Без права выбора - Надежда Олешкевич

Восемь месяцев спустя

— Лисая, я волнуюсь за тебя, — не переставала крутиться вокруг меня Игрис, пытаясь из моих длинных непослушных волос сделать красивую прическу. — А если тебя заметят? И платье… Ни одно твое платье не подходит для бала.

— Это будет сюрприз, — лукаво улыбнулась я и потянулась к вылезшей шпильке, за что получила по руке.

— Не мешай. Не видишь, я стараюсь?

— Прически делать — не твое призвание, — подначила я подругу.

— А то я не знаю! — взмахнула она руками и потянулась за кремовой лентой. — У меня для этого есть служанка, от которой ты зря отказалась. К тому же для такого случая у тебя в наличии имеются сестры. Целых три, если помнишь!

— И кто из них способен сотворить нечто такое же бесподобно красивое, как сделала это ты?

Игрис сморщила носик, отмахнулась. Лесть попала точно в цель.

— Вот тут еще шпильки не хватает. Смотри, как болтается.

— Так, Лисая, ты делаешь прическу или я? — возмутилась она, уперев руки в бока, но тут же смягчилась: — Покажи, где болтается?

Спустя четверть часа приготовлений я смогла с уверенностью сказать, что выгляжу красиво. Как минимум та часть, что располагалась выше груди. Собранные в высокую прическу локоны изящно переплетались с тонкими лентами, среди которых совсем немного не хватало белых бусин. Но это все поправимо.

— Давай я тебя проведу, — предложила Игрис, заколов еще одну шпильку. — Отец дома, и он сегодня не в духе.

— Очередная ссора?

Подруга поморщилась и спрятала в шкатулку не пригодившиеся ленты. А спустя десять минут мы уже шли к нашему любимому месту — фонтану. Здесь мы встречались и расходились. Тут обсуждали насущные проблемы.

— Он хочет снова… — начала подруга, но запнулась, будто у нее кость поперек горла встала.

Румяное лицо побледнело. В зеленых глазах, устремленных куда-то вдаль, отразилась печаль. Я обернулась и увидела беременную девушку в кругу небольшой свиты, которая прогуливалась по саду.

— А еще такая молодая…

Игрис отвернулась и зажмурилась. Было видно, как ей было непросто. Тонкие брови сошлись на переносице. Крылья вздернутого носа затрепетали. Сама же она сделала глубокий вдох и усилием воли расслабилась.

— Не переживай ты так.

— Знаешь, как страшно?! — воскликнула подруга и, испугавшись громкости сказанного, тут же понизила голос. — А если меня заставят уже в молодости рожать? Я не хочу!

— Никто не заставит. Твой отец довольно богат, чтобы выторговать за свою дочь лет десять-пятнадцать. Уверена, он не желает тебе зла и знает, что делает.

— Десять лет, — обреченно сказала она. — И зачем я родилась с даром Богини? Да и разве это дар?! Проклятье!

— Не надо, Игрис, не начинай.

— А что, я не права? И твоя, и моя мамы были бы живы, если бы в нас не проснулся этот самый «дар». Мне страшно подумать, что завтра какой-нибудь знатный лорд посмотрит в мою сторону и скажет: «Хочу ее в жены». И что мне прикажешь делать? Собирать вещи и бежать? Куда?! Лисая, возьми меня с собой в храм Айны. Лучше прислуживать ей до конца жизни, чем в один прекрасный момент узнать, что беременна, и начался обратный отсчет твоих дней.

Я обняла подругу, погладила по голове. У нее редко случались подобные приступы паники, но все же страх в ближайшем будущем выйти замуж и зачать ребенка присутствовал постоянно. Это лишенные эши люди могли ничего не бояться. Нам же, женщинам с даром, уготована не самая приятная участь — умереть при родах.

— Все будет хорошо. А вдруг найдется человек, которому ты станешь дороже любого сокровища мира? Он выберет тебя вместо продолжения рода, и вы проживете долгую и счастливую жизнь.

— Такое бывает только в сказках, — хохотнула Игрис и отстранилась. — Ладно, пора расходиться. У тебя прическа готова. А я?

Мы улыбнулись друг другу и поспешили по домам. Мне не терпелось нанести последние штрихи в мой наряд. Уже в комнате я начала мысленно вытягивать из рассредоточенной в воздухе эши небольшую горсть. Скручивать в комок, уплотнять. А после опускать на свои волосы, прочно фиксируя.

За последние месяцы я развила свои навыки. И подарок отца сыграл в этом немаловажную роль. Я научилась не просто управлять эши, но и поняла в полной мере, что она на самом деле такое.

По сути, это дар богини Айны в виде материальных крупиц, которые при правильном использовании способны менять цвет, форму, плотность, но в то же время имели собственный характер и способность передавать эмоции хозяина. Эши появлялась при рождении, сопровождаясь мощнейшим всплеском энергии. В первые дни она не оформлена, витает в воздухе. В последующем оседает пылью вокруг младенца и постепенно прилипает к его коже до момента, пока он сам не сможет ею управлять.

Дар… Я вспомнила о маме, которую никогда не знала, и с трудом подавила печальный вздох. Думаю, многие с радостью избавились бы от такого дара. Даже Игрис называла его проклятьем. Наверное, без него мир был бы значительно лучше и чище, учитывая, сколько горя он принес титулованным семьям.

— Лиса, — позвал тонкий девичий голосок.

— Да, малышка. Ох, что ты делаешь на балконе?

Я поспешила к своей пятилетней сестре и взяла ее на руки. Тэни выглядела испуганной.

— Ты уезжаешь от нас? — ее большие зеленые глаза блестели от подступающих слез.

— Нет, малышка. Кто тебе такое сказал?

— Я играла с Кики на кухне. А там мама с папой сильно громко разговаривали. Мамочка злилась. Говорила, что ты непослушная и свое… рваная. Ты приехала от дядюшки Фрэда вчера, а не в прошлую среду. Мы же ждали! Найк тебе подарок готовил, но потом его съел. А еще… еще мама пожелала, чтобы ты поскорее покинула наш дом навсегда.