Дар жизни - Галина Гончарова

Король таких намеков не одобряет, нечего его родословную языком трепать, так-то.

С некромантами связываться боятся. Ты его обидишь, а он тебя так проклянет…

А я – я отношусь к последней категории. Маги жизни.

Самая беззащитная разновидность мага. Лечить других я могу, а вот защитить себя – нет. Даже если человек, который лежит передо мной, будет желать моей смерти…

Даже если после исцеления к моей шее приставят нож.

Даже если…

Случаи были разные, очень разные, но все сводились к одному. Разрушать, убивать, причинять вред такие как я не умеют. Вообще. Нашей силе это не свойственно.

А теперь представьте, что может сделать человек, если рядом находится источник здоровья? Бесконечный источник. И можно им пользоваться в любой момент, и… защититься-то я не могу!

Никак.

Няня понимала это лучше меня. И понимала, как нам повезло, что никто не увидел моей инициации. Перепугалась я за Тима, вот сила и выплеснулась, самопроизвольно.

Это было первое везение.

Второе же…

Вторым везением была моя бабушка со стороны матери. Бабушка Тойри была умна и мгновенно поняла, что надо хранить тайну от всех, включая мать и отца. Вообще от всех. Только с ней няня и поделилась, и бабушка тут же взяла меня в оборот. Отчетливо понимая, что дар ничего не стоит без огранки, как и золотой самородок – поди еще, распознай его, она позаботилась о моем обучении у местной травницы. Объявила, что мне быть женой знатного человека, а потому я должна уметь лечить себя, своего мужа, детей…

Родители подумали, и признали это верным. В итоге и я, и сестра обучались у травницы. Я изучала мази, настойки, ходила с ней к крестьянам, училась всему, вплоть до того, что принимала роды…

Сестре, кстати, это не давалось. Слишком грязно, кроваво, и воняет. Вот!

А мне не давалось вышивание шелком и золотом. Зато раны я зашивала лучше своей учительницы, и заживали они намного быстрее. Я-то силу вкладывала…

Я тогда еще не умела ничего толком, училась просто, а крестьяне подметили. Меня начали называть маленькой волшебницей, маленькой госпожой, лечебной девочкой… и как же мне это нравилось!

И опять мне демонски повезло.

Бабушка Тойри наблюдала за этим, не вмешиваясь. Она-то знала, что будет дальше, еще как знала. И готовилась.

А потому…

Однажды в ворота замка влетела карета, запряженная шестеркой, и из нее вылезла женщина, при виде которой даже вороны замерли на дереве, не смея каркнуть. Монахиня, да не из простых, а из высокопоставленных. Об этом говорила и дорогая ткань рясы, и надменное выражение лица, и драгоценности на сарделькообразныых пальцах, и даже тон, которым она потребовала проводить ее пред родительские очи и показать меня.

Хорошо, что я была в замке. Я перепугалась так, что опрометью бросилась к бабушке. Тогда-то и состоялся разговор, который определил мою судьбу на годы вперед.

Осторожность, осторожность и еще раз осторожность.

Это мне тогда бабушка и сказала. Мол, думай.

Такие, как ты, нужны всем. Твои услуги бесценны, но вот кто будет на них зарабатывать?

Храм?

Они смогут получить с тебя все возможное, поверь мне. Смогут заставить тебя, лаской ли, таской ли, и ты станешь работать на них, как покорная служанка. Лечить, кого они прикажут, подпитывать жизненной силой…

И ни семьи, ни детей у тебя не будет. Кто ж захочет терять дойную коровку? В крайнем случае, подсунут тебе кого-то из своих, а ты будешь жить во лжи. И детей рожать во лжи, и судьба у них будет такая же, как у племенных кроликов. Проявится талант – использовать будем.

Нет?

Поищем подходящих жен-мужей и попробуем получить талант. Так-то.

Родители?

Эти будут рады. Но используют твой дар ради усиления своего влияния при дворе. И продадут тебя тому, кто даст наибольшую цену. Любить-то они тебя любят, но земли, титулы, деньги тоже любят. И здоровье они не утратят, просто договорятся тобой пользоваться.

Муж?

Да то же, что и родители. Хочешь быть племенной кобылкой, которую выпускают изредка на скачки? Прогуливают – и опять в конюшню?

Хочешь?

Я не хотела. А потому безропотно согласилась на все. И проглотить небольшую бляшку, которую дала мне бабушка, и врать, и умалчивать, и…

На что бы я тогда не пошла, чтобы выжить!

Храмовница осматривала меня и так, и этак, но никаких признаков силы не нашла. Я терпела, стиснув зубы, хлопала глазами и уверяла, что все врут. Просто крестьянам лестно.

Раны быстрее заживают?

Да все может быть! А я тут при чем?

Мне поверили.

Храмовница уехала, а я уже потом узнала, что бляшка эта была сильным амулетом, который скрывает ауру. Прячет силу, не показывает ее…

Применять-то ее можно, но отблеска силы в моих глазах никто не увидит, вот что главное. Бабушка объяснила мне, что такие делали раньше для некромантов, что она чудом раздобыла один амулет, и что потерять его будет излишней роскошью.

Я и не потеряла.

Амулет вышел сам, за несколько дней, и с тех пор я с ним не расставалась. Жить хотелось. И – не в клетке.

* * *

Худо ли, бедно, я дожила до семнадцати лет, и дожила незамеченной. Силу я применяла, но по мелочам, так, подлечить кого-то из родных, дать отвар, сделать массаж, размять плечи и заодно убить старую боль, помассировать виски и уничтожить зарождающуюся болезнь…

Никто этого не замечал, тем более, что на легкие болячки, вроде простуды, я не охотилась, родные болели, как и раньше… бабушка отличалась завидным здоровьем, но это обычное явление.

Это – бывает.

Я научилась разбираться в травах и собирать их, сама составляла мази и зелья, прекрасно зашивала раны, принимала роды и складывала сломанные кости. Мне было несложно и интересно.

Бабушка подарила мне на совершеннолетие набор лекаря – инструменты, с которыми я не расстаюсь и, даст Светлый, не расстанусь. Хорошие, из закаленной миелленской стали. Уж что они туда добавляют – не знаю, но ржавчины они не боятся.

Себя без лечения людей я не мыслила, но в остальном собиралась прожить жизнь, как и подобает.

Муж, дети, своя семья, а лечить я буду втихорца, как и раньше. Не говоря никому.

Не будет ведь муж мне это запрещать? Это и ему прямая выгода?

Я надеялась на это, но…

Беда пришла, откуда и не ждали. Беда – она всегда приходит неожиданно.

* * *

– госпожа Ветана! Госпожа Ветана!!!!

Вопль вырвал меня из размышлений, оторвал от размешивания мази. Хорошо хоть рука не дрогнула, пересыпала бы чистотела – и начинай сначала, очень уж травка капризная. Но и хорошая тоже.