Солдат - Роман Пастырь

— Что это было, наставник?

— Нас проверяли.

— Да я не про это. Почему своё старое имя назвали?

— Потому что новое ничего здесь не значит. Так проще. Заметил проверку?

— Кто-то из окопа проверял.

— Смотрели, не поддельные ли у нас личины.

— Бывает и такое?

— Чего только не бывает.

Под окопом я имел в виду целый подземный комплекс из туннелей. По косвенным признакам я там человек десять насчитал. Серьезно здесь к безопасности относятся. Что-то мне подсказывает, что Сергиус не просто так именно этой тропой пошёл. Зайди в другом месте, и встретили бы нас не так радужно.

Прошли через нормальные, открытые в это время дня ворота. Эта очевидная брешь в обороне вызывала неприятные чувства. Не брешь, а ловушка для тупых, если вдруг кто решит прорваться.

Внутри лагерь напоминал полноценный город. Только вместо домов, палатки и шатры. Зато есть четко выраженные улицы. По одной из которых мы прошли. Сергиус отвёл меня в палатку.

С вывеской.

Надпись гласила: «Справочная».

Точнее, это был ближайший понятный мне перевод с местного языка. Если же переводить дословно, то палатка называлась: «Место с информацией».

— Ты пока поговори с Кло, а я кое-какие дела улажу.

— Поговори — это означает допроси? — пошутил я, чувствуя предвкушение, что найду в этом месте столь желанную информацию.

— Сам разберёшься.

Как всегда, Сергиус был угрюм и лаконичен. Особенно в этом месте. Совсем эмоции с лица ушли.

Пожав плечами, я отодвинул полог и зашёл внутрь. Это была палатка средних размеров. Малые размеры отводились под временное жилище солдат, в которых спали по двое человек. Я и сам в такой жил. Большие палатки называли шатрами, там обычно заседал штаб. Ну, или жили высокопоставленные командиры. От входа в лагерь мы до сюда минут десять шли, и я пару десятков больших шатров заметил. Эта же палатка была именно средней. Сшитая из качественной кожи, которую, я уверен, просто так не пробьешь и не подожжёшь. Да и вода не протечёт. Этот материал отличался в сторону качества от того, что использовалось в обычных палатках, и я понял почему. Здесь вдоль стен высились стеллажи со множеством свитков.

— Чего надо? — спросил меня сидящий здесь старик.

На вид ему лет семьдесят, но я не удивлюсь, если и все сто. Седой, с клочками волос на голове, в солдатской форме, с пиалой местного аналога чая в руках. Сидел он у чего-то, напоминающего прозрачный куб, а внутри разогретые то ли металлические бруски грубой обработки, то ли камни. Таких штук я ещё никогда не видел и не удержался от любопытства.

— Что это?

— О, молодой человек, это удивительная штука. Называется не твоего ума дело.

Я посмотрел на старика. Он посмотрел на меня.

Хотел бы я сказать, что наши взгляды встретились, как мечи на поле брани, но нет. Старик глядел скучающе, с пренебрежительным выражением лица.

Напоминал он старый, старый камень, который уже пару тысячелетий валяется никому не нужным, а твёрдость и сила сменились на упрямство и раздражительность.

— Вы мастер Кло?

— Догадливый, или подсказал кто? — сказал он чуть более мирным голосом.

Назвать кого-то мастером — это проявить большое уважение. Я не уверен, что этот человек тянет на звание мастера, но с меня не убудет, а ему приятно.

Старик закрывал ноги шерстяным одеялом и заметно почему. Одна из ног отсутствует. Ветеран, может, даже бывший элитный воин, на пенсии.

— Что интересного у вас есть? — перешёл я к делу.

— Ты что, не в курсе, куда пришёл?

— Мне наставник велел самому разобраться, что здесь и как. Расскажете?

— Здесь узнают о заказах. На дороманцев, как нетрудно догадаться. Также здесь содержится вся известная информация о целях. Ещё описание наград за победу над ними.

— Как понимаю, речь не про рядовых солдат?

— Конечно нет. Речь про тех, кто заслужил себе имя. Убил достаточно наших, чтобы его начали уважать и назначили особую награду за его голову. Такому мальку, как ты, рановато встречаться со взрослыми воинами.

— А в списках случаем нету одной рыжей женщины, которая недавно шуму в лесах навела?

— Про эту женщину слышал. Нет её в списке. Мелковата она для него.

Вот как. Это было ценной информацией. Если предположить, что жрица прибыла в этот мир плюс-минус в то же самое время, что и я, получается, скорость её развития куда меньше, чем моя. Так-то чуть быстрее, но не стоит забывать, что она жрица, с большим опытом за плечами. Скорее всего, это далеко не первая её отправка в другой мир. Поэтому то, что я после встречи с ней выжил, говорило о том, что она заурядная личность. Это с позиции неопытности я впечатлился поначалу, но сейчас лучше понимаю, что не так-то она и хороша.

Это была прекрасная новость. Неважно, насколько она была сильна в ту ночь. Важно то, что у меня есть шанс её догнать и обогнать. Надо просто ускориться ещё больше.

— И что, в свитках самые опасные? Чем славятся? — поддал я в голос юношеского недоверия и скептицизма.

Сработало. Не потому, что я великий актер, а потому, что старику, кажется, было скучно здесь сидеть, и почесать языком он не прочь.

— Дороманцы те ещё гады. Никогда не жди от них урсувайского благородства.

Я и от урсувайцев благородства не ждал, но промолчал.

— Они заполонили горы рабами. Подлая тактика. Сами сражаться не любят.

— Рабами? — вот здесь я искренне удивился.

— Недавно эта подлость выяснилась. — Кло пожевал губу. — Закупают сильных рабов в землях второго порядка, тренируют их здесь, а потом используют как боевую силу.

— И что, эта тактика работает?

— Половина списка, — кивнул старик на свитки. — Это такие рабы.

— А что за земли второго порядка?

— Ты что, из деревни?

— Из неё самой.

— Плохо дело. Я думал, ты образованный, — расстроился Кло.

— Образованный.

— И читать умеешь?

— Умею.

— Тогда читай. Если не обманешь, отвечу на вопросы.

Пфф. Это была самая дурацкая сделка, которую можно предложить ловцу знаний. Изучать ценную информацию, чтобы получить другую ценную информацию. Тоже мне, вызов.

— С чего посоветуете начать?

Старик хмыкнул и указал на стеллаж. Я подошёл, развернул первый свиток, вчитался в скупые строки, которые сопровождались рисунками — условными портретами целей. Имя, особенности силы, какие таинства были замечены, где в последний раз видели, кого из наших успели убить. В конце шла награда. Платили либо деньгами, причем существенными, равными где-то полугодовой зарплате элитного солдата. Ну, либо трёхлетней зарплате ветерана. Либо специями, которые просто так не достанешь. Последнее было интереснее всего. Да и от денег я не откажусь.