Железный цветок - Лори Форест

Встретившись взглядом с Джеффри, Гвинн радостно улыбается. Его глаза вспыхивают, а уголки рта приподнимаются – он с обожанием смотрит на юную супругу. Но почти сразу на лицо Джеффри возвращается непроницаемая маска, как положено военным, но время от времени он всё же посматривает на Гвинн, и каждый раз её сердце подпрыгивает и трепещет от счастья.

На чёрном мундире Джеффри вышита белая птица вместо обычного серебристого шара Эртии – это знак его принадлежности к секте Стивиана, самых преданных последователей учения, изложенного в «Книге Древних».

Стивианы – наиблагословеннейшие из магов.

Мундир Джеффри – это отражение нового гарднерийского флага, которым украшен фасад главного храма. Новый флаг предложил верховный маг Маркус Фогель. Теперь на чёрном фоне вместо языческого шара Эртии белеет силуэт птицы – символ Древнейшего.

Маркус Фогель поднимается на широкую платформу, установленную около первой ступеньки лестницы к храму, и толпа встречает его радостными криками. Гвинн заражается радостным возбуждением большинства сограждан, её пронизывает исступление, почти одержимость беснующейся толпы.

Фогель великолепен, он воплощение силы и власти, черты его строгого лица сияют светлыми оттенками изумруда, как у каждого истинного гарднерийца, на груди его длиннополого одеяния тоже белеет птица Древнейшего.

Фогель подходит к трибуне из железного дерева, установленной в самой середине импровизированной сцены, и оглядывает толпу, будто паству.

Под взглядом верховного мага Гвинн трепещет от восторга. Самый праведный и наиблагословеннейший среди них!

За спиной Фогеля выстроились полукругом маги пятого уровня, священники и члены Совета магов. Четверо юных представителей Совета стоят тут же, по двое с каждой стороны. Их лица преисполнены гордости. Фогель поднимает обе руки, призывая к тишине.

Толпа послушно стихает, в воздухе витает всеобщее возбуждение.

Старейший маг света, член Совета магов, выступает вперёд. Он взмахивает волшебной палочкой, и перед Фогелем возникают три тёмно-зелёные руны, вращающиеся по собственным орбитам, как крошечные планеты.

– Маги, – звучным, усиленным рунами голосом обращается верховный маг к толпе, – слишком долго исчадиям зла было позволено безнаказанно свирепствовать на Эртии. – Его взгляд проносится над толпой, и сердце Гвинн устремляется к вождю. – Слишком долго варвары и потомки фей плодились на нашей земле и на проклятых пустошах.

Фогель умолкает, и тишина тут же окутывает Гвинн, точно плотный кокон.

Все ждут. Тысячи собравшихся ловят каждый вздох верховного мага.

Взгляд Фогеля разгорается огнём истинной веры.

– Они думали, что смогут нас уничтожить. Кельты. Уриски. Феи. Они порабощали нас. Издевались над нами. Мучили нас. Они пытались превратить нас в пыль. – Оратор бросает на толпу острые, точно чёрные молнии взгляды. – Однако мы выстояли, преисполненные волей Древнейшего. И теперь маги готовы пройти по Эртии как неукротимый поток силы.

Толпа единодушно взрывается криками, победными возгласами тысяч голосов.

Прекрасная Гарднерия – страна магов! Священная, сильная и воистину великая!

Во власти всеобщего ликования Гвинн присоединяется к вопящим рядом, в её глазах сверкают слёзы, а губы сами собой растягиваются в широкой улыбке. Ещё немного – и радость выплеснется из неё и перекроет поток эмоций других магов.

Наконец толпа успокаивается, и Фогель открывает «Книгу Древних», лежащую перед ним на подставке.

Все слушают, боясь упустить хоть слово, когда верховный маг зачитывает древнюю повесть пророчицы Галлианы. Его голос набирает силу, когда Фогель читает о спасении благословенной земли магов от армии демонов. Тогда гарднерийцев спасли Белый Жезл и волшебные цветы железного дерева.

Гвинн хмуро оглядывает толпу, зацепившись взглядом за кружок более раскованных женщин, не принадлежащих к секте Стивиана. Они наряжены в облегающие фигуру платья, а чёрная материя по краю отделана полосками запретных оттенков – лилового, золотистого, тёмно-оранжевого и розового, – цветами фей. Гвинн с гордостью смотрит на своё строгое чёрное одеяние. Когда Фогель объявил о предстоящем очищении традиций от пережитков язычества, некоторые дамы рыдали и отказывались прогонять служанок-урисок.

Теперь этих магов подозревают: возможно, они предали священные идеи, связались с язычниками, которые только и мечтают подорвать могущество Гарднерии.

Гвинн благодарно вздыхает, вспоминая строгое воспитание – правила секты Стивиана в её семье ставили очень высоко, и теперь все её родственники вне подозрения, ведут дела только со стивианами, избегая варваров и яда, который те несут повсюду.

Джеффри ловит взгляд Гвинн и почти незаметно игриво улыбается ей. Горячие волны пробегают по её спине при воспоминании о наполненных лаской ночах, и в её сердце разгорается любовь.

«У нас с Джеффри будут дети с чистой кровью, истинные маги. И они вырастут в мире, свободном от исчадий зла».

Фогель дочитывает историю и умолкает, отрывая Гвинн от блаженных размышлений.

– Пришло время исполнить пророчество, маги, – сурово произносит оратор. – У варваров растёт демон-икарит, однако он пока лишь ребёнок, сосуд греха, и его легко умертвить.

Гвинн слушает о том, как маги Пятого дивизиона разыскивают ребёнка-икарита, и в её душе поднимается чувство вины, поделиться этим она не может ни с единой живой душой.

Она знает, кто дал жизнь демону-икариту.

Сейдж Гаффни была её подругой. Они познакомились, когда им было по тринадцать лет. Счастливые невесты в день обручения, они заслушивались историями о невероятных приключениях Белого Жезла.

«Что на меня тогда нашло? – мучается Гвинн. – Как я могла выкрасть ту волшебную палочку из отцовской оружейной? И зачем я отдала её Сейдж?»

А теперь Сейдж на стороне исчадий зла. Она сбежала с кельтом и разорвала священный обряд обручения. А потом родила омерзительного ребёнка.

Икарита из пророчества.

Сердце Гвинн рвётся от боли и жестоких сожалений. А в ушах звучит предупреждение – эта ужасная опасность подстерегает любого мага, стоит ему или ей свернуть с предначертанного Древнейшим пути.

– Стойко придерживайтесь вашей веры, маги, – наставляет с трибуны Фогель. – Одна часть пророчества исполняется… – Он окидывает толпу горящим взглядом и заканчивает: – И вскоре свершится другая.

Позади Фогеля среди неподвижных фигур заметно какое-то движение, вперёд выводят гарднерийку, её вежливо поддерживают молодые военные. Стоящие рядом растерянно перешёптываются, однако Гвинн знает эту девушку.

Фэллон Бэйн.

Сердце Гвинн падает, как камень в бездонную пропасть при виде измождённого лица Фэллон. Она должна стать сияющей звездой пророчества. Новой Чёрной Ведьмой – защитницей Гарднерии, победительницей демонов-икаритов.