Пираты Черных гор - Гарри Тертлдав

– Что ты знаешь о Скипетре милосердия? – спросил Грас.

– Ну, ваше величество, я знаю столько же, сколько любой из аворнийцев! – воскликнул Птероклс, вскакивая на ноги и кланяясь. – Что, откровенно говоря, немного, – и он снова опустился на стул.

– Понимаю, – Грас изо всех сил старался говорить суровым тоном, но его губы предательски растянулись в улыбке. Улыбающийся Птероклс выглядел очень юным.

– Не хотелось бы тебе узнать больше? – спросил король.

Прежде чем ответить, Птероклс вытащил из складок своей полотняной туники амулет на серебряной цепочке: восхитительный опал, переливавшийся голубым и красным; сверху камень прикрывал зеленый лавровый листок. Волшебник прошептал тихим голосом заклинание, а затем объяснил:

– Мой амулет и мое волшебство сделают меня невидимым для тех, кто хочет мне зла. Ваше величество, я приложу все свои силы и умения, чтобы узнать эти секреты.

– Хорошо. Начинай. Ты получишь такое вознаграждение, какое сам назначишь, – проговорил Грас.

Возможно, это могло бы отпугнуть Птероклса, и король хотел проверить его. Но колдун только кивнул, его глаза горели от возбуждения. Грас продолжал:

– Учти, такие амулеты, как твой, хороши для защиты от обычных колдунов. Ты можешь только привлечь внимание Низвергнутого.

Птероклс уже спрятал камень, но теперь снова достал и посмотрел на него.

– Это такой сильный наговор, какой только можно себе представить.

– Ты в самом деле думаешь, что можешь победить Низвергнутого, потому что сильнее его?

Если бы Птероклс ответил «да», Грас прогнал бы его.

Волшебник, как и любой молодой человек, был уверен в своей силе и мощи. Но он также обладал здравомыслием, поэтому, запинаясь, ответил:

– М-м-м... может быть, нет.

– Хорошо, – произнес Грас. – В таком случае, ты можешь попробовать прямо сейчас.

Корона всей своей тяжестью давила Ланиусу на голову. Наверняка сегодня вечером у него заболит шея – еще бы, так долго выдерживать вес этой груды золота!

Он надевал корону так редко, как только мог – чтобы соблюсти формальности. К сожалению, прибытие посольства одного из черногорских городов-государств было очередным поводом для этого.

Ланиус преступил порог тронного зала за четверть часа до того, как туда должны были войти черногорцы. Придворные низко кланялись и провожали его взглядами, когда он шел мимо них. Обычное соблюдение ритуала, к тому же король догадывался, что они собрались здесь в таком количестве, чтобы увидеть черногорцев, а не его. Иноземные гости очень редко посещали Аворнис.

Королевский трон располагался на возвышении – несколько футов позволяли правителю смотреть на посланников, стоявших перед ним, сверху вниз.

Как только Ланиус взошел на трон, стражники – двое силачей в позолоченных кольчугах и таких же шлемах, украшенных плюмажем из выкрашенного в малиновый цвет конского волоса, – стукнули пиками об пол, приветствуя его.

Трон был сделан так, чтобы производить соответствующее впечатление, устроиться на нем с комфортом было практически невозможно. Кресла, располагавшиеся чуть ниже, выглядели более комфортно, в свое время в них восседали его мать и маршал Лептурус, начальник королевской стражи – кроме них никто не имел права находиться так близко к королю. Грас изгнал их в Лабиринт, сырую, болотистую местность на юго-востоке государства. Королева Серфия пыталась убить Граса при помощи колдовства. Вина Лентуруса состояла в том, что он не разрешил своей внучке выйти замуж за сына Граса. Ланиусу было понятно это решение, он бы тоже не захотел, чтобы кто-нибудь из близких ему людей связал свою жизнь с Орталисом.

Шум в тронном зале вытеснил эти воспоминания из головы Ланиуса. Появились черногорцы – крупные, неуклюжие мужчины с густыми бородами и темными волосами, аккуратно собранными в пучки на затылках. На них были надеты полотняные рубашки, украшенные яркой причудливой вышивкой, и юбки длиной до колен, которые, разумеется, не скрывали волосатые икры.

Их предводитель, чьи волосы и борода были подернуты сединой, низко поклонился Ланиусу.

– Ваше величество, – сказал он на хорошем аворнийском языке с гортанным акцентом, – меня зовут Льют. Я приветствую вас от имени принца Всеволода из Нишеватца и других принцев Черногории.

Всего лишь вежливая чепуха, большинство принцев были соперниками Всеволода, а не его союзниками.

– Рад приветствовать принца Всеволода, – кивнул Ланиус и затем, отступая от обычных формальностей, спросил:

– Тебе известен посол Ярополк, который здесь представлял твой город-государство в прошлые времена?

– Да, ваше величество, – ответил Льют. – Не стану скрывать, я – дальний родственник его младшей жены.

– Он – знающий человек, – сказал Ланиус, что прозвучало как вполне безопасный комплимент. – У меня есть подарки для тебя и твоих людей.

Король махнул рукой, и в зал вошел придворный с серебряным подносом. Согласно древнему обычаю, для каждого посла предназначался кожаный кошелек с определенной суммой, зависящей от самых разных причин.

Льют поклонился.

Большое спасибо, ваше величество. Ваша щедрость не знает границ. У нас тоже есть для вас подарки.

Движимый любопытством, король Ланиус подался вперед, его подданные, собравшиеся в тронном зале, услышав эти слова, сделали то же самое. Черногорцы, в основном моряки и торговцы, путешествовали на дальние расстояния и дарили весьма любопытные подарки.

– Смотрите, ваше величество, – сказал Льют. Черногорцы вынули из мешков шкуры и поспешно расправили их на полу. Это оказались шкуры больших рыже-черных кошек. – Они доставлены из дальних стран.

– Ты должен мне рассказать об этом – позже, – вежливо произнес Ланиус.

Он пытался скрыть разочарование. Шкуры, конечно, были красивыми, но когда-то черногорцы предлагали лучшие дары. Усатые обезьяны и странные котозьяны, которых разводил Ланиус, были именно таким подарком. Еще раз поклонившись, Льют сказал:

– Мне доставит удовольствие, ваше величество. Я также надеюсь, что вы выслушаете мое прошение.

– Вы приехали издалека, чтобы обратиться ко мне, – кивнул Ланиус. – Я слушаю тебя, говори. Что у тебя за просьба?

– Спасибо, ваше величество. Вы настолько же великодушны, насколько мудры. – Льют замолчал, выдерживая приличествующую моменту паузу, затем продолжил: – Позвольте мне, ваше величество, говорить с вами напрямую. В Нишеватце есть люди, которые готовы отдать наш город-государство под сень Низвергнутого. Принц Всеволод противостоит им, но он далеко не молодой человек. И кто знает, куда повернет его сын, принц Василко, кому он отдаст предпочтение? Мы нуждаемся в твоей помощи, ваше величество. Мы нуждаемся в помощи Аворниса.

Король Ланиус хотел засмеяться, но еще больше ему хотелось заплакать. У него не было ни власти, ни возможностей помочь черногорскому городу-государству. Все находилось в руках Граса. Ланиус сказал: