Плюсик в Чарму - Кристина Юраш

- Ну как? – спросил Никита, пока я грозила пальцем чуду – юду. На случай, если оно решит присниться мне в кошмарах.

Монстры, которые снились мне обычно, орали, что такую тварь не переживут. А один, самый страшный, от которого я регулярно во сне бегаю стометровку, вообще остался заикой. «Д-д-д-да не ну на-на-нафиг!», - икал он, тыча мохнатой лапой в этот ужас.

- Вот, - сглотнул Никита, ероша волосы. – Нам задали создать свое первое чудовище… Из тряпок и … ну ты поняла… А завтра нужно, чтобы он ожил… А он никак не оживает… Я уже и так его, и эдак… И заклинание читал… И ритуал проводил!

Мне в подтверждение показали кривой круг, нарисованный детской рукой.

- Ур! – выдала крылатая обезьянка, кивая.

- А он все никак! У меня ничего не получается! – всхлипнул Никита.

- Ну, не расстраивайся, - улыбнулась я, пытаясь подобрать слова. Я – не самая опытная тетя. Так что многие вещи мне даются тяжело. – Даже если ты получишь плохую оценку, я не буду тебя ругать! У всех ошибки. Тебе не нужно бояться ошибаться.

- Ректор взял наш класс на личный контроль, - всхлипнул Никита. – Те, кто не справятся с заданием не попадут на экскурсию! А я очень хочу на экскурсию! Что мне делать, тетечка?

В этот момент весь пафос «янемаг» быстро сошел на нет. Я дула щеки, нервно теребила волосы, понимая, что мало чем смогу помочь ребенку. А ему действительно нужна помощь!

- Ладно, показывай круг. Сейчас будем проверять, - выдохнула я, включая свет и чайник. Иллюзия перемещалась вместе со мной. – Давай по-порядку! Что нужно нарисовать?

Я присела на стульчик и взяла ручку. В дрожащих детских рука трясся листок с корявым кругом. Судя по всему, он был вырван из тетрадки.

- Понятно! Тут какая-то хреновина с ушком, тут ерундовина похожая на попу, потом… - перерисовывала я неведомые символы. Урфин летал по комнате. И тоже очень переживал.

- Это символ управления, - пояснил Никита. А я им чуть-чуть погордилась. Все-таки учится!

- Понятно, попа – это символ управления, - кивнула я, рисуя стрелки. – Так, неприличный огуречик и … поднеси поближе!

Я щурилась на детские каракули.

- Ага! – выдохнула я, сделав кофе. – А теперь показывай, что ты нарисовал!

Никита отошел, а его фея подлетела к полу, чтобы я получше могла разглядеть.

- Сверяемся! – торжественно произнесла я, пробегая глазами каждый символ.

Я надеялась найти ошибку еще на этом этапе. Но пока что все сходилось.

- Эм… Подправь вон ту … эм… зюзю хвостатую, - ткнула пальцем я в неведомый символ. – Хвостик покороче!

- Какую? – прищурился Никита. Урфин сидел у него на голове и искал блох. Милая обезьянка.

- Вон ту, похожую на муху с хоботом! – надула щеки я, нервно выдыхая.

- Ага! – Никита побежал перерисовывать.

Я потребовала нарисовать круг ровнее. Это все, что я могла сделать! Пока что… Видно было очень плохо, но я щурилась и надеялась, что все получится. Огромное чудовище лежало в центре круга. Никита закатал рукава рубашки и выдал такую скороговорку, что я причмокнула от досады. Если я повторю ее – ищите меня в травматологии с переломом языка!

- Мы пока учимся проговаривать заклинания!  - смутился Никита, выставив руки вперед. Из его пальцев вылетели серебристые лучи и…

- Ну? – я даже привстала, потеряв тапок, честь и совесть.

- Никак, - поник Никита.

Я сдувала непослушную прядь. И чесала ручкой в волосах. Черт возьми! Ну нельзя же так!

- Слушай, - внезапно произнес Никита. – А ты можешь переместится ко мне?

- Не знаю, - прищурилась я, понимая, что на месте разбираться намного сподручней.

- А если через общий портал! Они же открывали портал в комнате? Давай я сбегаю в портальный зал, поставлю наш адрес, и тебя перенесет в Академию? – предложил Никита, загоревшись мыслью. – И ты посмотришь?

У меня были соображения на счет помощи. Я кусала губу и наматывала прядь на палец. Гордость сражалась с «позязя!». Битва была ни на жизнь, а на совесть.

- Я еще раз попробую! – вздохнул Никита и ударил заклинанием игрушку. И тут она развалилась на части. «О-оу!»,  - побледнел Никита, делая шаг в сторону.

- Ты сможешь сшить ее заново? У меня нитки кончились! И попросить не у кого! – горестно выдал племянник. – Просто я ее шил четыре дня! Это – домашняя контрольная работа! Завтра на первом уроке мы должны ее показать! Преподаватель очень строгий!

«Нельзя оставлять ребенка наедине с проблемами. То, что взрослым кажется пустяком, для ребенка – трагедия!», - нашептывала во мне добрая тетя. Она читала много умных книг. И консультировалась на форуме мам.

«Если постоянно решать его проблемы, то ребенок вырастет несамостоятельным!», - твердила строгая тетя внутри меня. Она настаивала на игрушках, прибитых к полу, на «угловом» курорте и «ремнетерапии» в разумных пределах.

«Если ребенок обратился к тебе, то значит, он тебе доверяет. Не потеряй его доверие!», - умоляла добрая тетя, потрясая умными книжками про формирование здоровой детской личности.

«А потом он сядет тебе на голову и будет тобой манипулировать!», - спорила строгая тетя, поигрывая ремнем в руках.

«Ты никогда не знаешь, чем обернется твое «нет»!», - доказывала добрая тетя. И рисовала стакан воды в дрожащих кошачьих зубах и лапах.

- Хорошо, - я решительно встала и выгребла старую коробку для шитья.

- Я открою портал! Нас учили символам адреса! Там просто поменять надо! Когда у тебя загорится в комнате, прыгай в него! – оживился Никита. И отключился.