Болотная крепость - Андрэ Нортон

Мило закашлялся. Теперь он не видел ни комнаты, ни тех, кто был в ней. Однако…

* * *

– Отлично, играй этой фигурой. Однако проблема в том…

Комната, видимая неясно, словно в тумане. Листы бумаги. Он… он…

* * *

– Кто ты? - Голос гулко разносился в тумане со звучностью большого колокола.

Кто он? Что за нелепый вопрос. Конечно, он Мартин Джеферсон.

– Кто ты? - снова спросил голос. И спросил так настоятельно, что пришлось отвечать:

– Мартин Джеферсон.

– Что ты делаешь?

Его замешательство росло. Он… он играет. В какую-то новую игру, предложенную Экстерном. Игру с новыми фигурами.

Именно так - он играет в игру!

– Это не игра. - Гулкий голос приводил его в полное недоумение.

– Кто ты?

Мартин облизал губы. У него тоже есть парочка вопросов, на которые он хотел бы получить ответ. Туман так густ, что он не видит стола. И это не голос Экстерна - он гораздо более сильный и властный. Однако прежде чем он смог заговорить, услышал другой голос:

– Нельсон Ленгли.

Нельс - это Нельс! Но Нельс сегодня не пришел играть. Его вообще нет в городе. С прошлой субботы он ничего не слышал о Нельсе.

– Что ты делаешь? - Снова этот безжалостный допрос.

– Играю… - Голос Нельса звучал странно - достаточно сильно, но туман словно слегка приглушал его.

– Это не игра! - Снова прозвучал подчеркнутый загадочный ответ.

Мартин пытался пошевелиться, продвинуться в тумане. Словно один из тех кошмаров, когда ты никак не можешь уйти от настигающей тени.

– Кто ты?

– Джеймс Ритчи.

Кто такой Джемс Ритчи? Он никогда раньше о нем не слышал. Что здесь происходит? Мартин хотел выкрикнуть этот вопрос и обнаружил, что не может произнести ни слова. Ему становилось страшно - если это сон, то пора просыпаться.

– Что ты делаешь?

На этот раз Мартин не удивился, услышав тот же ответ и то же отрицание.

– Кто ты?

– Сюзан Спенсер. - Голос женский и снова совершенно незнакомый.

Последовали еще три ответа: Ллойд Коллинз, Билл Форд, Макс Штайн.

Наконец туман начал рассеиваться. У Мартина болела голова. Он Мартин Джеферсон, и ему снится сон. Но…

Когда туман рваными клочьями разошелся, он оказался - нет, совсем не за столом с Экстерном, нет! Это… это башня Гистаспа. Он Мило Джейгон, мечник - но он же и Мартин Джеферсон. Сталкивающиеся в голове воспоминания, казалось, сведут его с ума.

– Вы видите. - Колдун кивнул и по очереди обвел всех взглядом.

– Искусно - искусно и зло, как девять и девяносто грехов Салзака, духа-убийцы. - Казалось, колдун тоже раздвоен: он словно одновременно и боится и ненавидит то, что узнал от них. И тем не менее стремится овладеть силой, которая смогла такое проделать с ними.

– Я - Сюзан. - Дева-воительница шагнула вперед. - Я знаю, что я Сюзан. Но я же Йевеле. И эти двое пытаются ужиться во мне. Но как это возможно? - Она взмахнула рукой, словно отстраняя какую-то опасность, и ее браслет сверкнул.

– Не ты одна, - сказал ей колдун. В его голосе не была тепла человеческого чувства. Голос звучал резко: теперь, узнав то, что ему было нужно, колдун как будто торопился заняться другими делами.

Мило поднес руку к шлему, откинул забрало, чтобы потереть лоб.

– Я играл… играл в игру… - Он пытался убедить себя, что именно эти несколько мгновений ясной мысли в круге дыма и были реальностью, что он выберется отсюда.

– Игры! - словно выплюнул колдун. - Да, глупцы! Именно ваши игры дали врагу шанс. Если бы я, знающий малые и большие заклинания Улика и Дома, не искал в это время смысла древней формулы, вы бы уже принадлежали ему. И тогда бы вы действительно играли - в его игры и с его целями. В этом мире Закон и Хаос вечно сражаются друг с другом. Но закономерности вероятности не дают возможности победить ни тому, ни другому. Однако теперь пришла новая опасность, и ни Закон, ни Хаос не могут служить ей препятствием - даже мы не знаем, что это за угроза, какова ее природа.

– Мы в игре? - Мило снова потер гудящую голову. - Это ты пытаешься нам сказать?

– Кто ты? - резко спросил колдун, словно без всякого предупреждения нанес удар боевым топором.

– Мартин… Мило Джейгон. - Та часть его, что была Мило, побеждала, отодвигала другие воспоминания в глубину сознания, загоняла за запертые двери, чтобы они не вырвались на свободу.

Гистасп пожал плечами.

– Видишь? А вот и знак вашей службы, которую вы сами, глупцы, возложили на себя в своем мире.

Он указал на браслет.

Нейл могучей рукой ухватился за свой браслет. Но не смог даже пошевелить его. Наступившее молчание нарушил эльф.

– Кажется, мастер колдун, ты знаешь об этом деле гораздо больше нас. И тоже принимаешь в нем участие, иначе мы бы не собрались тут, чтобы ты показал нам то, что считаешь волшебной причиной всего происходящего. Если мы пришли в этот мир противостоять твоей неведомой угрозе, у тебя должен быть план…

– План! - Колдун почти кричал. - Как можно планировать, если имеешь дело не со своим миром и временем? Я случайно узнал кое-что заранее и смог предпринять меры, чтобы враг не одержал полную победу. Да, это я собрал вас. Он-оно-они так уверен в себе, что еще не приготовил для вас роли в игре. Но, может быть, то, что вы здесь собрались, и есть цель, к которой стремится враг. Пока я еще могу кое-что предвидеть.

– Тогда расскажи нам, идущий путями колдунов, что ты знаешь, чего ждешь и… - начал священник.

Колдун хрипло рассмеялся.

– Я знаю не больше тех, кто служит твоим безликим богам, Див Дайн. Если боги и существуют, что весьма сомнительно, почему они должны заботиться о судьбах отдельных людей или целых народов? Да, я расскажу вам, что знаю. Главным образом потому, что теперь вы мои орудия - мои! И должны быть добровольными орудиями, потому что то, что сделано с вами, сделано против вашей воли, и в вас достаточно жизненных инстинктов, чтобы сопротивляться подобному использованию.

– Карл! - Он хлопнул в ладоши. - Из темного угла комнаты показался проводник, который привел сюда Мило и его спутников. - Принеси сиденья, напитки, еду - ночь длинная, а сказать нужно много.

Только Галт, человек-ящер, отказался от стула, сел на пол, подпирая руками крокодилью морду. Он сидел совершенно неподвижно, даже не мигал и вполне мог сойти за статую. Остальные сложили оружие и сели полукругом лицом к колдуну, словно новички, собравшиеся в классе для начального обучения колдовству.

Гистасп уселся в кресло, которое подтащил Карл, и смотрел, как они пьют из кубков в форме странных сказочных зверей и едят черствый черный хлеб, намазанный вкусным сыром с острым запахом.