайте отплытие! –крикнул Сварог. – Ждут же…

Рошаль что-то произнес в пространство и ухватился залестницу.

– Оружие сдать придется, – морячок протянул руку всторону Сварога, когда охранитель, пыхтя, добрался до них.

– Оружие? – притворно удивился Сварог.

– Да ладно вам. Вон маечка на брюхе оттопыриваетсяоч-ченно недвусмысленно…

Поразмыслив и придя к выводу, что сие логично и неизбежно,Сварог вытянул из-за пазухи шаур и протянул Гран-Таю рукоятью вперед.Предупредил миролюбиво:

– Только далеко от меня эту игрушку не относите,душевно вас прошу. Не больше, чем на пять шагов.

– А то что?

– А то рванет так, что давешний взрыв детским пукомпокажется, – преспокойно сказал Сварог и кивнул в сторону облака черногодыма.

– Шутите?

– Какие уж тут шутки… Гарантия безопасности, слыхали отакой?

Парнишка недоверчиво хмыкнул, повертел незнакомое оружие вруках, но в карман робы спрятал бережно. Может, и не поверил, но решил нерисковать на всякий случай.

А что нам скажет чувство опасности? Чувство опасностимолчало. Пока.

…Вниз, в нутро железной рыбы, пахнущее металлом и машинныммаслом, вели крутые дырчатые ступени. Спустились. Металл, металл, опять металл,местами вытертый до блеска множеством ног, местами потускневший. Приглушенное«бух, бух, бух» откуда-то из недр лодки – аж в пятки отдает, явно работаеткакой-то исполинский механизм. Тусклые лампы, через равные промежуткиукрепленные на стенах коридора – несомненно электрические. Тут же вспомнилосьподземелье, охраняемое безумным, но охочим до карточных игр компьютером, иСварог, как бы между прочим, спросил у впереди идущего Гран-Тая:

– А скажите-ка, такое слово – «Димерея», вам известно?

– Димерея? Первый раз слышу. Что это?

– А, скажем, «Талар»?..

– Тоже как будто нет… Впрочем, обо всем вам лучше всегобудет спросить у капитана, я-то человек маленький, необразованный…

Сварог и Рошаль переглянулись.

Коридоры, отсеки, переборки в крупных заклепках,вентиляционные камеры, эти… как их… порожки перед люками – комингсы, во как,по-пчелиному жужжащие непонятные ящики на стенах. Ранее Сварогу на подлодкахбывать не приходилось, но эта очевидно отличалась от всего того, что майор ВДВвидел в кино или о чем читал – и отличалась… не то что в лучшую, но,несомненно, в другую сторону. Не боевой корабль, а прогулочное корытопредпенсионного возраста, ей-богу. Медные ручки, бронзовая окантовка дверей,лампочки под некогда изящными, а ныне покрытыми зеленью абажурчиками, коридорыне в пример просторнее (хотя попадающимся навстречу спешащим матросам, в такихже, как у их провожатого, робах, все же приходилось вжиматься в переборки,чтобы пропустить гостей. Взгляды подводников были заинтересованные, но неболее, из чего Сварог сделал вывод, что и не таких гостей встречали обитателиэтого «Наутилуса»…)

Озарило вдруг: бляха-муха, так ведь это и есть «Наутилус»,вот что! А точнее говоря – подводная лодка, какой ее представляли себе мсье Верн,мистер Уэллс и иные ранние певчие пташки научно-технического прогресса. Ну да,ну да – все эти ненужные фонарики, неуставные драпировочки на стенах,нефункционально высокие потолки, чуть ли не ковровые дорожки под ногами… Вот,разве что, иллюминаторов во всю стену не наблюдалось, и на том спасибо, а товедь полопаются к чертовой бабушке – при давлении-то… И тут же в мозгу возникловидение огромного парового котла в центре корабля, полуголых потных кочегаров,закидывающих уголь в раззявленную топку, скрипуче вращающихся шестерней в ростчеловека и могучих поршней, ходящих туда-сюда и истекающих маслом… Бред, вобщем.

Они шли и шли, спускались и поднимались по гулким винтовымлестницам, проходили мимо запертых дверей кают, сворачивали на пересечениях коридоров,и спустя какое-то время Сварог окончательно перестал ориентироваться. Яснобыло, что глубоко к сердцу подводного корабля они не торопятся – стараютсядержаться верхних палуб. Субмарина оказалась здоровущей, прямо-такинеправдоподобно огромной, завидев которую любая атомная подлодкастратегического назначения Земли должна была немедля утопиться от зависти иосознания собственной ничтожности. Да-с, братцы, вот торжество прогресса воплоти… то бишь в металле. Так что тут у них, война идет, что ли? Если идет, товесьма и весьма давно – лодочка эта, судя по всему, находится в строю безкапремонта лет эдак с десяток…

Где-то вдалеке вдруг отрывисто затявкал какой-то сигнал,последовал несильный толчок и палуба слегка накренилась (дала дифферент на нос,если уж быть точным).

– Уходим на перископную глубину, – услужливопояснил морячок княжеских кровей. – Проверим напряжение в сети – и вперед…

Сварог покосился на Рошаля. Чем дальше, тем все большемрачнел мастер старший охранитель. То ли клаустрофобия мучила генияконтрразведки, то ли в самом деле надоело до чертиков пребывание на боевыхкораблях… Или же, привыкший видеть вокруг исключительно интриги и козни, нелюбил он оказываться в запертом помещении, в окружении незнакомых людей… Темболее, в незнакомой Вселенной.

– Ничего, масграм, – ободряюще шепнулСварог. – На дирижабле полетали, по океану поплавали, теперь можно и подводой…

Пришли, наконец, поднявшись по узкому трапу к полукруглойдвери с яркими лампами по обе стороны, снабженной мощной проворачивающейсякрестовиной – для герметичного закрытия, не иначе.

Гран-Тай остановился, трижды постучал. Потом с сомнениемоглядел гостей, пробормотал что-то вроде: «Приодеть бы вас надо было, нехорошоперед дамой в таком виде…» и, не успел Сварог удивиться насчет «дамы», снатугой открыл дверь.

За дверью находились двое. Один, высокий статный старик сзачесанными назад седыми, как снег, волосами, стоял в сторонке, и, скрестивруки на груди, хмуро смотрел на вошедших, другой, росточком поменьше,оборотившись к двери спиной и положив руки на бронзовые рукояти, приник лицом кокулярам толстенной трубы перископа. Помимо них здесь имели место: несколькостульев с высокими спинками, штурманский стол, какие-то заковыристые приборы сблестящими ручками и рычажками, обилие карт, диаграмм и схем на стенах истеллажах; и из всего этого, а также из факта куполообразного потолка надголовой капитан Сварог сделал мудрый вывод, что находятся они в рубке. Или какэто называется – капитанский мостик? Наблюдательный пункт? Черт, уже и забыватьстал, ай-ай-ай, а ведь совсем недавно полпланеты переплыл…