Волк и Заяц - Захар Максаев

— Действительно… А что насчет заказчиков? Их нашли?

— Нашли. И посадили. А нашу "компанию" не смогли закрыть.

— Как же так?

— У командующего схема была, по которой он смог вывезти работников за границу до тех пор, пока дело не объявят глухарем.

— И что же? Так никого и не нашли?

— Как же не нашли…

Глаза Шрама устремились в окно напротив.

— Больная тема? — считал взгляд профессор.

Наемник молчал. Его лицо вновь стало хмурым и безжизненным.

— Вам следует вздремнуть, — грустно продолжил Каланча, — после наркоза следует перестроиться с искусственного на нормальный сон.

Доктор затушил свечу и направился в сторону двери.

Глава VII.

Профессор вышел из кабинета, забыв захлопнуть дверь. Этим и воспользовались наши герои около часа спустя.

По ступеням гордо и решительно, шагал, стуча тростью, Никита Алексеевич. Сзади, крадясь, плелся Холод. Бармену изначально не нравилась эта идея, но перечить начальству было не в его принципах.

Лебедев уже дошел до двери и стоял, вглядываясь в щель. На кровати, так же неподвижно, как и пару часов назад, лежал Шрам.

— Ты там скоро?

— Скоро, товарищ главнокомандующий.

— Смотри у меня! А то со стороны непонятно, кому из нас девяносто семь! — хмыкнул генерал.

Товарища волновало дело, на которое он сам согласился. Холод шел, оборачиваясь чуть ли не на каждом шагу.

— Ладно, — командовал Никита Алексеевич, — если уж ты такая черепаха, смотри, чтобы никто не входил. А я за КПК…

— Так точно! — бармен выпрямился, приложив ладонь к виску. Из-за этого он чуть было не упал.

Лебедев перекрестился и вошел в кабинет. С кровати наемника доносился храп.

— Видимо, полковнику уже удалось привести его в сознание…

Генерал осмотрел стол: на нем ПДА не было.

— Что ж ты так, Каланча! — причитывал Никита Алексеевич, залезая в правый карман кожаного плаща спящего. — Даже не поинтересовался, кого лечишь.

Главнокомандующий нащупал прибор и аккуратно вытащил его.

— Волкодав!.. — крикнул Шрам.

Глава группировки остолбенел. Простояв в ступоре некоторое время, он убедился в том, что только что сказанные слова — сонный бред.

Лебедев, не отходя от кушетки, перехватил КПК в ладони. И тут же заметил, что это не цветной современный компьютер, какие выдают сталкерам сейчас, а черно-белый экранчик на две строки текста с латиницей на клавиатуре.

— К таким раритетам даже я не привык, — Никита Алексеевич наугад тыкнул на кнопку «Mode», и на экране нехотя замигали данные хозяина прибора. — Вот! Дата рождения… Хм… Число и месяц — прочерк. Год… тысяча девятьсот пятидесятый! Дальше… — он нажал на кнопку со стрелкой. — ФИО…

В дверь заглянул Холод.

— Никит, профессор идет!

Перед ним предстала такая картина: храпящий на кушетке наемник, а рядом с ним — бледный товарищ, держащий в руках КПК.

— Никита, что с тобой? Бежим!

Глаза Лебедева закрылись сами собой. Он с грохотом свалился на пол.

— Давай, давай! — подхватывая главу группировки, приговаривал бармен. — Хочешь, что бы нас с тобой Каланча по клеткам разобрал?

Напротив входа в кабинет была дверь, выходящая на крышу прилегающего здания. Холод вытащил друга из лаборатории на воздух, прижал к стене слева от выхода и заглянул в коридор: в комнату к Шраму заходил ничего не подозревающий полковник.

Глава VIII.

Профессор сел в кресло, взял из шкафа книгу и занялся чтением. Под равномерный храп наемника, он знакомился с произведением Карла Маркса «Капитал».

Доктор посмотрел на наручные часы: 17:00. Он отложил книгу, зажег свечу на столе и громко, спокойно сказал:

— Голубчик, вставайте! Спать в такое время — губительно для головы.

Шрам, протерев глаза, привстал.

— Что ж, думаю, вы в порядке. Можно вести вас к Лебедеву.

— Меня все-таки не покидает ощущение, что этот человек мне знаком… — отвечал пациент.

— Я вам уже говорил, что это невозможно. Скорее всего, вы испытали "Эффект Манделлы".

— Это еще что за напасть?

— Ложное ощущение знаний. Вы смотрели советский фильм "Карнавальная ночь"?

— Допустим.

— В нем Людмила Гурченко исполняла песню про пять минут. Помните припев?

— Конечно: пять минут, пять минут, это много или мало…

Пел Шрам отвратительно, но Каланча вытерпел это и продолжил мысль.

— А вот тут-то я вас и подловил! Отродясь этих строк в песне не было.

— Как же так?

— Иллюзия, создаваемая мозгом. Может, Лебедев в вашем представлении молод?

— Нет, я ясно вижу его в своих воспоминаниях стариком. Лысый, с тонкими, седыми усами. Вроде бы, он носил очки.

— Действительно, очень похоже на нашего Лебедева… Ладно, разберемся. Кабинет генерала — на первом этаже. Нужно сделать кое-какие поправки в вашей медицинской карте, а после вас ожидает деловой разговор.

Каланча сел за стол, достал из ящика документ и начал записывать новые данные.

Шрам был в недоумении: перед ним стоял образ человека, которого он, возможно, никогда не видел.

— Вот так! — произнес Холод, кладя Лебедева на матрац в своей комнате. — Что ж тебя так отрубило-то, а?

Бармен стал шарить по шкафчикам, выбрасывая их содержимое.

— Нашел! — Холод держал в руках пузырек нашатырного спирта. Он открутил крышку и поднес флакон к носу генерала. — Проснись и пой!

Никита Алексеевич открыл глаза. Он судорожно оглядывался, не понимая, что происходит.

— Свои, Никит, — успокаивал его товарищ. — Свои…

— А, Холод… Где мы?

— У меня в баре. Не узнаешь?

— Да, точно, в темноте не понял.

— Что произошло то? — сказал бармен, поднося горящую на медной крышке свечу.

— Я его узнал…

— Кого? Наемника?

— Да. Петр Иванович Шрам…

— Его так зовут?

— Именно.

— А откуда ты мог его знать?

— Скажу так: работали вместе.

— Коллега?

— Скорее, противник… Помнишь, я тебе рассказывал, что работал в полиции?

— Рассказывал. Когда только к власти в группировке пришел, даже по радио выступал! Ух, тщеславный старикашка, хе-хе…

— В то время была одна банда киллеров… "Ястреб", так называлась "фирма". Убийцы в ней были самые профессиональные, и следов после себя не оставляли. Самые крупные шишки с их помощью устраняли своих конкурентов. И одну из этих шишек удалось поймать… Он выдал нам местоположение "головного офиса". Мы надеялись найти там запись обо всех работниках и заказчиках услуг банды… Нам это удалось. Но дело в том, что своих подчиненных начальник так просто не бросил. Он вывез их за границу, и когда с помощью своего человека в органах узнал, что дело объявили глухарем, пустил обратно. Всех "пользователей" поймали еще в начале поисков.

— И что? Наемник был среди заказчиков? — Холод сделал глоток воды из кружки.

— Дослушай до конца. Мне не нравилось, что "кровавая империя", по сути, осталась непобежденной. Будучи еще относительно молодым капитаном, я перерыл