Кровь фей - Дамина Райт (Вера Дельвейс)

нехотя поднимает палочку. Судя по лицу, внутри у него происходила борьба, и на миг Лэннери показалось, что Саймен плюнет и откажется убивать несчастную хибри. Но нет, он медлил, вздыхал, пока Ирлани что-то презрительно бормотала себе под нос, а её подруга Альди приподняла брови с красноречивым: «Не сможет!» на лице.

Возможно, Рейла сказала Саймену пару слов, потому что он, в конце концов, кивнул, выкрикнул заклинание, и с кончика палочки слетел белый луч. И почти одновременно с этим женщина из толпы бросилась к хибри.

Та дёрнулась, завыла и… нет, не распростёрлась на земле. Вместо этого чудовищная тварь ударом повалила женщину, а затем вцепилась ей в горло. Раздались испуганные крики, несколько человек кинулись оттаскивать хибри… но что они ей сделают, у той нечеловеческие силы!

– Пер-кусса! – крикнул Лэннери изо всех сил. Его голос слился с голосами Ирлани и Альди, тоже выкрикнувших заклинание, и три луча разом ударили в грязную обнажённую спину чудовища. Вот и всё! Стараясь не глядеть на дело своих рук, Лэннери отлетел в сторону, слыша у себя за спиной яростный шёпот Ирлани: «Слабак!» Это предназначалось Саймену.

«Белая Звезда сошла с неба», – сказала Айя, и как только эти слова прозвучали у него в голове, Лэннери вздохнул с облегчением. Он чувствовал усталость, досаду, злость и обиду за друга – всё вместе.

А вскоре Саймен подлетел ближе со словами:

– Всё закончено.

Он смотрел куда-то вбок, вертя в руках палочку, не кидал своих красивых фраз, выглядел утомлённым и несчастным. Лэннери ободряюще хлопнул его по плечу:

– Не огорчайся! Наставница вряд ли будет ругать тебя за то, что ты не убил хибри с первого раза.

Ему ещё хотелось добавить, что Ирлани и её подружке далеко до Саймена, пусть они и выполняли все задания Наставницы безупречно. Такими человечными, как Саймен, тем феечкам вовек не стать... да они, пожалуй, и не захотели бы. Они ведь презирают людей и всё, что тем свойственно.

– Восходит Золотая Звезда! Пора возвращаться, – донеслось до Лэннери негромкое щебетанье. – Мой сайкум заждался меня в триклии**, как и кувшинчик с росой! Альди, давай поедим и на берегу озера погуляем. Или хочешь куда-нибудь в другое место на прогулку отправиться? Помнишь, как хорошо в горах, там, где синие травы растут?

Заглушая ответ Альди, до Лэннери долетели причитания деревенских. Несколько человек под руководством мэйе подняли тела хибри и той женщины и понесли прочь – вероятно, на местное кладбище. Не дело хоронить слугу Мааль рядом с человеком, и феи должны были напомнить об этом. Мёртвую хибри надо уничтожить магией. Лэннери видел, как Ирлани и Альди прервали своё щебетанье и нерешительно переглянулись; ещё одна душераздирающая сцена не входила в их планы. К тому же лучшие ученицы Школы наверняка хотели первыми показаться Наставнице. Дескать, смотрите, мы быстрее, чем те двое, управились с заданием!

Саймен вдруг потянул Лэннери за рукав:

– Лэн, пойдём к бездарным… то есть, к людям, – поправился он, поймав взгляд друга. – Объясним, что хибри нельзя хоронить, как человека, а её мать сами предадим земле, – судя по этой высокопарной фразе, к Саймену полностью вернулось самообладание. – Это было бы настоящее доброе дело! Давай увеличимся и лопаты в руки возьмём.

Ничего более нелепого, чем копать могилу, Лэннери и представить себе не мог. Комья земли, летящие во все стороны, труп, который надо поднять за руки и за ноги и уложить в свежевыкопанную яму… Представив эту картину во всей красе, юный фей почувствовал брезгливость. К тому же Наставница всё равно их не похвалит, потому что сейчас время фей Золотой Звезды. Об этом он и напомнил Саймену, после чего друг вздохнул и помрачнел:

– В том-то и беда, что мы боремся с несправедливостью и делаем добрые дела только в указанное время! Я вижу в этом что-то бездушное, Лэн.

– Говорят, пока светит наша Звезда, у нас больше сил и удачи, в этом и объяснение, – вяло откликнулся Лэннери, не желая спорить. Не одной Ирлани хотелось поскорее улететь прочь; от плача, доносившегося со стороны деревенского кладбища, Лэннери стало не по себе. Как будто он отчасти виноват в чужой беде… Хотя что он мог поделать, кроме как выстрелить лучом в хибри? И всё равно неприятное чувство грызло изнутри.

А Саймен продолжал:

– Если не помочь, так хотя бы предупредить их всё равно придётся!

«Он прав», – коротко заметила молчавшая всё это время Айя, и Лэннери неохотно согласился с другом. Краем глаза он заметил, что Ирлани и Альди уже нет поблизости – они наверняка на пути к Школе Белой Звезды.

На кладбище собралась почти вся деревня – человек сто. Двое угрюмых мужчин рыли могилы, мэйе стоял неподалёку, безмолвный и скорбный. Тихо плакали женщины.

Рядом с кладбищем стоял храм Кэаль – небольшое бревенчатое строение с пирамидальной крышей, выкрашенное в белый цвет. Когда нечисть и хибри только напали на деревню, часть жителей спряталась в храме, под защитой Светлой Души – смотрительницы. При жизни это была фея, не слишком усердно выполнявшая свои обязанности – возможно, по её вине кто-то погиб, или нарушилось Равновесие. Такой храм был один на общину, состоявшую из нескольких деревень или городков, .и по одному в каждом большом городе Альбастрии.

– Смотри, она на кладбище, – Лэннери указал Саймену на белёсый силуэт среди могил. – Светлая Душа скажет, что хибри нельзя хоронить с людьми. А чтобы уничтожить её труп, люди могут позвать какую-нибудь фею из Школы Золотой Звезды. Мы здесь не нужны.

Саймен буркнул в ответ:

– Хочешь выспаться перед ночной вылазкой, оттого и торопишься?

– Вылазка у нас завтра, – хмуро ответил Лэннери, подозвал Светлую Душу, которая не слишком дружелюбно посматривала на живых, здоровых, пусть и усталых фей, и побеседовал с ней. Призрак кивнул – мол, уговорю людей, – и уплыл обратно на кладбище. Глядя через него, Саймен заметил:

– Смотри, Лэн, мэйе идёт к нам. Похоже, что проводить решил.

Мэйе приблизился к ним, тяжело опираясь на откуда-то взявшуюся суковатую палку, и посмотрел на Лэннери и Саймена из-под седых клочковатых бровей.

– Феи, служители Кэаль, благодарим вас… всей деревней Хейгри благодарим. Если б не вы… Об одном жалею – что не позвал вас раньше, когда дочь пропала. Думал, вернётся она. Иногда и прежде убегала, потом возвращалась. Схватил её, видно, в лесу черномаг, – слова давались ему с