Охотящиеся в ночи - Яна Алексеева

Эти домашние сетования славно отвлекали от тревожного осознания того, что я сама себя не то что не понимаю — не знаю!

Раздраженно стерев каплю пота с виска, я присела за стол и под шипение масла принялась гипнотизировать телефон. Дешевый черный сотовый лежал на ободранной столешнице и насмешливо подмигивал синеньким огоньком. Позвонит или не позвонит?

Собственно, контактов там только четыре. Павел, Жером, Ирина и Сев, Крадущийся, которого подруга мне сосватала в качестве гида по местным волгоградским достопримечательностям. Сейчас стоит, наверное, ждать именно его звонка. В конце концов, этот мошенник в курсе, что меня просили присмотреть за русалками, что бы это ни значило! Событие же наверняка всколыхнет все здешнее болото, ибо это не рядовое убийство, а жутковатая смерть нескольких молодых чистокровок. И ритуал на крови вдобавок. Какой именно ритуал надо бы, кстати, узнать.

Так вот, сижу и гадаю, позвонит или не позвонит. И, возможно, если бы я лучше разбиралась в логических построениях, то могла бы определить степень осведомленности Крадущегося о происходящем в городе по количеству времени, прошедшего с момента убийства и до звонка. Ну и соответственно ценность данного знакомства, на данный момент не очень большую.

Косясь на телефончик, я вывалила недожаренный кусок, покрытый корочкой и истекающий кровью сквозь трещинки, в щербатую тарелку с синими цветочками по краю, куртуазно положила вилку и узкий ножичек на цветастую салфетку, облизнулась, шумно вдыхая легкий дымок, поднимающийся от еды. Так-с… Не пожалейте денег на приличное мясо — и вот оно, счастье! Что еще хищнику, стремительно пробуждающемуся в душе, надо?

Теплая, сытая тяжесть уютно улеглась в животе, сок растекся по языку сладковатой свежестью, горячая корочка аппетитно похрустывала на зубах. На миг я забыла обо всем. Павел, смерти, русал, жара… все отступило перед примитивным сладким наслаждением, наполняющим тело силой, пробуждающим от спячки самую суть.

Ох, как я, оказывается, была голодна!

И тут зазвонил телефон. Бросив вилку, я схватила дергающуюся коробочку. В трубке сразу же заверещало:

— Волкова, ты знаешь, что произошло?!

И как-то слишком много восторга было в этом голосе.

— Приветствую вас, Всеволод Аскольдович, — чуть ли не приплясывая на табурете, ровно выдала я в ответ.

— Ты! — раздалось в ответ злобненькое и даже какое-то обиженное. Он что, думал, я буду прыгать от восторга, услышав его? Благодеяние, видишь ли, сделал, позвонил!

— Да, я. Так что случилось? Отчего вы так взволнованы? — Спокойнее надо, спокойнее.

Встала. Замерла на миг и закружила вокруг стола, задевая длинным подолом платья ножки.

— Убийство! Троих неинициированных русалов сегодня ночью превратили практически в фарш.

— Ну надо же! И откуда столько малолеток в городе взялось?

Запинка в голосе Сева от меня не укрылась:

— Так… у них тут родовое собрание проходит.

— И почему я слышу об этом только сейчас? — безмятежно спросила я, проведя пальцем по столу и снимая тонкую стружку серой пленки. — Вы ведь в курсе того, о чем меня особо просила Ирина? Да? Так почему же о таком важном событии я узнаю хорошо если предпоследней? Может, вы вообще не собирались мне ни о чем сообщать?

Ярость моя была неподдельной, как и желание зашвырнуть трубку куда подальше. И еще следует сообщить Ирине о том, что этот Сев вовсе не так надежен, как можно было бы предположить.

Тем не менее голос мой оставался ровным. Я отчитывала Крадущегося, как маленького шкодливого ребенка.

— Так они только позавчера съехались. Ну, это дело прошлое, — снисходительно заметил собеседник, но уже не так радостно. — Так вот, сегодня погибло трое русалов.

Он пытается перехватить инициативу в разговоре? Ну-ну! Да и что за разговор?

— Младшие, не инициированные? Из каких анклавов? Поименно, пожалуйста. — Резко, быстро. И чуть польстить: — Я ведь никого не знаю.

— Ну хорошо, хорошо. Младшие наследники Северного анклава, Азовского и Астраханского.

— И все? — спокойно, но выделив последнее слово.

— Ну, еще мальчишка Свертхальде и пара людей. — Отчетливое пренебрежение в голосе Крадущегося раздражает, но я только кривлюсь, еще раз обходя вокруг стола. Он и ко мне так же пренебрежительно относится. Я ведь — сумасшедшая полукровка.

— Угу, и как их убили?

— Ну так… кроваво. Глава местного анклава…

— Кстати, как его зовут?

— Вилент Ирни.

— Продолжайте, Всеволод Аскольдович. Что глава местного анклава?

— Объявил открытый конклав. — Недовольство в голосе Крадущегося можно резать ножом, настолько оно осязаемо. В городе Сев — главный торговец информацией, и открытый конклав лишит его изрядной доли дохода. Ведь вся требуемая информация для участников будет предоставлена бесплатно и без посредников. И если он попытается что-то зажать, тут же вступят в дело Карающие.

— Хм, ну еще бы. Подобное событие очень плохо скажется на имидже нейтральной территории.

— Откуда…

— Но где еще может собираться такая компания, как не в городе, владетель которого гарантирует неприкосновенность всем участникам переговоров? Прекрасно. Я приму участие. — И, пресекая возражения, добавила: — На правах единственного в городе одинокого охотника. Где будет происходить собрание?

— На аллее, у кафетерия «Конфил».

— Отлично. Я буду. И вы, друг мой, тоже не игнорируйте это событие. Мне бы хотелось побольше узнать об участниках открытого конклава, — заявила я уверенно и твердо.

— Ну я, так или иначе, собирался посетить его…

— Вот и хорошо, буду ждать. До вечера.

И отключилась.

Навернув еще пару кругов вокруг стола, хмыкнула. А в конце разговора товарищ Сев изрядно скис. Мой спокойный, равнодушный и чуть угрожающий тон сбил его восторженный и пренебрежительный настрой. Хорошо, что Крадущийся не видел, как я тут приплясывала. Интересно, какой информацией он со мной поделится?

Ничего, если мне будет мало, всегда можно будет выбить. Сжав кулак, я согнула прихваченную со стола вилку. О да!

Так. И пока не забыла… Снова присев, принялась набивать послание Ирине: «Твой осведомитель спалился. Можно я его съем?»

И Павлу: «Скучаю. Сны снятся. А тебе?»

Жерому: «Как Павел?»

И тут деньги на счете кончились. Прослушав сообщение от «Мегафона» об отключении услуг, только хмыкнула. Все равно возможным советам я бы не последовала.

Согревшаяся сталь ластилась к бедру. Поглаживая сквозь тонкую ткань пристегнутые к ноге ножны, я поднималась по ступеням набережной. Вообще-то можно было и на скутере добраться, но куда спешить? Еще набегаюсь, как говорит зарождающееся в душе предчувствие.