Обсидиан - Дженнифер Арминтраут

— Хорошая машина, — заметила я.

Видимо, у них водились деньги, или же... Ди работала.

— Я люблю ее. — Она похлопала по заднему бамперу. — Это моя малышка.

Я бросила пакеты на заднее сиденье своего седана.

— Кэти?

— Да? — Я крутила в руках ключи. Она предлагала погулять, в обход своего заносчивого братца. В свою очередь, я не знала, как долго моя мама собиралась спать.

— Мне следует извиниться за своего брата. Зная его, уверена, он вел себя отвратительно.

Теперь мне уже стало ее жалко. Наверное, непросто состоять в родстве с таким придурком.

— Это не твоя вина.

Ее пальцы нервно теребили кольцо от связки ключей, когда она подняла свой взгляд.

— Он слишком озабочен моей безопасностью, поэтому не слишком хорошо переносит незнакомцев.

— Вроде собаки? — Я почти улыбнулась. В ее широко распахнутых глазах светился искренний испуг, что я ее не прощу. Иметь такого брата, должно быть, отвратительно. — Ничего страшного. Возможно, у него, действительно, был не лучший день.

— Возможно. — Она улыбнулась, но как-то вымученно.

— Серьезно, не бери в голову. Все в порядке, — заверила ее я.

— Спасибо. И... я вовсе не пытаюсь тебя преследовать. Клянусь. — Она подмигнула. — Но мне бы хотелось погулять сегодня с тобой после обеда. У тебя есть уже какие-то планы?

— Честно говоря, я подумывала посадить цветы на клумбе возле дома. Хочешь помочь? С компанией всегда веселее.

— О, звучит заманчиво. Давай, я закину продукты домой и сразу же приду к тебе, — предложила она. — Я так хочу что-нибудь посадить. Я никогда не занималась этим раньше.

Прежде, чем я успела спросить, каким должно было быть детство, если оно не включало в себя посадку хотя бы обычной рассады помидоров, но она уже метнулась к своей машине и вскоре выезжала из парковочной территории.

Оттолкнувшись от бампера, я направилась к водительскому месту. Открыв дверцу, я собиралась забраться в машину, когда почувствовала на себе чей-то взгляд. Я осмотрелась. Неподалеку стоял мужчина в черном костюме и солнечных очках, разглядывавший на общественной доске фотографию находившейся в розыске девочки.

В моей голове всплыл образ Людей в черном. Единственное, чего ему не хватало для полного соответствия, так это сверкающей палочки, стиравшей память, и говорящего пса. Мне бы рассмеяться, только мужчина не слишком располагал к смеху... Особенно, когда он уставился на меня.

После обеда Ди постучалась в нашу дверь. Когда я вышла, она переминалась возле порога, покачиваясь на каблуках сандалий на платформе. Не та разновидность обуви, которую я бы выбрала для работы в саду. Ее темные волосы блестели на солнце, а на лице блуждала заговорщическая ухмылка. В этот момент она напоминала мне сказочную фею. Крайне энергичную.

— Хэй.

Я вышла на порог, тихо прикрыв за собой дверь.

— Моя мама спит.

— Надеюсь, я ее не разбудила, — приглушено шепнула она.

Я покачала головой.

— Что ты, ее даже ураган не разбудит. Такой опыт, поверь мне, был.

Ди улыбнулась, присев на качели. Она обхватила себя руками и выглядела несколько испуганной.

— Когда я вернулась домой, Деймон съел половину пакета моих чипсов, две упаковки попкорна и полбанки арахисового масла.

Я начала смеяться.

— Вау. Как он умудряется оставаться... — я запнулась, проглотив слова «таким эффектным». — В форме?

— Это удивительно. — Она вытянула ноги, обхватив руками коленки. — Он так много ест, что нам приходится ездить за продуктами несколько раз в неделю.

Она посмотрела на меня с озорным блеском в глазах.

— Хотя, я тоже не промах там, где нужно поесть. Так что, я не та, кому следует возмущаться.

Захлестнувший меня приступ зависти был почти болезненным. Я никогда не отличалась быстрым метаболизмом. Любые лишние калории сразу же отражались на моих бедрах и талии. Я не страдала от лишнего веса, но реально ненавидела, когда моя мать называла меня фигуристой.

— Как несправедливо. Если я съем упаковку чипсов, то поправлюсь на несколько килограмм.

— Нам повезло в этом плане. — Ее широкая ухмылка чуть угасла. — В любом случае, ты просто обязана рассказать мне о Флориде. Никогда там не была.

Я запрыгнула на лестничные перила.

— Представь себе бесконечные торговые центры и парковочные гаражи. О, и еще пляжи. Да, во Флориду стоит съездить хотя бы только из-за пляжей.

Я любила жар солнца на своей коже и влажный песок, засыпавший пальцы ног.

— Вау, — выдохнула Ди, ее взгляд метнулся к двери, словно она ожидала, что кто-то вот-вот появится. — Тебе понадобится немало времени, чтобы привыкнуть к здешней жизни. Иногда приспособиться очень сложно, когда находишься в непривычной среде.

Я пожала плечами.

— Не знаю. Пока что все не так уж и плохо. Конечно, узнав поначалу, куда еду, я решила, что это нечто вроде шутки. Я никогда не знала о существовании этого города.

Ди рассмеялась.

— Да-а, многие не знают. Мы были в шоке, когда приехали сюда.

— О, значит вы, ребята, тоже не из этих мест?

Ее смех оборвался, и она отвела глаза в сторону.

— Нет, мы не из здешних мест.

— Наверное, ваши родители переехали сюда из-за работы? — спросила я, с трудом представляя, какую работу здесь можно было найти.

— Да-а, они работают в городе. Мы не часто их видим.

Складывалось такое впечатление, что она что-то не договаривала.

— Должно быть, вам тяжело. С другой стороны... никто не ограничивает свободу. Моя мама тоже не часто проводит со мной время.

— Тогда ты можешь нас понять. — В ее глазах светилась странная печаль. — Мы живем сами по себе. Думаешь, наша жизнь могла бы быть более насыщенной? — Ее взгляд стал мечтательным. — Ты когда-нибудь слышала фразу «осторожнее с тем, о чем мечтаешь»? Я как-то размышляла об этом.

Она покачивалась на качелях, никто из нас не торопился прервать повисшее молчание. Я очень хорошо понимала, что она имела в виду. Я не могла припомнить, сколько ночей напролет проворочалась без сна, надеясь, что мама, наконец, справится с собой и начнет жить дальше. И вот свершилось: добро пожаловать в Западную Вирджинию.

Словно из ниоткуда, небо затянулось серыми тучами, отбрасывавшими тени на весь двор. Ди нахмурилась.

— О, нет! Похоже, надвигается один из наших знаменитых послеобеденных ливней. Обычно, льет не меньше двух часов.

— Это ужасно. По-видимому, нам придется перенести посадку на завтра. Ты будешь свободна?