Осколки серебра и льда - Лаура Кардеа

Верис

Не знаю, чего я ждала, когда он вывел меня из палатки. Уж точно не того, что нам придется продираться в сумерках сквозь заросли хвойного леса. То есть продираюсь я. А он плывет. Как будто лес сам перед ним расступается, в то время как я постоянно наступаю на ветки, которые царапают мои лодыжки.

– Если наша цель хоть отдаленно напоминает ту башню с сакрами, я сейчас же разворачиваюсь, – огрызаюсь я.

– Это кое-что другое, обещаю. – Он осторожно убирает с моего пути низко висящую ветку одного из немногих лиственных деревьев, на которых здесь никогда не бывает листьев. – Этот лес называется Нигун-Ор. Золотой лес. И это необычное место.

– Похоже, у нас разные представления о том, что такое «золотой» и как должен выглядеть обычный лес, – говорю я язвительнее, чем мне хотелось бы. Но все мои конечности болят, а подушки и меховые одеяла в теплой палатке взывают ко мне. – В Ауруме лес состоит из деревьев с листьями или хвоей и…

– Мне, конечно, нравятся ваши едкие замечания, но здесь вам лучше сдерживаться. Это священный лес, – с этими словами он коротко кладет руку на мое плечо.

У меня перехватывает дыхание. Впереди хвойные деревья сменяются плакучими ивами с серебристыми мерцающими листьями, обрамляющими тропинку. Мы медленно бредем под завораживающим навесом из пышной листвы. Я так давно не видела листьев и жажду прикоснуться к ним, но боюсь, что даже легкое прикосновение заставит эту серебряную мечту разобиться, как стекло.

– Это прекрасно, – выдыхаю я.

– Да, прекрасно. – А вот в сказках Изобеллы принц смотрел бы на принцессу, а не по сторонам.

Я поворачиваюсь по кругу и хмурюсь.

– Только он все равно не золотой.

Принц мягко касается моего плеча, подталкивая дальше. По этой тропинке, похоже, очень редко кто-то ходит. Со мной происходит что-то странное и непонятное. Но прежде чем я успеваю понять, что же это такое, мы выходим на захватывающую дух поляну. Лунный свет падает на мягко покачивающуюся на ветру серебристую траву и на самую потрясающую из всех плакучую иву. Она одиноко ожидает нас посреди круглой поляны. Ее серебристо-сверкающие листья наклоняются к нам, словно желая поприветствовать старых друзей. В воздухе будто что-то витает. Может быть, это лесные нимфы, которые специально поджидали нас, желая задержать здесь навечно. Впрочем, я бы не возражала.

– Я все равно не понимаю, почему его называют золотым лесом, – шепчу я, когда мы приближаемся к дереву.

На стволе я обнаруживаю изящный узор из тысячи тоненьких серебряных жилок. Принц берет мою руку в свою и поднимает ее вверх, к одному из причудливо сложенных листьев. И как только кончики моих пальцев касаются его, все листья отрываются от веток. Оказывается, это вовсе не листья. Вокруг нас беспорядочно кружат тысячи мотыльков. Трепет их крыльев заставляет воздух вибрировать, складываясь в незнакомую мелодию. Но больше всего захватывают дух золотые кончики их крыльев.

В море серебра и золота принц срывает с ветки одно из золотых яблок, которые до этого скрывали мотыльки, и молча протягивает его мне. Я любуюсь совершенным плодом в своей руке.

– В этом секрет нашей силы. Яблоки укрепляют наше тело и увеличивают нашу врожденную магию.

Я медленно поворачиваю яблоко в руке, не в силах отвести от него взгляд.

– Почему тогда никто не сорвал все яблоки? – Я знаю, что сделали бы люди с таким деревом.

– Мы можем жить вечно, но наши тела лишь сосуды ограниченного объема. В какой-то момент силы может стать слишком много. Если кто-то съест больше яблок, чем может вместить его организм, последствия будут весьма печальными. Мы не настолько глупы, чтобы испытывать судьбу. – Он вдруг подносит мою руку ближе к моему лицу. – Попробуйте.

– Зачем? – отступаю я.

– Вы познакомились с моей сестрой. Слишком много невест и женихов стали жертвами странных несчастных случаев. И как ни странно, происходило это, когда они были в гостях у Изены. Другие мои братья и сестры не лучше. Борьба за корону длится уже слишком долго. Каждый использует слабости других, и моя слабость – принцесса из королевства людей.