Всадник для дракона - Александра Лисина

— Очередной?

— У меня их много. А за этот вечер стало еще больше.

— Я слушаю.

— Почему в вашем доме оказался посторонний? Рэн говорил, что на остров закрыт доступ чужакам.

Инкуб досадливо поморщился.

— Сай не чужак. Но я забыл, что когда-то дал ему допуск. И не ожидал, что он надумает навестить меня именно сегодня.

— Сай — Рогнар? — предположила я.

— Почему вы так решили?

— У него другая техника боя. И защита по-иному построена.

Лорд Эреной одобрительно кивнул.

— Мы с ним довольно долго обучались у одного учителя. Однако, когда я закончил обучение, Сай его продолжил. И овладел «эрья» на качественно ином уровне, нежели представители других Домов.

Я задумчиво пригладила волосы.

— Значит, он сильнее вас?

— В чем-то.

— А подробнее?

Мужчина усмехнулся.

— Скажем так, у воина его уровня нет соперников среди других Домов. Мне из пяти схваток с ним обычно удается выйти победителем в двух. Сегодня Сай увлекся, поэтому его удалось застать врасплох. Но, как правило, он более осторожен.

— Ясно, — помрачнела я. — А от Рогнар как-то можно защититься?

— Сай вас больше не побеспокоит, арре, — сказал лорд-директор. — Не волнуйтесь, у нас не принято переманивать чужих доноров.

— На острове он об этом явно позабыл.

— Он не увидел на вас метки, — возразил инкуб. — Я ее не ставил, чтобы не привлечь внимания учеников и преподавателей. Но амулета вполне достаточно, чтобы обозначить ваш статус и принадлежность к моему Дому, поэтому впредь при встрече с круольцем держите его на виду.

Я свела брови к переносице.

— Раньше вы не говорили ни о каких метках, милорд. Или я что-то упустила?

— Свободный донор — это добыча, на которую будут охотиться все желающие. Но чужой донор неприкосновенен. Это закон. Что же касается Сая, то он признает свою ошибку и приносит вам глубочайшие извинения.

Я чуть не фыркнула. Мне его извинения до голубого дракона!^[1] Хорошо еще, что перед этим лорд Эреной выпил из меня лишние силы и я не очень-то походила на саму себя. Но голодному инкубу хватило мгновения, чтобы уловить суть. И если бы лорд-директор не вмешался, мне грозило повторное истощение. Если не что-нибудь похуже.

— Судя по всему, ваш друг собирается здесь остаться? — осведомилась я, осмыслив сказанное.

— Он задержится на какое-то время. И я зашел об этом предупредить. А заодно напомнить, что завтра занятие состоится как обычно и я буду ждать вас ближе к полудню.

— Хорошо, милорд, — кивнула я и, коротко поклонившись, официальным тоном прибавила: — Доброй ночи. Надеюсь, ваш друг проявит благоразумие и не вздумает снова попробовать меня на зуб.

Первое, что я увидела, когда следующим утром осторожно выглянула из дома, — это лорда Сая, который стоял, наклонившись, на крылечке, и усердно вытирал полотенцем мокрую голову. Раздетый по пояс, босой и почему-то решивший заняться гигиеной на улице, а не в душевой, как следовало.

Фигура у него оказалась красивой, хотя и выглядела гораздо скромнее, чем у мужиков из нашей деревни, но столь бесстыдно ее демонстрировать все равно не стоило. Хотя, может, он просто не ожидал, что я приду?

— Доброе утро, арре, — промурлыкал инкуб, с ленцой обернувшись. Его обнаженный торс поблескивал на солнце мелкими капельками влаги, под гладкой кожей упруго перекатывались мышцы, а на губах играла насмешливая полуулыбка… Змей. Ну как есть змей! Красивый и, как водится, смертельно ядовитый. — Прошу прощения за свой внешний вид, но я не знал, что вы появитесь так рано.

«Все ты знал, — с раздражением подумала я, заметив хитрый прищур таких же темных, как у лорда Эреноя, глаз. — Надо было куртку сверху надеть, а то рубашка слишком тонкая. Хорошо хоть штаны свободные, потому что при виде того узкого безобразия, какое принято носить у здешних мужиков, от стыда сгореть можно».

На лице инкуба появилось довольное выражение — кажется, увиденное ему понравилось. И что он нашел в моих мощах? То ли дело приозерские девки — складные, грудастые, крепкие. Щечки румяные, как наливные яблочки, губки бантиком, грудь от каждого движения волнующе колышется… вот на кого засматриваться надо. Впрочем, его, наверное, совсем другое интересует.

— У вас замечательная аура, арре, — промурлыкал инкуб, подтвердив наихудшие мои подозрения. — Такая аппетитная, вкусная, и в ней так много силы…

Я помрачнела, но из чистого упрямства решила не уступать.

— Какое счастье, что вы можете на нее только любоваться! Разрешите пройти, милорд?

Лорд Сай небрежно перекинул через плечо влажное полотенце и, спустившись на ступеньку, все с той же ленцой повернулся ко мне боком.

— Проходите, арре. Я вас не задерживаю.

— Благодарю.

Кое-как протиснувшись мимо вальяжно облокотившегося на перила мужчины, я быстро направилась к берегу, всей кожей чувствуя на себе изучающий взгляд. К счастью, скала избавила меня от этого тягостного ощущения, однако осадок на душе все равно остался.

По этой причине к тренировке я приступила не сразу, а лишь после того, как ушла максимально далеко от дома и убедилась, что за мной не следят. После чего привычно вошла в состояние покоя и занялась разбросанными по берегу камнями. В качестве орудия разрушения снова выбрала «кнут» — вчерашний день и досадная неудача доказали, что я плохо с ним управляюсь.

— Вы неправильно держите рукоять, арре, — очень некстати вырвал меня из уравновешенного состояния знакомый мурлыкающий голос. — Я удивлен, что Кай, рискнув начать ваше обучение, не удосужился показать вам правильную позицию.

Я опустила руку с зажатым «кнутом» и бросила на Сая хмурый взгляд. Инкуб стоял возле деревьев и с нескрываемым интересом следил за моими упражнениями. Руки его были демонстративно сложены на груди, на плечи накинута светлая рубашка, небрежно застегнутая лишь на одну пуговицу, а вот обуться он так и не удосужился. Поэтому картинно отставленная нога с голыми пятками делала его похожим на уличного босяка — вернее, на отчаянно скучающего аристократа, зачем-то решившего прикинуться босяком.

— Позвольте, я подскажу, как надо? — обезоруживающе улыбнулся лорд Сай и, прежде чем я успела сказать «нет», в мгновение ока оказался так близко, что я инстинктивно отшатнулась. — Не бойтесь, арре, — у меня нет желания причинить вам вред. Мне просто больно смотреть, как вы безуспешно пытаетесь овладеть нашим искусством и делаете одну грубую ошибку за другой.

Вот этим он меня зацепил.

— Что же, по-вашему, я делаю не так, милорд? — мрачно осведомилась я, напряженно следя за аурой инкуба.