Умереть и встать - Аделина Камински

— Как посмела ты допустить вандализм на моей могиле, плешивая беззубая ты собака?! — пошла графиня в разнос, как только могильщик предстал пред ее праведными очами.

— Госпожа… — растерянно захлопал старик глазами, дрожащими пальцами прижимая к груди поеденный молью головной убор. — Я ведь… я…

— …ты ведь пойдешь отсюда прочь, — завершила за него Анна-Мария, пренебрежительно махнув рукой. — Потому что граф Понтилат наймет человека более внимательного и осмотрительного. Ты всё еще здесь? Есть желание уйти с кладбища прямиком на эшафот? Я могу устроить это, и мне будет вовсе не лень подать прошение о казни нерадивого работника.

— У тебя в горле не пересохло, барышня? — поинтересовался Марло, снова скорчив физиономию.

— Молчи, червяк, — обернулась к нему девушка и смерила презрительным взглядом. — Лучше наблюдай, что происходит с нерадивыми людьми, не исполняющими свои обязанности, как должно.

— Мне такое не грозит, — выпятив губу, ответил рыжий, на что получил весьма болезненный тычок в спину от темноволосого одноклассника.

Судя по всему, при дворе у графини врагов имеется с лихвой. Дама с настолько скверным характером вполне могла настроить против себя даже самого короля, а профессор немного ошибся. Подозреваемых не то чтобы нет совсем… Под подозрение могли попасть абсолютно все обитатели дворца и не только дворца, если Анна-Мария покидала его пределы. Задача усложняется.

— Будь по-вашему, госпожа… — отвесил могильщик глубокий поклон. — Воистину справедливы слова ваши. — А затем метнул быстрый взгляд на Азусу, прищурился, едва слышно прошептал: «Не упокоится душа твоя на том свете» и похромал к выходу с кладбища.

Графиня же удовлетворенно скрестила руки на груди и улыбнулась уголками губ.

— Отсутствовала всего месяц, а дел на целую жизнь вперед накопилось. Что ж во дворце меня ожидает? Мама дорога-а-ая…

— Прошу прощения, Анна-Мария, но во дворец мы сейчас не поедем, — рискуя здоровьем физическим и моральным, заявил брюнет, когда красавица обогнала ковылявшего могильщика и целенаправленно полетела вперед, чеканя шаг.

— Разумеется, поедем, — вскинула она брови. — Мне нужно тотчас же показаться на глаза отцу и сообщить о своем возвращении. А также королю и принцу. Хотя принц — это дело десятое и к нему я подойду, когда пройдусь по основным связям и разрешу дела, требующие моего немедленного участия.

— Нет, послушайте, — тенью скользнул Азуса вперед, нерушимой скалой вырос напротив хрупкой девушки и взял ее за плечи. — Для всего дворца в настоящий момент вы мертвы. И менять ничего не стоит. Пока вы мертвы, у нас развязаны руки. Понимаете, о чем я?

— Я понимаю, что к особе знатного рода слугам прикасаться запрещено без должного на то позволения, — хладнокровно заявила Анна-Мария.

Жилка вновь забилась под глазом Азусы, но руки он убрал.

Слуга… какое же отвратительное слово. Слово, которым его в свое время пугали при дворе. В отличие от наследницы графа Понтилата, неприятелей у парня было немного, однако в жизни его они сыграли важную роль. Настолько важную, что возвращаться в родные пенаты у Азусы не было никакого желания. Кто же знал, что судьба распорядится иначе?

— Если у вас есть какой-то гениальный план, касательно моего триумфального возвращения, то попрошу озвучить его немедля. — Взгляд девушки мог бы прожечь дыру в неподготовленном к этой встрече человеке, но только не в натерпевшемся от жизни некроманте.

— Мой гениальный план состоит в том, что триумфального возвращения не состоится, — огорошили графиню, и она аж ротик ладошкой прикрыла от такой откровенной наглости. — Если для восстановления воспоминаний вам необходимо посетить дворец, то мы подкорректируем ваш облик и сочиним правдивую легенду о некой страннице издалека. Но графиня Анна-Мария Понтилат до завершения следствия во дворце не появится.

Казалось, весь мир стих в ожидании.

«Нет, она не может быть настолько глупа, чтобы продолжать стоять на своем, — рассуждал Азуса, не сводя глаз с насупившегося личика. — Разве не попытается убийца повторить свое злодеяние, как только узнает о возвращении жертвы? Да, понимание промелькнуло на ее лице. Всё-таки мой план…»

— Нет, я отказываюсь от такого плана, — усмехнулась девушка ему прямо в лицо. — Я готова рискнуть, но накинуть на себя морок и жаться по углам, как мышь некрещеная, не собираюсь.

«Либо она действительно настолько глупа, либо чересчур смела. Для девушки, ни в чем никогда не знавшей отказа и проживавшей под крылом богатого отца, второй вариант практически невозможен. Вероятно, безрассудна. Да, вполне может быть. Настолько безрассудна, что готова подставить себя под удар снова, лишь бы кому-то что-то доказать».

— И где же экипаж? — насторожено глянула по сторонам воскресшая, как только троица некромантов с ней во главе покинула пределы столичного кладбища и вышла на главную дорогу.

— А экипажа нет, — копируя манеру капризной графини, развел руками Марло, а после приложил ладошку к приоткрытому в мнимом ужасе рту. — Как же так?

— Карета? — предположила Анна-Мария, зыркнув на Азусу. — Лошадь?

— Почти угадали, — обнадежили девушку. — Мы дождемся почтового дилижанса. Ходит он с периодичностью в два-три часа.

— Почтовый… — на мгновение потеряла графиня дар речи. — Почтовый… дилижанс? Это ведь шутка, верно? Верно?..

* * *

Дилижанс изрядно потряхивало на неровной дороге. То и дело колеса попадали в крупные выбоины, и филейные части Анны-Марии отрывались от жесткого сидения. Но знатная особа молчала. Смотрела в окошко и молчала. О чем она могла размышлять после всего, что произошло? О тех людях, что строили ей козни во дворце? О бывшем женихе, которому в настоящий момент подыскивают новую кандидатку в счастливые невесты? Счастливые невесты и будущие королевы.

Королевы… В этом ли кроется разгадка намерений убийцы? Графиня Понтилат не должна была дожить до дня свадьбы? Или до дня коронации? Но перечень подозреваемых воистину огромен.

— Графиня, вы не могли бы?.. — открыл Азуса рот, но рыжий приятель тут же шикнул на него и прижал палец к губам.

— Не буди лихо, пока тихо.

Лихо с момента посадки в дилижанс не произнесло ни единого слова. Только ойкало и айкало периодически, когда яма под колесами транспортного средства оказывалась слишком глубокой, а камни — слишком высокими.

— Как твое имя? — наконец проявила девушка инициативу и тяжелый взгляд с мрачного вида за окном перевела на темноволосого некроманта.

— Азуса.

— Иностранец?

— Можно и так сказать.

— Но почему мне кажется, что я слышала это имя во дворце? — вскинула Анна-Мария бровь.

А слава бежала впереди него. Мысленно парень усмехнулся. Конечно, от такого пятна не избавиться и вовек. Даже скрывшись в академии за толстыми стенами. О главном сопернике принца слухи ходили до сих пор, и меньше всего этому сопернику хотелось вернуться туда, где о нем знали. Туда, где его помнили. И туда, откуда он мечтал убраться далеко и надолго.