Клятва орков - Михаэль Пайнкофер

Человек, которого поймал боевой отряд Курсы, выглядел довольно помятым.

Курса и его ребята, похоже, обращались с пленником не особенно нежно. Одежда молочнолицего висела клочьями, равно как и плащ, который болтался у него на плечах. Руки человеку связали за спиной, рот заткнули кляпом. Лицо бедолаги, все в крови, опухло, а поскольку кляп тоже пропитался кровью, можно было предположить, что пленнику выбили зуб-другой. Очевидно, колотили его изрядно. Но даже если бы он был в… неповрежденном состоянии, сложно было бы отыскать более уродливую рожу. Раммар и забыл уже совершенно, насколько отвратительны эти молочнолицые, и ему стало жутко, когда он взглянул в голубые глаза пленника.

— Где ты поймал его, Курса? — поинтересовался жирный орк у предводителя отряда, лично притащившего (а точнее, припинавшего) добычу в пещеру, в сопровождении нескольких файхок'хай, воинов из лейб-гвардии, стоявших теперь в отдалении и следивших, чтобы все было в порядке.

— На западных склонах Черногорья, — ответил Курса; то был сильный орк с серо-зеленой кожей и широко расставленными клыками.

— Судя по виду ахгош-бонна, вы не особо с ним церемонились, — заключил Раммар, скучающе разглядывавший человека. — Парень-то совсем худой, просто жутко тощий!

— Похоже, он бродил по горам довольно долго, — хрипло рассмеялся Курса. — Наверное, с ума спятил.

— С чего ты взял?

— Ну, когда он увидел нас, то, похоже, обрадовался. Бормотал что-то… Вроде как, что искал нас.

— Вот как? И что ты сделал после этого?

— Что за вопросы, главарь — я врезал ему как следует. — Курса снова рассмеялся, и Бальбок присоединился к его смеху.

Раммар, испытывая нехорошее предчувствие, не поддержал их.

— А что человек сказал потом?

— Больше ничего, — ответил Курса. — Мы связали его и заткнули рот кляпом. И понесли прямо в больбоуг.

— Прямо?

— Ну, у парня была еще лошадь, так мы ее сначала сожрали. В конце концов нам ведь запрещено поднимать руку на людей и их…

— Запрещено? — В словах Бальбока слышалась смесь недоверия и ужаса. — С каких это пор?

— С тех пор как я запретил, — недовольно проворчал Раммар. — От этих молочнолицых исходит ужасный запах, когда их варят. Кроме того, вкусовые качества человечины сильно преувеличены.

— Это несправедливо, — возмутился Бальбок. — Только потому что тебе человечина не…

— Криок! — набросился на него Раммар. — Ничего не хочу больше слушать. Приведите палача, потом мы привяжем молочнолицего к колесу и устроим миленький допрос. Посмотрим, не расскажет ли он нам, что он…

Жирный орк не договорил, когда пленник вдруг принялся издавать какие-то звуки, совершенно неразборчивые из-за кляпа.

— Что с ним такое? — поинтересовался Раммар.

— Мне кажется, он хочет говорить добровольно, — ответил Курса.

— Какая жалость. — От разочарования уголки губ Раммара опустились вниз. — Ну да ладно, пусть говорит, Курса. Но побыстрее, черт побери. Или мне начать пытать вместо него тебя?

Эта идея Курсе совершенно не понравилась, поэтому пленник в мгновение ока оказался свободен от тряпок, которые запихали ему в рот поймавшие его орки. Едва кляп убрали, Раммар и Бальбок, к своему огромному удивлению, узнали, что человек бегло говорит по-орочьи, хотя и с явным человеческим акцентом.

— Ахгош доук! — приветствовал он их, как положено среди орков.

— Ахгош доук кудашд, — ответил Раммар, чтобы продолжить на человеческом языке. — Мне тоже не нравится твое лицо, молочнолицый, уж можешь мне поверить.

— Вы Раммар Резкий? — поинтересовался человек, еще сильнее удивив главарей.

Раммар кивнул.

— Это я и есть.

— Тогда вы, должно быть, Бальбок, — заключил человек, глядя на худощавого орка. — Бальбок Беспощадный, Великий, Храбрый, имя которого вызывает уважение и почитание даже среди нас, людей…

— Бальбока вполне достаточно, — раздраженно засопел Раммар. — К чему весь этот театр? Кто ты такой, человек? Почему говоришь по-нашему? И откуда ты знаешь наши имена?

— Каждый человек в королевстве знает ваши имена, великий Раммар.

— В каком еще королевстве?

— В королевстве Тиргас Лан, конечно, великий Раммар, — ответил посол, словно это само собой разумелось. Хуже того, похоже, он совершенно не боялся орков. — В королевстве короля Корвина, которого вы помогли избавить из сетей зла.

Корвин!

При упоминании этого имени Раммар подавился собственной желчью. Жирный орк закашлялся так, будто собирался выдать обратно тот бру-милл, который проглотил за завтраком. Бальбок реагировал не так резко, но и у него при упоминании этого имени возникли самые разные воспоминания. Воспоминания о времени, оставшемся очень далеко в прошлом, и о великом приключении.

Мало того что Корвин был человеком, в те дни он был еще и охотником за головами, плохим парнем, охотившимся на орков в Острых горах. В его тогдашнем понимании хороший орк — это мертвый орк. И этого мнения он стойко придерживался до того самого дня, когда повстречал Бальбока и Раммара.