Стальная опора - Валерий Афанасьев

От развилки дорога пошла заметно лучшего качества, нежели тракт. Была она не широка, но без выбоин, с ирригационной системой, позволяющей дороге не раскисать даже в дождливое время года. Периодически к ней примыкали ровные площадки, где путешественники могли остановиться для отдыха. Гномы просто не могли позволить дороге, которой пользовались только они, быть в плохом состоянии. Как кузнец, ставящий персональное клеймо на лучшие изделия, не опустится до того, чтобы схалтурить, так и все сделанное гномами — гарантия качества, будь то меч, кольчуга или, как в этом случае, дорога.

Гримми и Нимли погрустнели после отъезда друга и даже перестали ругаться, говоря кратко и лишь по делу. Я же стал понемногу прикидывать, как можно построить оборону в этой местности.

Поле ровное, для конницы вполне проходимое, ни болота, ни ручья, ни оврага, которые могли бы препятствовать маневру конной лавины. У конницы в таких условиях полное преимущество, пусть даже и у легкой.

Нет, будь у меня время сколотить сплоченный строй, обучить его маневрам и хорошо оснастить, можно было бы потягаться с кочевниками и на равнине. Но не сейчас. Сейчас выход один — сковать подвижность конницы, выбирать места, сложные для маневра. Без этого шансов ноль. Впрочем, в предгорьях должно быть не так просторно, вся надежда только на это.

Башенка таможенного поста показалась к вечеру. Она расположилась в полутора километрах от скальных уступов, отмечая тем самым границу владений гномов. Аккуратный шлагбаум, если так можно назвать сооружение, преграждающее дорогу, цель имел скорее декоративную — и справа, и слева его можно было объехать без большого труда.

Два бородатых гнома встречали путников у дороги, подбоченясь и придав себе по возможности важный вид.

— Откуда едем? Куда? С какой целью? Что везем?

— Ты что, Свилта, эля перепил? Еще скажи, что ты нас не узнал, — огрызнулся Гримми.

— Работа у меня такая — спрашивать… — Свилта покосился в нашу сторону. — А это кто с вами? Неужели Раста так похудел?

— Не твоего ума дело. Это наш гость. Ты бы лучше за своим постом следил, недолго осталось.

— А вдруг этот гость везет что-то запрещенное? Как-никак я начальник таможенного поста и должен знать.

Можно подумать, я мог спрятать ворох товаров в небольшой седельной суме.

Второй гном молча открывал шлагбаум. Видимо, разговор был скорее формальностью: пожаловали свои, пусть и с гостем.

Мы миновали таможенный пост, и лишь тогда Свилта спохватился:

— Гримми, подожди! Что ты говорил про «недолго»? Почему недолго, Нимли?

— Завтра узнаешь! — Нимли махнул рукой. — Завтра все узнают…

— Что узнают? И вы вроде должны были вернуться только месяца через полтора-два, — ворчал вслед Свилта. — В следующий раз не пропущу, пока все не расскажете…

~~~

Долина гномов начиналась сразу за скальными уступами. Слева уступ постепенно повышался, переходя в горы, справа неровная невысокая скала длиной метров сто делила вход в ущелье на две части. Та, через которую мы въезжали, была шириной чуть более километра, а рукав, что располагался правее, — гораздо уже. Вход в него затрудняли беспорядочно рассыпанные крупные булыжники. Далее долина расширялась, доходя в ширину порою километров до семи, а в самом широком месте — аж до пятнадцати. В длину долина тянулась почти на сто километров, упираясь в глухой тупик, окруженный горами. Горы были невысоки, километра полтора, но тем не менее скалисты и труднодоступны. На всем протяжении долины гномов насчитывалось лишь пять перевалов, пригодных для перехода вьючных караванов, да плюс к ним не более десятка троп, пригодных для пеших путников. Всего в долине располагалось полтора десятка поселков гномов, не считая мелких поселений и шахт.

Вот оно — идеальное место для обороны. Лучше просто не придумаешь. Если где и можно остановить лавину тилукменов, так только в этом «бутылочном горлышке». Вырвись они на равнину — и каждый поселок придется защищать по отдельности. Силы не удастся объединить, каждый будет рваться к своему поселку, а в результате проиграют все. Конную лаву сдержать не удастся.

— Нимли, а сколько всего гномов в долине? — поинтересовался я.

— Большинство нашего народа живет с той стороны гор. Не сразу за перевалом — подальше, к востоку. А здесь — семьдесят восемь тысяч, — ответил Нимли с гордостью, — все отборные мастера.

Кто бы сомневался в точности ответа. Если кто и знает что-то точно, так это гномы.

Семьдесят восемь тысяч — немало. Если откинуть половину на женщин, потом еще половину на стариков и детей, получается около двадцати тысяч тех, сможет держать оружие в руках. Эх, собрать хотя бы тысяч десять…