Некромант. Архитектор теней - Сергей Витальевич Карелин

Бумаги я всё же взял. Будет странным вчитываться в каждую строчку, но пробежаться взглядом мне никто не запрещает. Сейчас важна любая информация.

Сирота. Виконт. По праву наследства — граф. Огромные долги и выставленное на торги родовое поместье, которое, судя по дате постановления, никто покупать и не собирается. Интересно, почему.

В строке «судимость» короткая, но ёмкая по смыслу пометка: убийство, жертва — барон Сироткин. Не погашена.

В правом верхнем углу небрежно намалёванный красный крест. Хотя, правильнее будет сказать, буква «Х». Так обычно помечают покойников.

Вот, значит, оно как! Уголовка, долги и куча проблем. Прекрасно, мой дорогой Гриша! Надо бы сходить к лекарю, вдруг я счастливый обладатель какого-нибудь сифилиса.

Я сложил бумаги в кучу и бросил их на стол.

— Занимательная история, — мне было совершенно непонятно к чему весь этот спектакль, и что, собственно, от меня хотят.

Сергей Михайлович ткнул пальцем в фотографию. О! Кажется, я вспомнил как называется эта штука и как её добывают. Удивительная магия, и похоже здесь она распространена.

— Веселишься? А вот теперь слушай!

Он склонился к моему лицу и зашептал с устрашающим видом.

— У нас с тобой договор, Гриф. Забыл, да? Я тебе новую жизнь, ты мне — купчие на землю и своё долбаное поместье. Всё, что от меня требовалось — я выполнил. Точнее, выполнил бы, если б не твои выкрутасы. И я не намерен из-за твоей тупости нарушать свои договорённости. Очень много людей подключено, и все они ждут результатов и своей доли. Ты уже списан! Понимаешь? Обратного пути нет!

А вот теперь, кажется, всё прояснилось. Не выдержав давления, Григорий решился сфальсифицировать свою смерть и начать жизнь с чистого листа, пусть и не в титуле графа. Взамен он обязался передать все свои земли и недвижимость шайке продажных чиновников.

Всё бы ничего, но Григорий умер по-настоящему, и сдается мне, смерть эта не была случайной — умышленное убийство, с целью избавления от объекта преступления. Вот как это называется.

А значит, весь этот договор с самого начала был фикцией, и я расторгаю его. По причине потери доверия к одной из сторон.

— Ничего страшного, — с невозмутимым лицом ответил я. — Этот крестик можно закрасить.

Лицо Сергея Михайловича пошло пятнами. Он дернулся, будто хотел броситься на меня и задушить, но потом успокоился и медленно оправил лацкан кителя.

— Кажется, ты плохо меня понял, — он снова разлил по стаканам. О, ещё одно слово! — Тебя не должно быть в живых. Ты — труп! Механизм не обратить вспять! Люди отдали большие деньги, чтобы провернуть это. А завещание твоё яйца выеденного не стоит, пока ты жив.

— Предлагаете мне самоубиться? — с улыбкой спросил я.

Сергей Михайлович улыбнулся в ответ. Он снова открыл сейф, так кажется называется это изобретение, и достал бутылёк из тёмного стекла.

— Нет, что ты⁈ Всего-то требуется повторить процедуру. Выпить это. Только двойную дозу. И броситься в аномалию, при свидетелях и всё такое. Тебя вывезут из Бастиона и разместят в безопасном месте. Ты очнёшься и заживёшь новой свободной жизнью. Без долгов, обременений и врагов.

Ага, в мёрзлой земле и головой вниз. Наслышан я, как избавляются от нежелательных людей в подобных заведениях, а скорей всего, как и в первый раз — в ванной с кислотой. Сейчас меня спасает только то, что о моём воскрешении знают как минимум пять человек.

— А что насчёт утилизатора?

Одноглазый кашлянул.

— А что с ним?

— Я очнулся в ванной! Перед тем, как…

— А! Ты об этом! — Сергей Михайлович откинулся в кресле. — В любом деле важна каждая деталь! Петрович по договоренности должен был активировать сигнал работы утилизатора, чтобы в журнале отметили факт и время утилизации якобы трупа! Ну ты понял!

Поэтому Петрович не поленился и надел на себя защитный костюм! И даже шлем! А ещё не выгнал двух провожающих. Наверное, собирался, но не успел. Ведь важна каждая деталь!

Видя мои сомнения, Сергей Михайлович добавил.

— И небольшое дополнение. Подарок, так сказать. От меня лично, — он откинулся на спинку и деловито закинул ногу на ногу. — Я сделал тебе новый паспорт и даже прикупил небольшой домик, в деревне. На сдачу. Барон там спокойный. Многого не требует. Так что заживёшь, как король. Все бумаги уже готовы. Осталось дело за малым.

С этими словами он придвинул бутылёк ближе.

Я пристально всмотрелся в глаза одноглазого. Вернее, в его единственный глаз.

Интересный ты человек, Сергей Михайлович. Прожжённый. Сколько раз ты проворачивал эту схему?

— Можно посмотреть?

— Что посмотреть? — Сергей Михайлович сдвинул бровь.

— Мой новый… паспорт и документы.

— Ха-ха! Буквально перед тобой отправил их почтой. Они будут ждать тебя… кхм, в твоём новом доме. Утром доставят.

Он и в самом деле считает, что я поведусь на его предложение? Нужно быть отбитым на всю голову, чтобы предлагать мне выпить эту хрень ещё раз. Я-то знаю, чем всё закончится. Хотя, почему бы и нет? Моё тело по-прежнему мёртвое, а отравить труп невозможно.

Я взял бутылёк и покрутил его в руках. Хочешь поиграть со мной? Давай. Только сам не подавись.

— Я согласен. Но с одним условием, — мой взгляд упал на стакан водки. Пожалуй, вариант с выпивкой будет лучше.

— Ну и? Что тебе нужно? — Сергей Михайлович заинтересованно подался вперёд.

— Срок моей службы подходит к концу. Завтра, — я продолжал крутить бутылёк перед глазами, рассматривая его на просвет.

— Всё верно.

— Переведите мои косари на новое имя, с доверенностью на… ммм… Игната. Вы его знаете. Подпишите приказ. При мне. И уберите его в сейф. От греха подальше. А ключик в ящик киньте, или куда вы там его убираете. Вечером отправьте приказ голубями, на мой адрес. Это ведь возможно сделать?

Сергей Михайлович сдвинул брови к переносице, но потом расслабился и победоносно улыбнулся.

— А ты остряк! Голубями! Ха!

Он достал бланк, заполнил его, поставил подпись, печать и протянул мне на ознакомление.

То, что этот жулик замешкался, когда вписывал мои новые данные, лишь подтвердило подозрения, и решение, принятое мной, было верным.

Скоробогатов Кондратий Патрикеевич! Удивительное сочетание! Мог бы и заморочиться, раз решил пойти на блеф. В любом случае, никуда