Долина дракона - Ванда Алхимова

Зима шла на убыль, небо засинело, поднялось выше, февраль готовился уступить место марту. Дикий Ворон, Финела и Мэрид сидели на диване подле высокого окна. Мэрид расчесывала роскошные золотые локоны маленькой принцессы, а та водила пальцем по книге, читая сказку про заколдованную королевну.

– И… то… пора…топора…

– Тогда, – поправила Мэрид, знавшая сказку наизусть.

Дикий, развалившийся на другом краю дивана, хмыкнул. Он наблюдал, как плавно движутся белые руки, скользя гребнем по светлым прядям. А еще – как играет солнце на рыжих косах.

– Зачем читать такую глупую сказку? – спросил Дикий.

Финела с радостью отложила книгу и широко улыбнулась. У нее уже начали меняться молочные зубы и не хватало обоих верхних клыков.

– Это хорошая сказка, я очень любила ее в детстве, возразила Мэрид. – Она занятная.

– Она лживая. Вот говорится, что медведь помог королевне – посадил себе на спину и повез на Хрустальную гору. А по правде, если бы она встретила в горах медведя, он бы ее сожрал.

Финела согнулась пополам от хохота.

– Но это был волшебный медведь, заколдованный принц, – смутилась Мэрид. – Что вы смеетесь?

– Растите девчонок на этаких глупостях, а потом удивляетесь, почему из них размазни получаются, – заявил Дикий.

– Девушка должна быть ласковой и доброй, – сказала Мэрид.

– Сильно твоя доброта тебе помогла, когда сестрицы вытолкали тебя из покоев на кухню, – фыркнул Дикий.

Мэрид промолчала.

– Не хочу быть доброй, – надулась Финела. – Хочу быть злой и убить медведя, и Бреса тоже.

– Девушке и принцессе не подобает так говорить, – упрекнула ее Мэрид.

– Почему?

– Потому что никто не захочет себе такую в жены.

– А я бы вот не отказался от такой отчаянной, – прищурился Дикий.

Мэрид вспыхнула:

– Вы бы хотели злую и вздорную жену?

– Не вздорную, а дерзкую. Ни на одной из твоих сестриц я бы уж точно не женился, хотя вдова Кайси и намекала мне, как могла. Если бы дома была наша матушка, то не отвертеться бы мне от свадьбы. Но раз я теперь хозяин сам себе и Твердыне в придачу, то род Лиственниц мне не ровня, мне теперь если только королевишну брать. – Меня! – вдруг закричала Финела. – Я королевишна! Ты можешь взять в жены меня!

Дикий и Мэрид удивленно переглянулись и хором расхохотались. Из глаз Финелы брызнули слезы, она швырнула в Дикого книжкой, спрыгнула с дивана и убежала из комнаты.

– Вот до чего доводят твои побасенки про добрых медведей и прочую чушь, – закатил глаза Дикий. – Шести лет нет ребенку, а в голове одни женихи.

– Чем раньше начнет о женихах думать, тем скорее замуж выйдет, – вздохнула Мэрид.

– А ты никак сестре своей старшей завидуешь, которая через неделю за молодого лорда Волка выходит? поддразнил ее Дикий. – И вот еще что скажи – пошила ты платье из той ткани, что я вытащил из матушкиного сундука?

– Пошила. Но она прогневается, если узнает об этом.

– Она и не заметит, у нее этих сундуков на десять приданных десяти принцессам хватит, – отмахнулся Дикий. – А ты на свадьбе должна сиять ярче солнца, пусть твои сестрицы от зависти полопаются.

– Они не полопаются. Наоборот, будут злорадствовать.

– Почему это?

– Потому что Файонола выходит замуж за лорда, и они все тоже выйдут за лордов по закону, а я – только любовница, – тихо сказала Мэрид.