Магия горит - Илона Эндрюс

Кэрран лениво и плотоядно ухмыльнулся.

– Ты не только раздвинешь передо мной ноги, но и будешь умолять об этом.

Я потрясенно уставилась на него. Он улыбнулся еще шире.

– Сначала скажешь «пожалуйста», а после – «спасибо».

Я нервно хохотнула.

– А ты совсем с катушек слетел. Завязывай обесцвечивать волосы, Златовласка, тебе перекись мозги выела.

– Испугалась?

Ага, я в ужасе!!!

– Тебя? Нет. Выпусти когти и познакомишься с моей саблей. Но я уже сражалась с тобой в человеческом обличье… – потребовалась вся сила воли, чтобы небрежно пожать плечами. – Ты меня не слишком впечатлил.

Прыжок – и он оказался возле меня. Я едва успела вскочить на ноги. Стальные пальцы обхватили мое запястье, а другая рука обняла за талию. Я сопротивлялась, но Кэрран со смехотворной легкостью одолел меня, притягивая к себе ближе, как в танго.

– Эй! Пусти…

По положению его ног я догадалась о дальнейшем, но поделать ничего не могла. Потянув меня вперед, он выполнил классический бросок через бедро. Идеально, как по учебнику. Направляемая его рукой, я полетела вперед и приземлилась на спину. Из легких выбило воздух. Ого.

– Теперь впечатлена? – осклабился Царь Зверей.

Ясно! Он просто играл, а не боролся по-настоящему. Мог ведь так швырнуть, что я сломала бы шею. Однако он до самого конца меня придерживал, желая удостовериться, что я упаду правильно.

Кэрран смотрел на меня.

– Такая злая и страшная наемница не справилась с элементарным приемом. Я бы на твоем месте сгорел со стыда.

Я задыхалась, пытаясь насытить легкие кислородом.

– Я мог убить тебя прямо сейчас. Серьезных усилий бы не потребовалось. Мне даже за тебя неловко. Показала бы какой-нибудь фокус, что ли?

Как пожелаешь…

Вдохнув поглубже, я яростно выплюнула новое слово силы:

– Осанда.

На колени, Ваше Величество.

Он крякнул, будто пытался поднять неподъемную тяжесть, обрушившуюся ему на плечи. Лицо задрожало от напряжения. Ха! Не только его подпитывает Вспышка.

Я неторопливо поднялась на ноги. Кэрран застыл. Под тканью спортивных брюк виднелись вздувшиеся мускулы бедер. Он не склонился. И не склонится. В преддверии чертовой Вспышки я обрушила на Царя Зверей слово силы, и оно не сработало. Когда он придет в себя, то наверняка меня прикончит.

Меня обуяла тревога. Здравый смысл вопил: «Убирайся оттуда, идиотка!» Но я подошла к Кэррану и прошептала ему на ухо:

– До сих пор не впечатлена.

Его физиономия исказилась, брови сошлись в линию. Он сосредоточился – мышцы задрожали от усилий, – и с гортанным вздохом выпрямился. Я поспешно ретировалась в другой конец комнаты. «Погибель» по пути не захватила, хоть руки чесались. Правила нашей с Кэрраном игры весьма четкие – никаких когтей, никакой сабли. Направь я на Царя оружие, и в ту же секунду подпишу себе смертный приговор.

Кэрран расправил плечи.

– Продолжим?

– С удовольствием.

Он двинулся ко мне. А я ждала, готовясь броситься в сторону. Кэрран сильнее пары быков, попрет напролом. Если он меня схватит – все будет кончено. В крайнем случае можно выскочить в окно. Подумаешь, грохнуться с сорока футов. Невелика цена, чтобы унести ноги.

Он попытался меня схватить. Я увернулась и ударила его сбоку по колену. Хороший удар, я постаралась на славу. Обычному человеку такой сломал бы ногу.

– Миленько, – заметил он, сцапал меня за руку и небрежно швырнул через всю комнату.

