Королевская орхидея - Лариса Петровичева

Когда бабушка рассказывала Искре и Лили сказки о Южных пустошах, то объяснила, что все эти истории, от которых кровь стынет в жилах и так страшно засыпать, называются охранительными легендами. Что бы ни случилось в тех краях, людям еще долго не следует совать туда любопытные носы.

– Пару лет назад я видел человека, который там побывал, – сказал Тео. – И он был не просто пьяным болтуном в трактире. В подтверждение своих слов он показывал браслет, который нашел в развалинах города. Да, это была особенная вещь. Странный узор и постоянное дуновение магии – чужой и очень злой. И у меня было чувство, что это нечеловеческое волшебство, что оно отторгает все, что связано с людьми.

– А что было потом? – спросила Искра. – Куда он ушел?

– На тот свет, – коротко ответил Тео. – Его зарезали за эту цацку, труп бросили в канаву у дороги. Где сейчас этот браслет, я не знаю.

Некоторое время все молчали, а потом Золотой произнес:

– Я отправлюсь туда с вами, посмотрю, что там сейчас и как. Когда-то, еще до появления людей, там гнездились драконы, так что это в каком-то смысле моя родина.

Тео удивленно посмотрел на него.

– С нами? – переспросил он.

Дракон кивнул:

– С тобой и твоей женой. Она не из той породы женщин, которая останется дома и будет ждать мужа возле окошка.

Тео обернулся к Искре, и в его глазах появились уже знакомые острые огоньки.

– Да, все так, – ответил он. – И я уже успел в этом убедиться.

Уже вечером Искра почувствовала себя достаточно здоровой, чтобы выйти в сад. Тео, который наверняка стал бы отговаривать ее от прогулки – он считал, что Искре следует отдохнуть и не покидать спальню, – разговаривал в своем кабинете с Золотым о путешествии на Южные пустоши. Так что Искра оделась в то платье, которое привезла с собой еще из родительского дома, и отправилась в сад.

Здесь было тихо-тихо. Бархатные сумерки скользили среди деревьев, густые сиреневые тени пролегли на траве. Издалека доносилось негромкое пение птиц и какое-то бульканье и вздохи – должно быть, болотник просыпался в глубине трясины. Искра прошла мимо дерева с розовыми орхидеями, прилепившимися к стволу, и вдруг увидела, как в траве что-то сверкнуло. Да это же ее садовые ножницы, которыми она обрезала орхидеи в тот день, когда Тео сделал ей предложение, а потом сослал на ферму!

С тех пор и месяца не прошло – а казалось, что все это было в другой, чужой жизни или в книге, которую Искра когда-то читала и успела забыть. Она нагнулась, подняла ножницы и подошла к дереву. Конечно, платье не самая лучшая одежда для работы в саду, но Искра и не собиралась проводить много времени с орхидеями. Так, обрезать увядшие цветы, это не займет больше четверти часа. Подобрав платье, Искра устроилась на низкой толстой ветви и принялась за работу.

Вместо пятнадцати минут Искра просидела на дереве почти час. Она обрезала цветы и листья, напевала что-то себе под нос и опомнилась только тогда, когда под деревом шумно сказали:

– Гам!

Искра посмотрела вниз – в траве сидел крокодил. Увидев, что на него наконец-то обратили внимание, он широко разинул пасть в надежде на угощение, но у Искры ничего не было. Она вдруг поняла, что крокодил больше не вызывает у нее ни страха, ни брезгливости. Как там его называл Золотой – младший братец?

– Значит, ты, получается, родственник драконам? – поинтересовалась Искра.

В принципе в этом не было ничего удивительного. Искра вспомнила учебники и рассказ о том, что крокодилы появились практически в одно время с драконами, только одни потом стали разумными, а другие нет.

Золотой отнесся к поездке на Южные пустоши с невероятным воодушевлением и энтузиазмом. Ему хотелось отыскать места гнездования драконов. Он пытался объяснить, что в этом такого важного и интересного, но в итоге сдался и сказал, что для понимания необходимо самому быть драконом.

– Гам! – снова сказал крокодил и довольно прихрюкнул. Искра надеялась, что ему не было больно, когда он лежал вместе с ней под сетью.

– Как тебя зовут? – спросила она.

Крокодил вновь хрюкнул и разинул пасть. Искра рассмеялась – неужели он так и не наелся? Слуги сперва скормили ему целую корзину рыбы, а потом поднос курятины таких размеров, что после еды надо было лежать и не дышать, а не выпрашивать очередную вкуснятину.

Но лежать он явно не собирался.

– Прости, мой хороший, – вздохнула Искра. – У меня ничего нет, я думала, что ты наелся.

Крокодил издал совершенно человеческий вздох, словно хотел сказать: вот никогда у тебя ничего нет! Искра вдруг подумала, что у крокодила действительно нет имени, он просто забавный экзотический питомец. Кого еще заводить бокору? Не карманную же собачку вроде тех, которых дамы высшего света носят в крошечных сумочках.

– Давай тебя будут звать Крокус? – предложила Искра. – Мне нравятся цветы, и ты тогда будешь одновременно и цветок и крокодил. Согласен?

– Гам! – ответил крокодил. Похоже, он согласился бы на любое имя, лишь бы оно наконец-то у него появилось.

Из-за деревьев вышел Тео. Увидев Искру с ножницами в руках, он посмотрел на нее с усталостью человека, который в очередной раз убедился, что его близкие все равно все сделают по-своему. Крокус увидел хозяина и по привычке быстро убрался в кусты. Тео подошел и сказал:

– Тебе бы лучше полежать. Вечерняя прохлада бывает очень обманчива, иногда она приносит болотную лихорадку.

Искра весело посмотрела на него и улыбнулась. Конечно, Тео Эссен одичал, сидя на своих болотах, но он сильно изменился в хорошую сторону с момента их первой встречи. Искра в очередной раз подумала, что Тео очень хороший человек, пусть и прилагает все усилия, чтобы это скрыть. Господи Боже, он действительно волновался за нее – а раньше это делала только бабушка, всем остальным было наплевать, жива ли Искра или уже умерла.

– Обязательно полежу, – не стала спорить Искра и машинально срезала еще один цветок. – Твоего крокодила теперь зовут Крокус.

Тео задумчиво улыбнулся. Сейчас его улыбка была спокойной и мягкой, словно его уже ничто не тревожило.

– Крокус, – повторил он. – Прелестное имечко. Я бы не придумал другого.

Он протянул руку, и Искра спрыгнула с дерева. Они неторопливо двинулись в сторону дома; обернувшись, Искра увидела, как над садом поднимается уже знакомая тень болотника, и уловила едва ощутимое дуновение тоски.

– Он не пройдет, – сказал Тео. – Здесь сетки. Ты точно решила, что поедешь на пустоши?

Искра кивнула.

– Да. Я ведьма огня, Тео. Я могу вам пригодиться. Да и вообще… – Она замолчала, не желая продолжать, а Тео не стал спрашивать.

Но когда они подошли к дому, Искра все-таки сказала:

– Просто я больше не хочу с тобой расставаться. Вот и все.