Замыкающие - Магда Макушева

Рыжий миранец окутывал своим теплом, оптимизмом, расслаблял спокойным мягким голосом и тонким юмором. Стефан очень любил жизнь, старался видеть во всем плюсы и находить положительные стороны в любой ситуации. Даже в этой.

В какой-то момент я так расслабилась, что даже задремала. Так что Стефан перенёс меня на кровать и прилег рядом, обнимая и поглаживая по волосам.

***

Мне снилось, что я нахожусь в техническом отсеке боевого крейсера. Вокруг раздается странный гул, а стены, покрытые светлой перфорированной обшивкой, начинают вибрировать и сжиматься. И пространства все меньше, стены все ближе. Меня трясет, потому что я понимаю, что ничего сделать не могу. И стены трясет, и пол под ногами. А я лежу и чувствую вокруг эту странную дрожь. Почему я лежу?

Я открыла глаза и посмотрела на темный высокий потолок. И это точно не технический отсек. Я на нулевом уровне дома на Миране. Только откуда этот странный гул и шум? И дрожь, которую я явно ощущала через сон, но мозг интерпретировал ее по-своему и придумал под это дело странные образы, вытянутые из глубины подсознания.

Под моей щекой поднималась и опускалась грудь миранца. От Стефана пахло специями и солью, его рука лежала между лопаток, а пальцы невесомо массировали мои позвонки. Мужчина не спал.

- Стефан, что-то случилось, пока я спала? - уточнила я хрипло на всякий случай, отгоняя панику и пыталась разлепить глаза. Лежать на миранце было комфортно и как-то...привычно. Будто я делала это сотню раз до этого.

- Да, кажется, нас все же немного задело - выдохнул миранец - по крайней мере судя по тому, что гало-камеры по внешнему периметру дома засыпало, а дом немного тряхнуло. Жду информацию от Дрейка или Рина, но они пока молчат. В инфо-сети пока мало информации. Только призывы оставаться дома, и прятаться на нулевых уровнях домов.

- Надеюсь, с домом все в порядке - уточнила я - мне нравится наш дом, не хотелось бы, чтобы он пострадал.

Стефан хохотнул и поцеловал меня в макушку.

- С домом все в порядке. Если бы что-то случилось, мы получили бы сообщение от системы жизнеобеспечения дома. И мне нравится, что ты назвала дом “нашим”.

Я хмыкнула на собственную оговорку. Пару дней тут живу, а назвала дом своим, даже не задумываясь. Или это я от волнения?

- И с Дрейком и Рином, надеюсь, все будет в порядке - продолжила я, все еще пытаясь вынырнуть из сна. За мужчин я действительно беспокоилась и переживала. Хоть и понимала, что они профессионалы своего дела и зря рисковать не станут. Да и военные силы присоединятся к устранению последствий стихии в последнюю очередь.

- На эту тему вообще не переживай. Дрейк будет сидеть в ведомстве и руководить. Рин, скорее всего, организует облеты по засыпанным лавиной территориям. Не волнуйся за них. Хочешь чего-нибудь? Может перекусим?

- Давай еще полежим. Мне как-то не по себе - призналась я.

Никогда не считала себя бесстрашной. Тем более перед непредсказуемостью стихии. Мы можем достигнуть в своем техническом прогрессе небывалых высот, но природу нам до конца никогда не обуздать. И сейчас, когда возможно мы находимся где-то под снежной толщей, становится тревожно и неспокойно. Особенно из-за некой беспомощности. Состояния, когда ты ничего не можешь сделать, только сидеть и ждать.

***

Стефан прижал меня к себе и стал шептать что-то ободряющее. Я закрыла глаза и постаралась немного угомонить свои нервы. Получилось пока не очень, но все же получалось. В объятиях Стефана было хорошо и надежно, уютно и спокойно. От миранца шла теплая, окутывающая волна, его сердце мерно билось под щекой, и хотелось поверить всему, что он тихо говорил мне в макушку.

Я поняла, чем мужчины Мирана, по крайней мере те, которые достались мне, отличаются от всех знакомых мне мужчин, кроме, наверное, брата и отца. Оди дают ощущение крепкого плеча рядом, такое макисмально ясное и непоколебимо твердое ощущение. С ними любые проблемы кажутся решаемыми, а любые трудности - уже не такими серьёзными. От этих миранцев идет волна чистой мужской силы, почти физически осязаемой. С ними рядом чувствуешь себя защищенной. И от этого ощущения расслабляешься и четко осознаешь - ты в этом мире не одна, и есть те, кто разделит с тобой все происходящее, поймет, утешит и будет рядом. В моей прежней жизни мне этого очень не хватало.

Я сама потянулась к Стефану, и сама поцеловала его уголок губ. С ним я ведь толком даже не целовалась. Да, были объятья, были его короткие нежные прикосновения губами, но полноценных поцелуев у нас пока не было. Он не напирал, а я инициативы не проявляла. Сейчас ситуация вокруг была немного экстремальной, не располагающей к близости или ласкам, но мне почему-то очень хотелось какого-то физического сближения. Да и желание контакта, такого, на который побуждает миранская пси-энергия, от меня никуда не делось. Это желание теперь всегда со мной. Скоро я совсем к нему привыкну.

Стефан замер, но быстро прошел в себя и с какой-то радостью и даже легкой улыбкой на губах потянулся ко мне в ответ. И целовал меня нежно и ласково. Оглаживал мои губы, проникал в рот теплым языком, ласкал небо, сплетался в чувственном танце с моим языком. От его поцелуев в животе щекотало, а кончики пальцев кололо. Кожа нагрелась, дыхание сбилось. В слиянии наших ртов не было страсти, жара, голода. Была неспешность, медленное познание друг друга, успокаивающее, очень сладкое и чувственное. Мне безумно нравилось. Чистый восторг, радостное возбуждение, обволакивающее все тело удовольствие. Теплое, мягкое, томительное. Я цеплялась за плечи Стефана, запускала пальцы в его кудри, гладила его затылок, фиксируя голову, даже немного доминировала над ним, посасывая его губы и язык. А они не был против, он принимал это как должное и наслаждался мной и моим действиями в ответ.

Я чувствовала, как ритм его сердца ускоряется, видела, как его зрачки расширяются, а зелень глаз становится еще ярче. У меня самой сердце тоже стучало хаотично, а дыхание сбивалось. Тревожные мысли притупились, неприятные ощущения от окружающей действительности перестали так бить по нервам. Мозг переключился на более приятные вещи, и, наверное, это было правильно. Ведь в данный момент мы были совершенно беспомощны и отрезаны от всего, что происходит снаружи.

- Ты такая сладкая и манящая, Э-ли-на - выдохнул Стефан мне в рот, щуря свои невозможно яркие глаза. Я только сейчас поняла, что в отличие от Рина и Дрейка, я ни разу не видела в глазах Стефа темные всполохи. Видимо, у его варианта энергии такого эффекта просто нет. Или он никогда не злится по-настоящему, не хочет или не умеет.

Я улыбнулась и промолчала, боясь испортить момент. Приложила щеку к его широкой грудной клетке, чувствуя вибрацию и слыша громкий стук сердца. Стало легче, спокойнее. И нервное напряжение ощущалось не так остро.

Я посмотрела на Стефана, размышляя, что делать теперь. Подрываться и уходить никуда не хотелось. Продолжать ласки, наверное, было чревато. Хотя, у него наверняка включен блокиратор. По крайне мере самого явного признака мужского возбуждения я не вижу (каюсь, я специально на его пах посмотрела).