Пепел и снег - Сильвана Дж. Санчес

И когда луна на мутном небе немного сдвинулась в сторону, ее косой луч упал на то, что осталось от второго трона. Там была лишь груда расплавленного мрамора, ничего больше.

Я сделала шаг вперед, затем – еще один. Громкое эхо моих шагов усиливало тревогу. А затем я увидела. Я прикусила нижнюю губу, пока не ощутила вкус железа во рту. Я замерла в паре сантиметров от трона и, нахмурившись, процедила:

– Вы!

Я вздрогнула, когда свечи на круглых люстрах мгновенно вспыхнули, осветив тронный зал и залив янтарным сиянием пунцовый бархатный шлейф платья королевы.

Губы королевы Розлин растянулись в грустной улыбке.

– Да, – сказала она. В ее нежном голосе слышался вызов. – Это я. – Она лениво постучала по мраморному подлокотнику трона блестящими красными ногтями.

Я пронзила ее гневным взглядом. Вытянув руки вдоль тела, я сжала ладони в кулаки. Леди Розлин сидела, развалившись на троне, подножие которого обвивал длинный шлейф ее платья. На рукавах поблескивало золотое шитье. Корсаж украшала брошь в виде золотого сердца, покрытого филигранью. Какая злая ирония – ведь у этой женщины не было сердца!

– Вас здесь не должно быть, – пробормотала я, потрясенная ее присутствием.

Королева пригладила пальцами свои светлые локоны, спадавшие на темно-красный плащ, отороченный белоснежным мехом. Сверкающие снежинки зависли в воздухе над ее головой. Пленницы времени. Как и вся эта комната.

– Где мой отец? – потребовала я ответа, но от волнения язык мой еле шевелился. – Он вызвал меня сюда.

Губы королевы изогнулись в победоносной ухмылке.

– Нам так не хватало тебя на свадьбе, – усмехнулась она, поворачивая золотое кольцо на левой руке.

– Да неужели? – процедила я сквозь зубы. Мой статус принцессы не позволял мне немедленно броситься к ней и стащить с трона. Но я понимала – если она просидит там еще минуту, я уже не смогу сдержаться.

Громкий смех вырвался из ее горла. Наконец она встала, искоса глянула на меня и отвернулась.

– Праздник был замечательным, – продолжала Розлин. Легкой грациозной походкой королева направилась к разрушенной стене, у которой уже образовался высокий сугроб. Остановившись около него, она задумчиво посмотрела в ночную тьму.

– Я хочу, чтобы ты это увидела. – Ее сладкое мурлыканье не сочеталось с тем, что она говорила. – Подойди. – Она подозвала меня легким взмахом руки.

Меня вдруг охватило оцепенение. Внутренний голос кричал, чтобы я не двигалась с места. Но я все-таки сделала сначала один шаг к ней, затем – другой, повинуясь какой-то неведомой силе. А потом совершенно неожиданно я оказалась совсем рядом с женой моего отца.

– Взгляни на них, – сказала она, указывая на шатры внизу.

Люди грелись у костров, танцевали и пели старинные песни.

– Эти крестьяне празднуют даже в такую сильную метель! Глупцы. – Королева поджала губы и покачала головой.

Холодный ветер растрепал мои волосы, и черные, как смоль, локоны защекотали шею.

– Мы, жители Уайтхейвена, любим нашу зиму, – бросила я в ответ новой королеве-чужестранке. А я ведь почти ее не знала.

– Хм… – лениво протянула она, глядя на меня краем глаза. Она положила изящную руку на край стены, а в ее пустом взгляде появилась тоска.

– Ты говоришь так, потому что ничего больше не знаешь, – решила она. – Но даю тебе слово, с этой ужасной ледяной зимой будет покончено.

Я нахмурила брови. Я не понимала, что она имеет в виду. Однако холодная решимость в ее голосе только усилила мое беспокойство.

– Где мой отец? – быстро проговорила я. Мое дыхание участилось, и я была не в силах это скрыть.

Королева Розлин наконец-то удостоила меня невинным взглядом своих больших глаз.

– О, его здесь нет, – ответила она, сжимая ладони, и добавила со вздохом: – Зря ты не присутствовала на свадьбе.

Я вздрогнула, чувствуя себя окончательно сбитой с толку.

– Вы уже говорили это… – выдавила я. И как только попыталась шагнуть назад, королева схватила меня за плечо. Ее алые ногти впились мне в кожу, она резко подтащила меня к самому краю полуразрушенной стены. Меня охватил леденящий ужас. Я испугалась, что сейчас сорвусь вниз. От неминуемой смерти меня отделяло всего несколько дюймов, и тогда я вскрикнула.

– Ты не хочешь знать, почему? – спросила она все с той же отвратительной приторностью в голосе.

Ужас парализовал меня, и я лишилась дара речи.

– Почему?.. – наконец выговорила я.

Королева слегка наклонилась ко мне, так что ее лицо оказалось совсем рядом с моим.

– Чтобы ты могла увидеть своего отца… в последний… раз, – прошептала она, подтаскивая меня поближе к себе.

Из-под ее плаща возник серебряный кинжал, который она крепко сжимала в руке. Что за власть Розлин имела надо мной? Я хотела вырваться, но не могла сдвинуться с места. Зато я могла кричать.

– Отпустите меня! – заорала я, хватаясь за стену и пытаясь освободиться из рук королевы.

– Отсюда нет выхода, – прошипела она мне на ухо, – только вниз.

Когда ее взгляд встретился с моим, глаза королевы горели призрачным огнем. И тогда я все поняла.

– Ты владеешь магией… – невольно пробормотала я, не в силах скрыть охватившую меня дрожь ужаса. Я не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Вероятно, на меня наложили какое-то заклятье. Она была волшебницей!

– Верно. И прежде чем ты упадешь вниз, принцесса, – прошептала она, поднося кинжал к моей щеке, – я должна забрать твое сердце.

Я задохнулась от ужаса. Все тело била дрожь, из-под ног сыпалась ледяная крошка. А в это время внизу люди пьяными голосами распевали песни, даже не подозревая, что совсем скоро моя жизнь должна оборваться.

– Зачем ты это делаешь? – заикаясь спросила я. Меня еще не покинула надежда убежать.

На лице королевы появилось легкое удивление. И я могла поклясться, что ее глаза вдруг стали грустными.

– Милая девочка, – сказала она едва слышно, – твое сердце освободит меня. – С этими словами королева Розлин наклонила голову и посмотрела на меня со снисхождением и жалостью во взгляде.

– Ты – подлая и злая королева! – прорычала я.

Лицо Розлин стала бесстрастным.

– Да, я – Злая Королева, – подтвердила она. – И ты даже не представляешь, насколько сильно мое проклятье. – Ее голос стал мрачным. – А теперь я заберу твое сердце.

Лезвие кинжала скользнуло по шнуровке на моем корсаже. Крик застрял у меня в горле.

Резкий порыв ветра пролетел между нами и поднял плащ королевы. Развевающийся бархат облепил ее лицо, и она ослабила хватку. Я воспользовалась этой возможностью и попыталась вырваться. Пока мы боролись, стена у нас за спиной начала рушиться. Большой камень прижал шлейф королевы к полу.

Я вдруг почувствовала неожиданный прилив сил. И