На секунду я зависла в воздухе, после чего упала, перекатилась, вскочила и встретила самодовольный взгляд вожака.

– А ты забавная мышка!

Что?!

– Всегда любил игрушечных мышей, – довольно ухмыльнулся Царь. – Иногда они еще и набиты кошачьей мятой. Приятный сюрприз.

– Никакой мятой я не набита.

– Вот и проверим.

Он расправил плечи и направился ко мне. Хьюстон, у нас проблемы!

Кэрран так смотрел на меня, что становилось ясно: даже удар прямо в морду не собьет его с пути.

– Одно мое слово – и ты окаменеешь, – предупредила я.

Он стиснул меня медвежьей хваткой. Должно быть, так чувствует себя орех в щипцах перед тем, как его раздавят.

– Давай, – не смутился он.

– Свадьба.

По глазам Царя стало видно: теперь ему не смешно. Он отпустил меня.

Игра завершилась.

– Ты никогда не сдаешься?

– Ага.

Магия снова ушла. Спина опять заныла – наверное, ударилась я сильнее, чем казалось поначалу. Бицепсы тоже обожгло болью. Спасибо, что придушили, Ваше Величество. Я привалилась к стене.

– Почему ты прицепилась к свадьбе?

Я потерла лоб в попытке смахнуть усталость и избежать разговора.

– Ты правда хочешь узнать?

– Да. В чем дело? Это вина, месть или любовь?

Пришлось сглотнуть комок в горле.

– Я живу одна.

– Ну и что?

– У тебя есть Стая. Вокруг тебя всегда народ, который жаждет насладиться твоим обществом. А у меня нет никого. Родители мертвы, другие родственники исчезли. И друзей нет, разве что Джим, но у нас скорее деловые отношения. Любовника тоже. Я даже домашнее животное не завожу – несчастный помрет от голода, меня ведь и дома почти не бывает. А когда я туда доползаю – истекающая кровью, грязная и измученная, там темно и пусто. Некому зажечь свет в комнате. Некому обнять и сказать: «Привет, я рад, что ты вернулась. Здорово, что цела и невредима. Я волновался». Всем плевать, жива я или сдохла. Никто не сварит мне кофе, не обнимет перед сном, не даст лекарств, когда заболею. Я всегда сама по себе, – пожала плечами, стараясь говорить небрежно. – Обычно меня устраивает подобный расклад. Но задумываюсь о будущем и не вижу там ни семьи, ни мужа, ни детей. Никакой душевной теплоты. Только старость и новые шрамы. Пройдет пятнадцать лет, и я буду так же приползать к себе, измочаленная, в запекшейся крови, и стану в одиночестве зализывать раны. Я не могу иметь семью, не могу любить, но у Креста и Мьонг есть шанс на счастье. Не хочу стоять у них на пути.

В глазах Кэррана промелькнуло нечто вроде… Неужели это понимание? Сочувствие? Сложно сказать. Это продлилось лишь миг, а потом Царь опять нацепил маску вожака.

И вновь передо мной непроницаемый лик альфы.

Я отвела взгляд. Я о многом умолчала. Например, о том, что связаться со мной – просто подставиться. Из-за своей крови я – ходячая мишень. Секс передавал партнеру частичку моей магии. Встречаться с обычным человеком значит поступить эгоистично, ведь я не смогу его защитить, если меня вдруг обнаружат. Я и себя-то защитить не сумею. А быть с кем-то могущественным – ужасно глупо. Как только он выяснит, что я собой представляю, или убьет меня, или попытается использовать в своих интересах. Четко помню, когда осознала это впервые. Парня звали Дерин, он оказался колдуном. А мне стукнуло семнадцать – и мне хотелось прыгнуть в чью-нибудь постель. И его койка чрезвычайно меня привлекала. Спустя годы пришлось признать: любовник из Дерина был никудышный, но все могло быть еще хуже.