Вне времени - Роберт Энтони Сальваторе

Закнафейн почувствовал на себе вопросительный взгляд Дзирта.

- Захочу, - подтвердил он, и это была правда. Человеческая женщина, как ни странно, дала ему пищу для размышлений, и те же самые истории из уст сына могли помочь ему лучше понять её слова и чувства.

Они трое засиделись в домике далеко за полночь, пока Дзирт рассказывал свою историю — от Пирамиды Кельвина к Мифрил-Холлу, обо всех местах между ними и о местах за их пределами. Особенное внимание он уделил рассказу, который не мог не понравится Закнафейну.

- Я вернулся в Мензоберранзан, - объяснил Дзирт. - Не скрываясь. Я сдался.

- Я отдал жизнь, чтобы тебе не пришлось этого делать, - вмешался Закнафейн, не пытаясь скрыть гнев по поводу такого бессмысленного поступка.

- Я должен был, - объяснил Дзирт.

- Ты решил, будто должен, - вмешалась Кэтти-Бри, и Дзирт в ответ кивнул.

- Они охотились за мной и угрожали тем, кого я любил, - сказал Дзирт. - Я не мог этого допустить.

- Те, кто любили тебя, предпочли бы умереть с тобой вместе, чем отдать тебя дому Бэнр, - настаивала Кэтти-Бри.

У Закнафейна взметнулись брови.

- Рассказывай, - обратился он к Дзирту. - Всё. Похоже, твоя жена позабыла про эту историю.

Дзирт рассмеялся, удивив отца.

- Она отправилась за мной в одиночку, - сказал он. - В то время она не была великой жрицей и даже волшебницей, хотя теперь она прекрасно владеет и божественной, и волшебной магией. Она была воином, и даже не слишком опытным.

Он бросил на жену полный любви взгляд.

- Но она пошла, одна. Она прошла через всё Подземье к Мензоберранзану, и там, с помощью другого человека, которого ты скоро повстречаешь — если уже не повстречал — она вызволила меня из темницы дом Бэнр.

Закнафейн засмеялся, но прикусил язык, когда понял, что сын не шутит.

- Вызволила у Бэнров? - недоверчиво спросил он, и Дзирт кивнул.

- Немалое везение, - признала Кэтти-Бри.

- Не сомневаюсь. Когда это было? - спросил Закнафейн.

- Кажется, лет сто двадцать назад, - ответил Дзирт. - Вскоре после того, как король Бренор отвоевал Мифрил-Холл.

Закнафейн кивнул, но потом заметил противоречие, посмотрев на Кэтти-Бри.

- Тебе не может быть больше сорока.

Кэтти-Бри фыркнула.

- Я разменяла всего лишь третий десяток, но спасибо... наверное.

- Но ты только что сказал... - недоумённо начал Закнафейн, вернувшись взглядом к Дзирту.

- Это другая история, не менее выдающаяся, чем твоя, Закнафейн, - ответила Кэтти-Бри. - И её мы расскажем не сегодня. Уже поздно. Зашла луга. Давайте вернёмся в тёплые постели в Особняке Плюща.

Она встала и начала собирать вещи, и Дзирт последовал её примеру.

Закнафейн, на котором было надето всё, что он взял с собой, остался сидеть и допил свой кубок, наблюдая, как сын с невесткой ходят вокруг и подмечая, в первую очередь, как они смотрят друг на друга.

Он пытался не вздрагивать слишком часто, не хмуриться, но даже с учётом всего услышанного этой ночью, не слишком преуспел.

- Что ж, это было намного приятнее, - сказала Кэтти-Бри, оставшись наедине с Дзиртом в их покоях в Особняке Плюща. - И не придётся собирать новый стол!

Дзирт не разделял её веселья.

- Он тебя ненавидит, - сказал он.

- Это не так.

- Он ненавидит наши отношения. Больше всего он ненавидит тот факт, что у нас будет ребёнок, полукровка, которого он не сможет принять.

- Страх может привести к ненависти, но это разные вещи, - ответила Кэтти-Бри. - Твой отец ничего не знает о множестве народов и культур. Его слишком резко бросили в этот мир — в мир, где случаются такие вещи, как наше дитя.

- Закнафейн не ребёнок, - возразил Дзирт. - И он — не тот дроу, которого я...

- Ты продолжаешь звать его Закнафейном, - вмешалась Кэтти-Бри. - Не отцом, а Закнафейном. Почему?

Дзирт не ответил, но справедливое замечание заставило его задуматься.

- Страшно не только Закнафейну, - добавила Кэтти-Бри.

Она так хорошо меня знает, подумал Дзирт. Он был напуган, не просто напуган — в ужасе. В последний век и даже дольше Закнафейн был для него скорее символом, чем настоящей личностью. Он превратил свои воспоминания в идеал, поскольку ему никогда не приходилось задуматься о том, кем может стать Закнафейн, если будет жить вне Мензоберранзана.

Было намного проще присвоить собственные чувства и мысли призраку настоящего дроу.

- Люди сложные, и они меняются, - сказала Кэтти-Бри. - Посмотри на Артемиса Энтрери.

Громкий вздох Дзирта выдал его страх. Дзирт понял это, когда Кэтти-Бри пристальнее посмотрела на него.

- Терпение, любовь моя, - сказала она, подходя, чтобы помассировать ему плечо.

Дзирт кивнул. В конце концов, какой у него был выбор?

ГЛАВА 12

Странное опьянение

Реджис боролся, корчился и почти сумел высвободиться, чуть-чуть не вытащив себя из фонтана. Но водяное чудо-юдо поймало его и снова придавило, на этот раз сильнее, и он ударился головой о дно чаши. Он дёргался и пытался расплескать воду, но мир становился темнее и темнее, пока чувства не оставили его.

Он очнулся какое-то время спустя, по-прежнему прижатый ко дну водяного бассейна.

Удивлённый тем, что жив, полурослик попытался разобраться в происходящем, и ему потребовалось долгое, почти паническое мгновение, пока он опять не вспомнил о своём наследии дженази. Он бы давно утонул, если бы не удачная родословная.

Он точно не знал, сколько провёл без сознания — или сколько времени у него осталось, невзирая на кровь затронутых планами дженази.

Он перестал трепыхаться — в прошлый раз чудо-юдо едва не раскололо ему череп. Вместо этого он тихонько опустил руку на бедро и вытащил свой трёхклинковый кинжал, внешние два клинка которого были выполнены в виде извивающихся змей.

Затем он сделал быстрое движение, выворачиваясь и вонзая оружие в тварь — один, два, три раза!

Полетели брызги. Чудовище прижало его вниз и ударило по руке с оружием своими щупальцами. Краем глаза Реджис видел, что кинжал попадает в чудовище, но видел и то, что удары эти почти не вредят, если вообще вредят, вязкому созданию. Но несколько капель полетели в сторону, хотя он не знал, была то