Город драконов. Книга седьмая - Елена Звездная

– Барти Уотторн был застрелен за несколько дней до заключения вашей помолвки, – вспомнил папа.

– В день похорон Уотторна герцог Клеймор прислал мне рождественскую открытку со словами «И пусть более ни одно Рождество не огорчит вас», – призналась я.

Дальнейших слов не потребовалось.

– Замечательный юноша, – произнес отец, но в этой фразе отчетливо прозвучало «он сумел сделать то, на что не решился я».

Что ж, я перешла к железным аргументам.

– Если бы профессор Стентон не обучил меня, и не погиб, стремясь сохранить факт моих навыков и знаний, герцог Карио захватил бы власть над драконами и направил бы мощь крылатого народа на уничтожение человечества. Я не знаю, мог ли ты, папа, что-либо изменить в моей судьбе, но существует большая вероятность того, что как миссис Жорж Доннер я погибла бы в течение этого года, и скорбеть обо мне было бы совершенно некому.

– По причине? – спросила мама.

– По причине того, что скорбеть было бы некому в самом прямом смысле данного выражения. Никого из нас, наших близких и знакомых не осталось бы в живых.

И это была та чудовищная правда, познать и осознать которую оказалось неимоверно тяжело.

– О, Бель! – потрясенно выдохнула мама.

– Анабель, – прервал ее папа, – несмотря ни на что, и, невзирая на ситуацию, как твой отец я должен знать точно – твое согласие на брак с лордом Арнелом является добровольным, или же это вынужденная мера?

Пребывая в объятиях мамы, и чувствуя себя столь морально опустошенной этим открывшим чудовищные страдания моих родителей разговором, я хотела было ответить, как вдруг жуткая черная пелена накатила, вырывая из уюта родительского присутствия и убежденности в том, что все беды остались позади.

Именно в этот момент я ощутила опасность!

– Кристиан!

Почти ослепленная, я вскочила с дивана, столь теплого, роняя пледы и падая следом на холодный пол, чтобы воззвать уже с применением всех своих возможностей.

«КРИСТИАН!!!»

«Бель, соскучилась, малыш?» – невозмутимо и несколько иронично поинтересовался старший следователь.

– Да к дьяволу ваши шутки, Давернетти! Где-то возле вас Зверь только что активировал «Gehйnnam»!

И я отчетливо увидела, как в кабинете императора подскочил с кресла, роняя вечернюю газету, главный полицейский Города Драконов. Напротив него поднял голову от бумаг усталый и измотанный последними событиями император Эдуард Четвертый. Несколько его секретарей в черной жесткой униформе так же обратили внимание на странное поведение дракона.

Но весь ужас был в том, что ни я, ни Давернетти не обладали способностью уничтожения заклинания адского пламени. И как в кошмарном сне я увидела медленно проступающие в метре над головой императора призрачно огненные часы, начавшие отсчитывать последние секунды до активации.

«Черт, Бель»… – растерянно выдохнул Кристиан.

И у меня не оставалось другого выбора.

– Rigescuntindutae!

И адское пламя, несомненно, уничтожившее бы императора в течение последующих нескольких секунд, полыхнуло, переливаясь мощью, и застыло все теми же призрачными часами, вот только на сей раз эти часы были в несколько раз больше тех, с помощью коих Лаура Энсан некогда пыталась уничтожить сваху миссис Томпсон.

«Бель… Дьявол, Бель, держись!» – простонал лорд Давернетти, стремительно обращаясь в дракона.

– Я… держусь. Никто не должен увидеть, Кристиан, никто!

Потому что я весьма четко осознала, по какой причине против императора обратили именно «Gehйnnam». Опасность была не только в заклинании, в свое время меня привела в ужас та легкость, с которой лорд Арнел уничтожил адское пламя – ему хватило касания. Всего лишь касания. «Gehйnnam» же не способен даже лишь ослабить император Эдуард, и это при наличии у него неимоверного четырнадцатого уровня силы.

Синее сияние охватило меня, срываясь с каждой каплей крови, и падающей на пол, словно горящий спирт. Я ощущала попытки мамы докричаться до меня, ощущала волнение отца, но всеми мыслями находилась сейчас не здесь.

«Gehйnnam» – мог уничтожить императора Эдуарда.

«Gehйnnam» – мог придать огласке истинный уровень силы лорда Арнела, а для драконов это станет приговором.

Но «Gehйnnam» так же мог убить меня, а без моих знаний драконов вместо трансформации могла ожидать мутация, с которой в свое время столкнулся лорд Бастуа.

Один удар способный поразить сразу три цели! Великолепный расчет!

О, Зверь, мои овации!

И вдруг я поняла, что что-то идет не так. Я отчетливо видела суету, возникшую в кабинете императора, лорда Давернетти, обратившегося в дракона и пытающегося уволочь самого Эдуарда, который, используя всю свою магию, пытался защитить от огня несомненно важные и значимые документы, но… Каким же образом тогда я вижу чудовищные призрачные часы застывшего «Gehйnnam»?

И тут меня оглушил рев Давернетти:

– Гордан, соберись!

Господь милосердный, кажется, я все поняла!

Кто-то вышиб входную дверь в дом, следом послышались быстрые шаги, и меня подхватили на руки, резко прикрикнув:

– Миссис Макстон, причитать будете позже, но если у вас есть лишние силы, сходите… сделайте чай, что ли!

– Мистер Нарелл, катитесь к дьяволу, прошу прощения, миссис Ваерти, – гордо высказалась моя домоправительница. И тут же воскликнула: – Куда вы тащите мисс Ваерти, маг вы безголовый?

– Боевой, – огрызнулся профессор Наруа. – Я боевой маг, а не безголовый.

И он устремился к единственному месту, способному сейчас оказать мне помощь. Я ощущала скрип открываемой в подвал двери так, как никогда не ощутил бы человек, быстрые спуск вниз, а профессор практически бежал, и его брошенную моему отцу фразу:

– Никакого пледа, мистер Ваерти, это сейчас не поможет. Мистер Оннер, ведро воды.

И меня бережно уложили, а затем перевернули набок, не позволяя захлебнуться собственной кровью.

– Мисс Ваерти, – маг осторожно отвел мокрые волосы с моего лба, открывая лицо, – Анабель, что я могу сделать?

Я пыталась дышать, не вдыхая льющуюся кровь, в моих широко распахнутых глазах отражались огромные огненно-призрачные часы в главном кабинете императорского дворца, а в висках пульсировала одна и та же фраза «Память крови»!

– Как… вы… узнали…

– Вы светитесь, – оборвал мои попытки задать вопрос профессор Наруа. – Сияете так, что было бы видно даже белым днем, потому как сияние вырывалось изо всех окон. Анабель, давайте без проволочек, что я могу сделать?

Связь с лордом Давернетти практически не ощущалась, я не знала, где сейчас Адриан, но я могла контролировать Зверя. Того Зверя, который ныне управлял лордом Себастианом Горданом, и вовсе не удивительно, что часы отмеряющие последние секунды адского пламени оказались столь огромны в размере – у дракона магических сил все же имелось больше, нежели у Зверя. И этим воспользовались.