Правый глаз дракона - Ален Лекс

– Ты испортила мое зерно. Или ты предпочитаешь, чтобы твою шею украсила веревка?

Ралернан сжал плечо торговца:

– Бордилер, я понятия не имею, чем они помогают разбойникам, но ты перегибаешь палку. Ты не вправе принуждать ее.

Торговец зло уставился на него бусинками черных глаз.

– Ты опять забыл свое место, охранник? Или тебе хочется посидеть в камере рядом с ними?

Девушка перевела умоляющий взгляд на эльфа:

– Господин, я не знаю вашего имени, но я вижу, что сердце ваше чисто. Прошу вас, помогите мне…

Торговец осклабился ей в лицо:

– Цыпочка, это моя охрана. Он ничем тебе не поможет.

Ралернан перехватил руку торговца и с силой сжал, заставляя того выпустить девушку:

– Я не собираюсь наблюдать за этим издевательством! Что сделали тебе эти люди? Я вижу, что они бедны и отдают тебе последнее! Так нет, тебя тянет еще и надругаться над ними! Что за червивая душа у тебя!

– Да посмотри на себя в зеркало! Уж, наверное, не за красивые глаза тебя в измене обвинили! А эти люди путаются с бандой Волка. Они им укрытие предоставляют, и подкармливают, и вообще. Я как-то поймал одного из Волков, вот он мне этих людей и сдал, пока мы поджаривали его пятки. А то, что они мне платят дань – их собственный выбор. Ничто не мешает им отказаться и попасть на виселицу за пособничество этим разбойничающим отморозкам!

Девушка зло вскинула голову, глаза у нее сощурились:

– Волки не отморозки! И не убийцы! Они нападают только на тех, кто сделал свое состояние подкупом, грабежом и обманом! На таких, как ты! И хорошо, что есть Волки, – они возвращают людям хоть малую толику того, что ты награбил!

– Ах ты, маленькая сучка! – Торговец в бешенстве рванулся к ней. Ралернан не успел отреагировать, как тот ткнул рукой в шею девушки. На белой коже расплылся ярко-алый цветок. Она судорожно потянулась руками к взрезанному горлу, всхлипнула и упала навзничь. Бордилер спрятал маленький кинжал обратно в рукав.

– Вот так. Будешь знать, как бандитов прославлять!

Ралернан склонился к упавшей девушке, но она уже умирала. Кровь толчками уходила через рваную рану на шее.

– Что здесь происходит? – раздался сзади холодный голос Никона.

Бордилер недовольно покосился на него:

– Да вот, этот новый охранник совсем спятил. Набросился на девчонку, перерезал ей горло. Что теперь делать, ума не приложу.

Ралернан медленно поднял голову и уставился на торговца.

– Бордилер, что ты несешь! Ты же сам ее убил!

Торговец фыркнул:

– Еще и рассудком повредился. Надеюсь, Никон, ты не забудешь отразить все это в докладе, который тебе положено предоставлять Пресвятому Ордену.

Никон хмуро посмотрел на него:

– Что-то не очень похоже на то, Бордилер. Он не произвел на меня впечатление убийцы.

– На меня тоже! Я ж, когда его охранником нанимал, думал – нормальный человек, драться умеет, все такое. А девчонка по ходу его узнала, начала кричать, что он беглый преступник, вот он ее и порешил. Эй, люди! – Бордилер махнул рукой другим своим охранникам. – Свяжите этого гада, пока он еще кого-нибудь не убил.

Ралернан побледнел. Рука его потянулась к мечу. Пара людей Бордилера двинулась в его сторону, но приближаться на расстояние удара они не торопились.

На лицо Никона наползла тень.

– Значит, преступник? И что же он за преступник?

– Да вроде как она сказала, что это беглый лорд Арриера. Ну тот самый, которого ищут за измену. Причем, если мне не изменяет память, Пресвятой Орден тоже его ищет.

Ралернан вскинул голову:

– Я не изменник! И я не собираюсь так просто тебе сдаться!

Бордилер тихо захихикал:

– Не собираешься? У меня твоя жена и ребенок! Может, ты хочешь, чтобы они составили компанию этой девке, – он кивнул на скрючившееся в грязи тело, – на том свете? А то это можно устроить!

– Подлец! – Эльф рванул меч из ножен и бросился к Бордилеру. Охранники тут же закрыли его, также ощетинившись мечами.

– Бросай оружие, Арриера! Нас слишком много, чтобы ты смог одержать верх!

Никон резко повернулся к торговцу:

– Отпусти его.

– Что? – удивился Бордилер.

– Я сказал: отпусти его. Отзови людей. Я хочу поговорить с ним без твоих мордоворотов.

– Да он тебя прихлопнет, как муху! Ты только посмотри на его лицо! У него уже глаза из орбит лезут.

– У тебя бы тоже глаза на лоб вылезли, если бы тебя начали обвинять в таких вещах. И потом, я не беспомощная девочка. Меня охраняет вера Наисвятейшего. Или ты хочешь сказать, что не доверяешь моим силам? – Выражение лица Никона стало неприятным.

– Прости меня великодушно, Никон, но ты еще не достиг статуса члена Пресвятого Ордена. И тебя вводит в заблуждение его облик так же, как он ввел меня. Для твоей же собственной безопасности я не буду выполнять твою просьбу. – Он сделал знак охранникам схватить Ралернана.

Никон бросился им наперерез, подняв в руке крест. Тот чуть заметно засветился.

– Я беру этого человека под свою защиту. Вы не вправе лишать его свободы.

– Он тебя околдовал! Его обвиняют в черной магии! Взять их обоих! – Бордилер махнул рукой стоящим в удалении оставшимся охранникам, побуждая их присоединиться к выполнению приказа.

Глаза Никона расширились:

– Вы не посмеете пойти против Пресвятого Ордена! Вас сожгут!

– Взять их! Их души опутаны черными силами!

Охранники окружили их широким кольцом и начали постепенно сближаться. Никон покрепче перехватил крест и забормотал молитву. Крест полыхнул белым, с него сорвались огненные молнии и упали вниз, направляясь к охранникам. Те перестроились, обходя опасное свечение. Движения людей были быстрее, чем движения светящихся линий, охранники избегали их без труда. Никон вздрогнул:

– Кажется, моя вера совсем не так крепка, как я думал.

– Тебе не надо меня защищать, – ответил Ралернан. – Ты зря ввязался во все это. Они правы: я действительно беглый преступник.

– Глава нашего Ордена, несомненно, очень мудрый и великий человек. Но это не значит, что он не может ошибаться. Он же не бог. Мне кажется, что в отношении тебя он допустил ошибку. Я слышал истории про Белого Рыцаря. Если бы не ты, Абадосс никогда не получил бы независимости. Я сильно сомневаюсь, что тебе нужно было планировать измену против короля, в то время как ты добровольно отказался от короны.

– Я не хочу впутывать тебя во все это.