Фрейлина королевской безопасности - Молка Лазарева

«Ничего-то я и не врала, — взбеленилась Эльвира. — Знала б, что ты такая впечатлительная и руки себе покалечишь, вообще ничего бы не рассказала! Лучше б мне видение наших обгорелых лапок пришло, чем зельеваровские посиделки».

«И что там за посиделки? Конкретнее!»

«На, смотри!» — сдалась вредина и решила продемонстрировать мне очередную грань наших проснувшихся возможностей.

Десятки образов замелькали перед глазами, и различить в них что-то конкретное казалось невозможным, ровно до того момента, пока их хаотичные движения не стали замедляться.

Вот шумная, вечно кишащая туристами Красная площадь, Мавзолей, собор Василия Блаженного, а вот одно из кафе ГУМа, окна которого как раз и выходят на главную достопримечательность страны. За столиком сидят двое. В мужчине я безошибочно узнаю Глеба, только одет он как преуспевающий бизнесмен из моего родного мира. Обычно растрепанные волосы аккуратно причесаны, а на смену серебристой мантии пришли черный пиджак с белоснежной рубашкой. Вычищенные до блеска черные туфли от именитого бренда дополняют и без того лощеный образ. Напротив него сидит девушка, почему-то с моего ракурса она кажется смутно знакомой, несмотря на то что ее лица я не могу разглядеть из-за ухоженной шатенистой шевелюры. А вот грудь действительно впечатляющая, огненно-красная кофточка с огромным декольте явно надета не просто так, а для того, чтобы приковывать к себе взгляды и внимание. Длинные ноги едва прикрывает коротенькая мини-юбка, которая настолько сильно облегает крутые бедра, что мне кажется, вот-вот лопнет по шву. Увидь я такое вживую перед собой, немедленно бы захотела выцарапать этой дамочке глаза и повыдергивать все волосы, однако сейчас могла только рассматривать детали этой бесящей меня сцены и искать зацепки, которые помогут разобраться в происходящем. Парочка мило ворковала за чашечкой кофе, да так, что складывалось впечатление, будто всего остального мира для них не существует.

Ей-богу, так бы и разбила что-нибудь тяжелое об голову и одного, и второй. Или туфлей бы отдубасила. Черные лабутены с огромными шпильками на ногах девицы прекрасно бы подошли для этой задачи. Где Глеб вообще нашел дамочку с подобным гардеробом?

Я с ненавистью разглядывала эти злосчастные дорогие туфли на чужих ножках, как внезапно что-то режущее глаз для такой картины привлекло мое внимание.

Кончик артефактной плети свисал на пол, я бы его никогда и не заметила, если б так внимательно не сверлила взглядом низ стула, на котором сидела незнакомка. Всю остальную плеть вместе с рукояткой прикрывал плащ дамочки, который она аккуратно развесила на спинке стула явно для того, чтобы это самое оружие не привлекало ненужного внимания.

Вот теперь мне стало все ясно, а заодно и понятно, откуда я знаю эту девушку.

Это же Троя, только перекрашенная.

«Обломись, Эльвира! — победно прорычала я шизе. — Твое видение означает только одно, что Троя будет живой, а не то, что Глеб себе другую девушку нашел!»

Картинка медленно выцветала у меня из подсознания, а радостные эмоции заглушали боль от ожогов.

— Нет, ну ты погляди на эту идиотку! — выдернул в реальность голос Кристины. — Я ей тут руки спасаю, а она лыбится, как сумасшедшая! Мазохистка, что ли?

Вид у Волковской был самый что ни на есть строгий и обеспокоенный.

— Или у тебя мозг в ладошках, и ты его обожгла? — не унималась она. — Ты чему радуешься-то?

— Я видела Трою, — выдохнула я. — И она явно будет живой!

Лица подруг мгновенно преобразились из обеспокоенных моим состоянием до изумленных от полученной информации.

— Где видела?! — недопоняла Анфиса.

— Во Внешнем мире! С Глебом! — выпалила я. — И она явно не выглядела умирающим трупом!

— А вот в Академии бы с тобой не согласились… — послышался мрачный голос только что зашедшего на кухню герцога. — Там теперь считают по-другому.

Я перевела на него взгляд, и мне захотелось шарахнуться в сторону от увиденного. Лицо Эридана перекосило гримасой злости и негодования, «орлиное око» полыхало угольно-алым, а сам герцог сжима;: побелевшими пальцами скомканный свиток.

— Ч-ч-что случилось? — заикаясь, выдохнула я.

Ведь явно же что-то произошло, в таком состоянии злыдню мне еще ни разу видеть не доводилось.

— Сегодня ночью на Академию было совершено нападение. Все, кто находился внутри, были выведены из строя одним их редчайших снотворных, «спящей красавицей». Пока они находились без сознания, злоумышленник проник в палату Трои. На месте преступления огромные следы разрушений, а также пятна крови моей коллеги.

Я застыла от услышанного… Быть такого не может, я ведь видела ее живой в будущем, или все же не ее…

— Пятна нашли? А сама Троя где? — аккуратно спросила Кристина.

— Исчезла. Так же, как и Глеб! Единственный, кто обладал таким огромным запасом зелья, чтобы усыпить всю Академию. И один из немногих, у кого иммунитет к снотворному. А на месте преступления все фонит остаточным телекинезом высшего порядка!

— То есть вы клоните, что это магистр Трою похитил?

— Я уверен, что это был он, — выплюнул злыдня. — Я лично ему выдал допуск в ее палату! Но хуже всего другое…

Если честно, я даже не представляла, что могло быть хуже.

— Горгулий мертв! Он был вторым, кто не поддался сонным чарам, так как не дышал. Осколки его тела были найдены в медицинском блоке. Из-за многочисленных разрушений стен вокруг не сразу удалось понять, что это останки именно Арсения, но вскоре один из медиков обнаружил фрагмент каменного крыла, а затем и остальные части.

Казалось, я забыла, как дышать. То, что рассказал Эридан, не могло оказаться правдой. Не стал бы Глеб разрушать стены Академии и убивать Горгулия, не стал бы и похищать Трою, незачем ему это все!

Не поверила и Анфиса:

— Быть такого не можег! Это попахивает элементарной подставой, причем безграмотной!

Эридан вскинул на нее свой пронзительный взгляд.

— Ну же, давай, девочка, поделись своими умными мыслями! — саркастично попросил он. — О чем же подумала ты и не смогли подумать мы?

— Мне кажется, вы об этом тоже подумали, — прищурившись, выдохнула Белова. — Иначе бы не стали нам все так с ходу рассказывать. Вы ведь и сами не верите в причастность Глеба!

— Допустим! — согласился он.

— Так вот, — продолжала Фиса, в которой неожиданно проснулся талант Шерлока Холмса. — Ну сами подумайте, только вы уехали из Академии — в тот же день нападение произошло на Трою. И нескольких часов не прошло. Это как в той пословице: кот из дома — мыши в пляс!

Я покосилась на этого «кота-злыдню» — и ведь правда. Какая-то дебильная картина вырисовывалась. Плюс я зацепилась за слова самого герцога:

— Вот сами посудите, зачем Глебу усыплять всю Академию, если у него был пропуск в палату Трои. Захотел бы ее убить, пришел бы ночью тайком и придушил! Очевидно, что это подстава. Сначала после бала в коридоре, ведущем к его спальне, потом с розами в палате, а теперь вот распыленный яд… — тут я сделала паузу, после чего добавила: — Плюс я видела его и Трою в видении. Они во Внешнем мире! А значит, он ее точно не убивал!