Посланники тьмы - Антон Грановский

Достучаться до хозяина постоялого двора оказалось делом непростым. Решив, что в руках проку нет, Глеб саданул по двери сапогом.

– Чего там? – послышался из-за двери хриплый, пьяный голос.

– Дулей, открой дверь! – крикнул в ответ Глеб.

– А это кто стучится?

– Глеб! Глеб Первоход!

– Врешь! – гаркнул в ответ хозяин. – Глеба Первохода прибили княжьи дружинники! Ступай прочь, бродяга, пока я тебя не поколотил!

Глеб вновь громыхнул по двери ногой.

– Открой или вышибу дверь!

– Только попробуй! У меня за стеной живут наемные охоронцы! Кликну их, они тебе враз наваляют!

Время переговоров истекло. Глеб отошел на пару шагов от двери, затем разогнался и ударил в дверь плечом. Легкий засов вылетел из старых, давно нуждавшихся в замене досок.

Распахнув дверь, Глеб увернулся от брошенного ему в голову глиняного кувшина, шагнул вперед и легонько врезал хозяину кулаком в челюсть, чтобы привести его в чувство.

Дулей грохнулся на лавку и удивленно заморгал.

– Первоход! – дрогнувшим голосом прохрипел он.

Хозяин постоялого двора был невысок, но кряжист и пузат и видом своим напоминал бочку. Толстые руки его были волосаты, голова плешива, один глаз выбит, а нос своим видом и цветом напоминал недозрелую сливу.

– Вот это да! – снова выдохнул Дулей. – А я думал, ты в тридевятом царстве.

– Теперь нет. – Глеб пододвинул к себе расписную скамью и сел на нее.

– Да уж вижу. – Дулей усмехнулся. – Ежели про тебя доложат князю... – Он не договорил и облизнул толстые губы. – Зачем ты здесь, Первоход?

– По делу.

– Если тебе нужна комната, я найду. Сегодня как раз одна освобождается.

– Освобождается?

– Угу. – Дулей взял со стола кувшин с брагой, отхлебнул через край и вытер рот рукавом грязной рубахи. – Живут тут две кособокие девки. Денег уж вторую седмицу не платят. Хотел их проезжим по копейке за ночь продавать, да кто ж таких тощих да кривобоких возьмет?

Глеб наклонился вперед, сгреб Дулея за рубаху и приблизил свое лицо к его физиономии.

– Эти девки – сестры моего друга, – глухо проговорил он. – Выгонишь их из дома, пеняй на себя.

Дулей поежился под холодным взглядом Глеба.

– Что ты, Первоход, – примирительно проговорил он, – нешто я не понимаю? Да только за житье платить надо. Ты человек сурьезный, но ведь и я свою правоту имею.

Глеб выпустил Дулея, достал из кармана кошель и ослабил тесьму. Дулей уставился на кошель.

Глеб достал серебряную резанку и швырнул ее на стол.

– Это за сестер Дивляна, – сказал он. – А это... – Глеб вынул еще одну резанку и положил ее рядом с предыдущей. – За разговор.

Дулей посмотрел на деньги и шумно задышал. Затем перевел взгляд на Глеба и спросил подрагивающим от волнения и алчности голосом:

– За какой такой разговор?

– Ходок Дивлян жил в угловой комнате, верно?

Дулей кивнул:

– Ну да.

– В тот день, когда его нашли, ты был тут?

– Тут. Я его и нашел.

– Расскажи мне об этом.

– А чего тут рассказывать? Сидел я у себя в комнате, бражничал. Вдруг слышу – крик. Ну, думаю, неужто ходок напился? А время уж позднее, постояльцы спят. Вот я и отправился к Дивляну, чтобы заткнуть ему рот. Пришел, а он уже мертв.

– Что было потом?

– Потом? Да то же, что и всегда. Я послал холопа за княжьими охоронцами. А следом за ними пришел и дознаватель.

– Который из дознавателей?

– Замята.

Глеб задумчиво потер пальцами щеку и спросил:

– Дивлян жил один?

– Ну да. А что?

– К нему кто-нибудь захаживал?

Хозяин постоялого двора криво усмехнулся.

– Какое там. Даже сестры к нему не совались. Иногда он передавал им пряники да баранки через моего мальчонку. И раз в неделю вносил плату за их постой.