Леший - Олег Фирсов

– Никакой от тебя благодарности, все мужики такие! – с выражением на лице, когда сделала гадость, сказала Эля.

– Ага, я у тебя хотел спросить один вопрос?

– Какой?

– Ну конечно же личный? Исповедуешься мне? – сказал я.

– А что мне за это будет? – Эля с прищуром на меня посмотрела.

– Отпущение грехов, конечно. А если серьезно, что ты знаешь об игре "Варлорды: Право на трон"?

– Ооо, – с удивлением в голосе сказала Эля. – Зачем спрашиваешь? Играть собрался?

– А ты еврейка? Вопросом на вопрос отвечать. – переспросил со смехом я.

– Да, бабушка мне говорила, что у нас в роду евреи были, – с улыбкой ответила Эля.

– Ну так и?

– Что «и»? Спрашивай конкретно, отвечу, как на духу, мой падре, – ответила Эля и сделала серьезную мордашку.

– Очень смешно. Ты играешь?

– Да.

– Долго? Кем? Какой уровень? Можно ли в игре зарабатывать?

– Играю давно, принимала участие в бета-тестах. Перс – темная эльфийка дроу. Максимальный уровень - трехсотый. В игре можно очень много зарабатывать, четыре скоропомощных оклада можно смело получать, даже если ты новичок в игре.

– Сколько качала? В клане состоишь? Чем сейчас в игре занимаешься?

– Качала долго, два года, потом нашла хорошую гильдию и теперь получаю кайф от эндгейм-контента. Гильдия ПвП-ориентированная, очень много боев и сражений. Освоила профессию шляпницы, на ней делаю основные деньги.

– А из игры можно выводить деньги, не банят за это?

– Не банят, можешь официально выводить на карту или электронный кошелек, когда создаешь аккаунт. С него можно оплачивать игру. Курс сто золотых тайлеров к одному доллару вечнозеленых.

– Спасибо.

– Обращайся, мой ник в игре сейчас напишу в «телеге».

«Карамелька».

– А кто-то со станции играет?

– Да, почти все, кроме тебя и некоторых личностей. Ты у нас же не куришь, основные дебаты проходят в курилке.

Зазвонил рабочий мобильник. Очередной вызов.

Обедали на станции поздно.

Разогрели еду в микроволновке. Еда была отвратительная, так как побывала в этой адовой машине уже несколько раза. Работы было очень много, и обед по расписанию не случился.

– Я тебе скинула пару ссылок по игре, – сказала Эля, – там очень подробно всё расписано для нубов , а ещё нашла интересный чат от наших коллег. В нём в много информации, как правильно уволиться, чтобы тебя не обманули, – как всегда, управляясь с несколькими делами, сказала красотка Эля. – Главная рекомендация – не писать заявление по собственному желанию, иначе много потеряешь. Завтра, я так понимаю, тебе нужно дать ответ, да?!

– Ага, – нехотя сказал я, – завтра у меня решится судьба: останусь или уйду? И я благодарен тебе за помощь и поддержку. Для меня это очень ценно.

Остаток смены прошёл спокойно.

Ночь выдалась тихой и безлунной.

Далеко за полночь съездили на вызов к бабуле. Она решила повесить шторы в зале… Ну а когда же их еще вешать? Правильно – ночью! Силы старушка не рассчитала и с переломом правой руки укатила с ветерком и под визг сирен в травмпункт.

Рентген, гипс – отличное разнообразие рутинной жизни петербургской пенсионерки.

Смена подходила к своему логическому завершению, спать не хотелось. После того, как я дописал все истории болезни, зашел в чат, который мне скинула большеглазая красотка, начал читать посты, где доходчиво был описан алгоритм действий в аналогичной ситуации, точь-в-точь как у меня. Я был не один с такой же проблемой.

Эксперт рекомендовал написать заявление по шаблону и обязательно завизировать его у секретаря организации.

Столь нехитрые манипуляции гарантировали мне получение справки для биржи труда и оформления пособия по безработице. А так как "ковидные" зарплаты были высокие, то и выплаты будут приличные. С моими хотелками хватит на полгода беззаботной жизни.

Вздремнув пару часиков, я сдал наркотики, отчитался по вызовам на летучке, написал заявление, с которым решительно пришёл к начальнику.

– Что решил? – неприветливо процедил сквозь зубы тот.

– Переведите меня в диспетчеры, вот заявление – сказал я, протягивая заявление.

– Ты хочешь по-плохому?

– Я хочу по-человечески! Вы меня официально сокращаете, выплачиваете отпускные, и все счастливы.

Начальник шмыгнул носом в замешательстве, явно такого поворота дела он не ожидал…

– Бумага завизирована, подпишите…

– Выбора у тебя два – или по собственному желанию, или сделать прививку!

– Ну, ладно! Будь, по-вашему, но вот эти бумаги тоже получат ход, – сказал я, протягивая ещё два заявления.

– Гонористый ты парень, Матвей, зачем ты ищешь проблем? – подняв бровь, начальник прошипел, глядя мне прямо в глаза и тыкая пальцем в пачку бумаг на столе. — Вот смотри, это анкеты, все эти люди хотят работать здесь! Я легко тебя заменю, легко!

– Заменяйте! – во мне проснулась настырная уверенность – Заменяйте!

– А ты не промах… – Начальник с хитрой улыбкой принял расслабленную позу и раскинулся в кресле, словно объевшийся ламантин на отдыхе, и хрипло пропел:

– "Бабки, тугрики, червонцы,

Пятихатки, косари.

Косим, делим, добываем,

От зари и до зари..."

Я слегка опешил. В воздухе повисло ожидание.

Побарабанив по столу пальцами, прищурившись, он продолжил:

– Есть предложение – я устрою тебя на работу фельдшером по обслуживанию виртуальных капсул, ты только напиши по собственному желанию, а? Соглашайся, ты ведь знаешь, насколько это щедрое предложение?!

– Звучит заманчиво, но нет! – В памяти всплыли предупреждения из чата об уловках работодателей, надо Эле спасибо сказать, что я не попал в этот капкан!

– Хороший ты парень, Матвей, но несговорчивый, давай бумагу, подпишу, нравятся мне пацаны с характером, – резко выпрямившись и рывком придвинувшись, ехидно произнёс шеф.

Странный он мужик, подумал я, что-то в нём скользкое и противное.

Резкий росчерк решил исход дела.

Из кабинета я вылетел довольный и злой одновременно. Злой на себя, на начальника и на эту чёртову работу.

Переоделся, набрал номер младшей сестры.

Глава 3

Переоделся, набрал номер младшей сестры.

В трубке послышались гудки… Быстро переговорил с ней, договорились встретиться с Миленой в Галерее на пятом этаже. Тут находится крупное гастрономическое предприятие через пятьдесят минут. В метро был утренний час пик, но удалось сесть, и я продремал всю дорогу под