Боги Безвременья - Анна Левин

— Кто вы такие? — спросила она мелодично, ступив на берег.

Вода не намочила ее одежду, ветер не растрепал распущенные волосы. Она была частью стихии, частью окружающего мира, и юноши невольно припали перед ней на колено.

— Мы явились издалека, из Безвременья, чтобы найти спасителя миров, избранного богом Идзанаги-но микото! Мое имя — Макото, это мои друзья — Рио и Нобу. Керо стал нашим спутником в прошлом мире, который мы посетили. Но кто ты, прекрасная дева?

— Мое имя Тоётама-химэ, я — дочь Ватацуми-но ками, дракона-повелителя морей. Вы можете звать меня Отохимэ, смелые путешественники. Я слышала о мире Безвременья от отца-владыки, полагаю, вы получили пророчество, и из-за него пустились в дальний путь.

— Все верно, Отохимэ. Великий Идзанаги предупредил нас, что родится избранник богини смерти, способный выпустить ее на волю, и его избранник, способный остановить посланника Идзанами. Дети должны были погибнуть в Первозданных водах, но палач пощадил детей, и отправился с ними в изгнание. Теперь мы должны найти спасителя до того, как богиня смерти выйдет из мира мертвых.

— Это достойный путь, для сильнейших! На вас легла ответственность за безопасность миров: Идзанами сильна, жестока и коварна, если она освободится — моря окрасятся кровью.

Макото нахмурился, опустив голову.

— Я не позволю этому случиться.

— Ты храбр, воин, как и твои друзья. Позвольте познакомить вас с моим отцом! Возможно, у него будут добрые советы и напутствия для вас! Он примет вас в нашем дворце Рюгу-дзё.

Глава 7. Подводный дворец

Зеленоглазая дочь дракона подарила каждому юноше по жемчужине из своих волос, благодаря которым они смогли беспрепятственно погрузиться в морскую пучину. Стоило воде сомкнуться над их головами, как непроглядная тьма рассеялась, открывая великолепие подводного мира: он был ярким, сиял всеми цветами и оттенками, казалось, магией была пронизана каждая частица воды! Целые леса из водорослей служили пристанищем для маленьких фигурок, игравших там в прятки.

— Это дети! — воскликнул Нобу.

Вокруг его рта образовалось много пузырьков, но восклицание услышали все, и изрядно удивились.

Отохимэ улыбнулась.

— Запомните, воины, если вы хотите обратиться ко всем — мысленно представьте, что говорите со всеми. Если же вам нужно поделиться чем-то с конкретным человеком — представьте, что говорите только с ним.

Они опускались на дно, любуясь стайками диковинных рыб, но вскоре их вниманием безраздельно завладел огромный дворец невиданной роскоши, построенный из хрусталя и кораллов белого и красного цветов. Его окружали деревья с изумрудами вместо листьев, и рубинами — вместо ягод, всюду сновали слуги в ярких одеяниях, и постепенно все они вышли наружу, встречать любимую принцессу Отохимэ в сопровождении четырех смертных.

— Нас не казнят за вторжение на территорию морского бога? — спросил Керо. — Я не хочу наводить смуту, но мне не по себе!

— Пусть твое сердце освободится от лишних тревог, — нежно произнесла Отохимэ. — Ты всю жизнь провел в мире, где не было магии, только боль, если я верно ощущаю исходящие от тебя волны горечи и удивления. Пусть тебе и сложно воспринимать происходящее, и ты ищешь во всем опасность, но здесь тебе бояться нечего. Мой отец бывает суров с теми, кто того заслуживает, но гостей принимает с положенным почетом!

Вскоре они уже шли по мосту, направляясь к воротам поразительных размеров. Принцесса оповестила слуг, которые умчались вперед, подготовить все к приему незваных гостей.

Драгоценные камни сверкали в отражении жемчужного сияния, и Керо невольно протянул к изумрудам руку, как девушка окликнула его:

— Не трогай их! Во дворце есть правило: брать можно лишь то, что будет подарено. Иначе отец сочтет тебя вором, и назначит наказание.

Нобу с братом переглянулись, вспомнив, как во время первой встречи Керо попытался украсть у них артефакт, и дружно прыснули.

Изнутри дворец превзошел все их ожидания, ибо его возвело одно из самых непредсказуемых и могущественных божеств — дракон, повелитель морей. Каждая деталь отражала его внутренний мир, и поражала равновесием между яростью и добротой, спокойствием и буйством. Устроить шторм или укротить волны, потопить корабль или спасти несчастных — на все воля Ватацуми-но ками. Лишь одно в нем было неизменно — любовь к роскоши.

В большом зале собрались дочери дракона, перешептываясь в ожидании «красивых чужеземцев», как им донесли слуги. Сам властитель морей сидел во главе стола, и внимательным взглядом одарил каждого гостя. Юноши склонились перед ним, ожидая, когда им позволят встать.

— Поднимитесь, путешественники из далека! — произнес он грозным голосом. — Я вижу, что вы не принадлежите этому миру. Откуда же вы?

Макото расправил плечи, и поведал дракону о доверенной им миссии.

— Боги опять взялись за старое, — задумчиво произнес дракон. — Эти двое начали выяснять отношения миллионы лет назад, и до сих пор не могут друг друга простить. Плохо, мне не хотелось бы увидеть закат вселенной из-за их семейных ссор!

— Отец, — произнесла Отохимэ, — их и послали сюда, чтобы не допустить гибели миров. Это достойное дело, так ведь?

— Так, — настороженно согласился Ватацуми-но ками.

— Тогда позвольте и мне отправиться с ними, чтобы помочь в борьбе с Идзанами-но ками!

«Второй жемчужина поднимется со дна морского», — подумал Макото.

— Дочь моя, уверена ли ты, что тебе стоит вмешиваться в волю богов? Во втором пророчестве было сказано, что трое воинов отправятся за спасителем. Вот они, стоят перед нами. Зачем они взяли с собой жителя погибшего мира — мне не совсем ясно, но да это их решение, и их ответственность.

Девушка сжала губы в тонкую полоску, выражая протест дракону. Никто не услышал, о чем они говорили, но она явно настаивала на принятом решении, а отец пытался ее отговорить. Около десяти минут они вели диалог, после чего Ватацуми-но ками довольно усмехнулся.

— Сразу видно, что в тебе течет моя кровь! Да будет так, я позволяю тебе отправиться в странствие с этими воинами, ибо с тобой их шансы на успех значительно поднимутся!

— Мы защитим ее! — торжественно пообещал Рио, за что получил в ответ надменный взгляд дракона.

— Ты говоришь о моей дочери, дитя! В ней течет кровь дракона, она сама сумеет защитить себя, и горе тому, кто навлечет на себя ее гнев! Пусть вас не обманывает ее внешность.

Сменив гнев на милость, он пригласил юношей за стол, и им пришлось изрядно удивиться необычному, но приятному вкусу морской