Леди второго сорта - Делия Росси

Опекун выглядел уже не таким замороженным. И в глазах эмоции появились, вот только я не смогла разобрать, какие.

— Разумеется, — кивнул Давенпорт и достал из нагрудного кармана золотые часы. — Доктор Штерн сказал, что это всего лишь вопрос времени.

На бледном лице застыло странное выражение. Похоже, лорд пытался ободряюще мне улыбнуться, но не слишком хорошо знал, как это делается.

— Значит, ног ты не чувствуешь? — оставив неудавшуюся попытку, спросил опекун, и уточнил: — До пояса?

— Почти.

— Что это значит?

Давенпорт прищурился.

— Ниже колен вообще ничего, выше — иногда что-то ощущаю, правда, двигаться особо не могу.

— Ты позволишь?

Опекун убрал часы в карман, подошел ближе и также, как недавно доктор Штерн, медленно провел рукой над моими укрытыми покрывалом ногами. На его длинном лице появилось странно задумчивое выражение. Казалось, Давенпорт к чему-то прислушивается. Время шло, в комнате царила тишина, нарушаемая лишь тихим треском дров в камине, а опекун все молчал, застыв надо мной неподвижным изваянием.

— Ну что? Больной скорее жив, чем мертв? — не выдержав долгого ожидания, спросила я.

Давенпорт не ответил. Он продолжал напряженно хмуриться и разглядывать узоры на покрывале с таким видом, словно не мог решить какую-то сложную задачу.

— Неужели все так плохо?

Я пыталась бодриться и не поддаваться унынию, но сердце вдруг екнуло. Что, если у меня не получится встать на ноги? Да нет, глупость какая! Я обязательно встану.

— Нет. Не плохо.

Давенпорт покачал головой и снова провел руками, захватывая, на сей раз, область от груди и ниже.

— Скорее, странно, — тихо сказал он.

— И в чем заключается эта странность?

Мне хотелось встряхнуть опекуна и вынудить его говорить быстрее, но я заставила себя сосчитать до пяти и выдохнуть.

— Магические потоки исчезают, — с сомнением посмотрев мне в глаза, ответил Давенпорт. — Чем ниже от сердца, тем они слабее.

Час от часу не легче! С чего бы им исчезать? Стоп. Что он сказал? Магические потоки? Выходит, в этом мире действительно есть магия, и Келд — настоящий маг? С ума сойти!

— И чем это грозит?

Я напряженно смотрела на Давенпорта.

— Мне нужно кое с кем посоветоваться, — ушел от ответа опекун. — Пока трудно сказать, но я уверен, что все поправимо.

— Получается, мой паралич случился не из-за падения?

— Белла, не думай об этом. В скором времени ты обязательно встанешь на ноги, я найду способ.

В бесстрастном еще недавно голосе прозвучали неподдельные эмоции, но уже спустя секунду опекун отошел от кровати, и на его лице застыло прежнее холодное выражение.

— Что ж, уверена, у нас все получится.

Я из-под ресниц взглянула на Давенпорта. Тот снова вытащил часы, но открывать их не стал, поглаживая едва заметную гравировку, и уже привычно хмурясь. Я понаблюдала пару минут за движениями его пальцев, а потом не выдержала.

— Лорд Давенпорт, я так хочу выбраться из комнаты, подышать свежим воздухом. Мне невыносимо все время лежать в постели и не иметь возможности передвигаться. Может, есть какой-то способ?..

Я не договорила и умоляюще посмотрела на опекуна, пытаясь взглядом передать, как мне это необходимо, а Давенпорт снова едва заметно нахмурился, открыл крышку часов и уставился на циферблат.

— Я распорядился, чтобы тебе доставили коляску, управляемую с помощью магии, — не поднимая головы, сказал опекун.

В его голосе сквозило сомнение. Казалось, Давенпорт был не слишком уверен в том, что поступает правильно. Наверное, не мог допустить, что я справлюсь. Хотя, что сложного в том, чтобы крутить колеса?

— Конечно, тебе придется приложить определенные усилия, чтобы научиться управлять коляской.

Ровные брови опекуна сошлись на переносице. Понятно. Боится, что у меня не получится. Это он зря. Да ради одной возможности покинуть надоевшую постель и добраться до ванной я готова, на что угодно.

— Я очень постараюсь, — ответила опекуну.

Золотая крышка захлопнулась с сухим щелчком, Давенпорт убрал часы в карман и негромко позвал:

— Олаф!

Двери медленно открылись, и в комнату, толкая впереди себя инвалидную коляску, вошел высокий рыжий парень.

— Вот, лорд Давенпорт, все, как вы заказывали. Удобное кресло, подножки регулируются по высоте, колеса совершенно бесшумные, магии хватает на полгода ежедневных передвижений, потом нужна будет подзарядка.

Олаф улыбнулся и тряхнул головой, отбрасывая со лба длинную густую челку.

— Миледи, хотите попробовать? — посмотрел он на меня, и в его глазах я заметила азарт мастера, которому не терпится показать свое творение.

— Думаю, пока еще рано, — начал опекун, но я его перебила и торопливо кивнула.

— Хочу. Прямо сейчас. Давайте попробуем.

Давенпорт сдвинул брови, но я решила не обращать внимания на его недовольство.

— Поможете мне?

Я посмотрела на Олафа, и тот подкатил кресло к кровати, а потом легко поднял меня на руки и усадил на сиденье.

— И как им управлять?

Я погладила обтянутые кожей подлокотники.

— Видите вот этот рычажок? — принялся объяснять парень. — Кладете на него руку, дожидаетесь, пока рядом с ним загорится зеленый огонек, и поворачиваете. Вот так. А дальше вам останется только мысленно приказать, куда ехать, и кресло само выберет дорогу.

— Выходит, оно разумное?

— В заданных рамках, — улыбнулся Олаф и предложил: — Благодаря вложенной в него магии, кресло способно считывать приказы владельца. Ну что, попробуем выехать из комнаты?

— Белла, ты уверена, что тебе это по силам? — вмешался опекун. — Может быть, пока отдохнешь?

— Нет, спасибо, я хочу испытать кресло прямо сейчас.

Я нажала на рычажок, дождалась, когда он загорится зеленым, и мысленно приказала: — «Вперед!»

Кресло тихо зажужжало и покатилось к двери. Олаф открыл ее, я выехала в коридор и огляделась по сторонам. Бордовые обои на стенах выглядели затертыми, как и мраморные полы, тусклые светильники почти не давали света. Воздух слегка отдавал плесенью, а на картинных рамах толстым слоем лежала пыль. Странно. Такое ощущение, что здесь давно не убирали.

Я тронулась с места и покатила к виднеющейся впереди лестнице. Коляска бесшумно ехала по каменным плитам, Олаф на всякий случай подстраховывал, придерживая спинку, а Давенпорт безмолвно шел следом, и от его высокой фигуры исходило едва ощутимое неодобрение. Я чувствовала, что опекуну не по душе внезапная прогулка, и пыталась понять, почему. Но это было лишь одно из целого вороха недоумений, которые теснились у меня в голове.